Глава 24
Я ринулась из кабинета Кейлит первой, туда, где доносились встревоженные голоса и… ругань. Хостоса поблизости не было. Ну, конечно. Как знала, что этот огрызок еще доставит мне неприятностей, и как в воду глядела.
Кейлит в сопровождении своей управляющей удивительно бодро для своих лет и длинного подола поспевала за мной. Когда мы снова оказались в том же холле, где в шеренге стояли девушки, я почти даже не удивилась. Тут же был Леонард и Хост.
– Ты не посмеешь ее тронуть. – Рычал Хост зверем.
– И кто же мне запретит? – Лениво спрашивал Леонард, засунув руки в карманы, и смотрел на Хоста так, будто тот был грязью под его ботинком.
Пока эти двое ругались между собой, причем, насколько я поняла, Леонард до последнего отыгрывал господина Диодока, а вот Хостос был заведен вполне натурально; огонь с жадностью голодающего перекидывался с занавесок вверх к карнизу, каким-то декоративным балкам.
– Госпожа Страж, сделайте что-нибудь!
Я собрала силу в руках и попыталась направить ее в сторону пожара, пытаясь остановить его в неком подобии зачатка. Но к моему великому удивлению вышло ровно наоборот: пламя вспыхнуло с новой силой, будто я подлила туда масла, которым наши изобретатели подпитывали свои механизмы. Пламя явно было необычного происхождения.
– Девушки, на выход! – Скомандовала Кейлит, первая будто приходя в чувства.
Голосящей стайкой, еще больше похожие на птичек, работницы чайного дома поспешили по коридору на улицу. Я была сосредоточена на пламени и не сразу заметила, что во-первых, мой настоящий напарник и мой временный напарник, наконец, перестали спорить, а во-вторых, сквозь толпу девушек, стремящихся к выходу, к нам пробилась подручная управляющей Юй, там самая девочка.
– Госпожа! – Она запыхалась, платье ее растрепалось, как и прическа. – Одна из беседок вспыхнула, пламя вот-вот перекинется на соседний!
Масштаб происходящего резко набирал обороты, и мне все это крайне не нравилось. Кейлит уже не обращала никакого внимания на горящие шторы, она тоже поспешила на улицу.
– Хостос. – Никакой реакции, он сверлил взглядом Леонарда, который все также лениво поглядывал на Стража, словно большой лев на котенка. – Хостос!
Нет, эти два остолопа, кажется, пытались просверлить друг друга взглядами до последнего. И если Леонарда я могла понять, ему до последнего следовало отыгрывать наглого нувориша, то что случилось с Хостом, я не понимала. И мне пришлось сделать то, что делать не то чтобы запрещено… Но не поощрялось. Я использовала Голос по отношению к другому Стражу.
– Хостос. – Мой Голос разнесся по гостиной, многократно отражаясь от стен, заставляя стекла в окнах задребезжать. Хостос вздрогнул, наконец, оторвал взгляд от Леонарда, оборачиваясь ко мне и глядя на меня со смесью удивления и испуга. Мне немедленно стало совестно. Я прекрасно понимала, что испытывал Хост. Чувство, когда Голос применяли к тебе ни с чем не перепутаешь. Это будто кто-то хватает холодной жесткой ладонью тебя за сердце, нельзя ни вдохнуть, ни выдохнуть, накатывает холодный страх. Нужно много лет тренировок, чтобы научиться сопротивляться этому подавляющему чувству.
Леонард тоже поднял взгляд на меня. Его брови удивленно взметнулись вверх. Он осуждал меня? Или, наоборот, одобрял этот импульсивный поступок?
И с каких пор его мнение мне стало важно?
Я сделала два шага навстречу, взяла Хостоса под руку, уводя в сторону. Некогда рефлексировать, надо срочно решать проблему.
– Ты в себе? – Я внимательно посмотрела в глаза Стража. Тот кивнул, недоуменно глядя на меня.
– Ши.. Не знаю, что на меня нашло. Просто он… Он так на нее смотрел.
Я слегка встряхнула парня за плечи. Мне нужно было, чтобы Хостос пришел в себя, но применять Голос снова не хотелось.
– Хост, соберись. Ты же знаешь, что он не хотел ей ничего плохого? – Хостос неуверенно кивнул, взгляд его становился все более осмысленным. – Мне нужно потушить пожар, ты, огненный тут не поможешь.
И это была правда, моими сильными сторонами был не только Голос, но и стихия мороза и электричества. Хостос же у нас был огненным мальчиком.
