Алиса Порет — «Живопись, графика, фотоархив, воспоминания» + «Записки, рисунки, воспоминания. Книга первая»
Сегодня – сразу две книги. Да, конечно, было бы лучше откликаться ещё и на «Записки... Книгу вторую». Но в библиотеках её нет, в отличие от названных. Так что пока без неё.
О ком и чём речь? Алиса Порет — советская художница, иллюстратор книг для детей (и «Калевалы»). Несмотря на подчёркивание её собственных творческих достижений, даже издатели этих вот книг пишут в предисловиях о её дружбе с Хармсом. Относиться к этому можно по-разному, но факт: Порет привлекает к себе внимание именно благодаря упоминанию в записных книжках поэта, и, похоже, от этого никуда не деться.
Я хочу сразу заявить позицию: мне живопись и книжная графика Порет кажутся интересными, хотя шедеврами большинство работ я бы не назвал (однако есть настоящие жемчужины). Но в этом отклике я рассматриваю её как автора мемуаров. А они художнице удаются.
Правду она пишет или неправду (а некоторые говорят, что присочиняет), вообще неважно. Не стоит допытываться исторической точности от заметок Порет. Лучше насладиться её озорным и самолюбовательным стилем. Тамара Мейер-Липавская, тоже дружившая с Хармсом, например, как раз им и недовольна. Но если просто подойти к мемуарам не как к документальному чтиву, а как к «основанному на реальных событиях», для нас эта проблема снимается.
Самое интересное, что самолюбование Алисы выглядит незаносчивым, очень органичным и прекрасно ложится во все истории. Забавно читать случай, как Хармс пытался сделать ей предложение, но у него не особо вышло. И как другие ухажёры бросались целовать ей ноги. Было так на деле или не было? Мне лично всё равно.
Люди в записках Порет становятся персонажами, и воспринимал я их как персонажей. Например, очень жалел бедного Кондратьева. Явственно представлял себе угрюмого «злого колдуна» Хармса, добрую и всепринимающую маму, бабника Струве. Думаю, следует отдать должное автору мемуаров – она именно что искусно выводит своих друзей и приятелей яркими персонажами.
Даже годы войны в изложении Алисы выглядят как-то мягче. Нет, она ничего не приукрашивает, не умаляет ужаса. Но... это сложно сформулировать... как будто даже здесь она способна выявить эстетический аспект (думаю, в этом канале все понимают, что эстетика не равно умиляться, любоваться и тэ дэ). Уточню: Порет сосредоточивается-то на тяготах, ужасе, переживаниях, но при этом эстетический аспект у неё всё равно выходит на первый план наравне с переживаниями.
Ну и, конечно, эти книги — возможность хорошо познакомиться с творчеством Алисы. Разглядеть Филонова в её ранней живописи, восхититься работой над иллюстрациями к «Калевале», порассматривать графику для детских книг, посмеяться над картинками к дневниковым записям, увидеть первые советские иллюстрации к книге о Винни-Пу (тогда писали именно так, что, по идее, правильно). Лично мне было интересно наблюдать творческое движение Алисы: например, в какой-то момент возникал чуть ли не наив, а её последняя картина — мрачный тотальный абстракт.
Рекомендовать обе книги можно тем, кто интересуется творческими людьми 1920-30-х годов, вообще тем временем. Конечно, любителям баек из первых уст и прочих анекдотов. Пожалуй, поклонникам книжной иллюстрации, хотя, если они не хотят читать, могут раздобыть и специальные альбомы. Любителям Хармса — можно, но необязательно (как вы поняли, Даниила там маловато, хотя он в изображении Порет и ярок). Ну и, конечно, всем, кто любит озорной и яркий слог.
4 понравилось