– Я могу помочь. – Блондин нахмурился, выглядел он уже более собранным. Отлично, этого я и добивалась.
– Мне нужна твоя помощь кое в чем другом. – Я решила, что с его поведением разберусь потом. – Следуй за хозяйкой чайной и ни на мгновение не выпускай ее из виду. Останавливай, если захочет сбежать или сделать еще… что-нибудь глупое. Понял?
Хос кивнул, обернулся, чтобы найти глазами Леонарда. Или Лавину? Но эти двое уже покинули гостиную. Я сжала руку Хостоса.
– Иди. Я разберусь с пламенем здесь.
Ослушаться меня Страж не посмел и бросился по коридору вслед за уходившими работницами чайной. Возле меня, к моему удивлению, осталась только маленькая помощница управляющей.
– Госпожа Страж, вы нам поможете? – В голосе ее слышалась мольба. Я невольно улыбнулась.
– Конечно. У вас здесь слишком красиво.
Все же огонь успел сожрать почти все прекрасные и дорогие шторы на одном окне и опасно прогрызть балку, когда мне, наконец, удалось остановить его заморозкой. Я даже слегка взмокла. И где, спрашивается, охранные артефакты, когда они так нужны? Я была уверена, что у “Сумеречных Зорь” было достаточно денег, чтобы понатыкать противопожарные артефакты на каждом шагу.
Или их убрали специально?
Вообще весь этот пожар выглядел крайне подозрительно, откуда взялся огонь? Чутье подсказывало, что в этом как-то замешен Хостос. Обо всем этом я думала уже на ходу, выбегая во двор, где столпились и все работницы чайной, и гости. Кое-кто с магическими способностями пытался потушить горящую беседку, но это было бесполезно. Я пробилась сквозь толпу, краем глаза замечая, что рядом нет ни Хостоса, ни Леонарда, только Лавина жалась к своим “товаркам” по несчастью, глядя на меня. Я видела, как выгнулась ее бровь, мол, нужна помощь? Но я повела рукой: сама справлюсь.
Мне понадобилось чуть больше времени, чем с карнизом, но скоро огонь был потушен. Почерневшие остовы беседки были покрыты блестящей в свете фонарей глазурью льда. Слава Всевидящему, перекинуться дальше огонь не успел.
– Расходитесь! – Заголосила управляющая Юй. – Не на что тут больше смотреть!
Она начала подталкивать девочек, чтобы те возвращались в чайную, ворковала с гостями, предлагая им скидку или комплимент от заведения… Я почувствовала прикосновение руки к своей взмокшей в мундире спине. И почему-то сразу поняла, кто это.
– Ты умница. – Тихо шепнул Леонард. – Отлично справилась.
Я криво улыбнулась. Благо, все остальные были заняты и на нас не обращали никакого внимания.
– Не видел Хостоса? – Едва слышно шепнула я.
Леонард нахмурился, отрицательно покачал головой. А сердце мое почему-то испуганно забилось о грудную клетку. Что-то не так.
– Что-то случилось.
– Ши…
Кажется, Леонард хотел мне что-то сказать, но я ринулась вперед. Сквозь гостей, девочек, суетящуюся управляющую с помощницей. Во дворе не было видно ни Хостоса, ни Кейлит, и моя тревога усилилась еще больше. Я со всех ног поспешила в кабинет владелицы чайной.
– Шилара! – Оказывается, Леонард спешил за мной.
– Оставайся на улице. – Скомандовала я, не следя за тем, насколько резко звучит мой голос.
Дверь в кабинет была приоткрыта. Я рывком распахнула одну из створок до конца, чтобы замереть в ужасе. Все было видно так хорошо, будто кто-то специально расставил всех действующих лиц на сцене, чтобы зритель оценил всю трагичность ситуации.
На спине лежала госпожа Кейлит. Невидящим взглядом глядя в потолок. Рядом на коленях сидел Хостос, лица его не было видно, но он не пытался ни сбежать, ни даже повернулся на шум. Из груди Кейлит торчал кинжал Стража, по платью растекалось кровавое пятно.
– Что здесь… – Раздался голос Леонарда позади меня и оборвался. Только теперь Хост обернулся, поднимая взгляд огромных от испуга глаз. Он посмотрел на нас и хрипло произнес.
– Ши, это не я… Клянусь, это не я… – Хостос в отчаяние протянул руки в нашу сторону, и я увидела, что его серый мундир забрызган красными каплями.
