Od nowa

Любовь слепа и нас лишает глаз.

Грейс манхеттенская еврейка семейный психолог, счастливая мама двенадцатилетнего Генри и жена Джонатана, детского онколога, написала книгу "Ты должна была знать" - такое пособие, нет, не по сохранению брака любой ценой, скорее превентивное, для желающих вступить в него. Погляди внимательно на своего избранника, на самом ли деле он тебе подходит? Ты действительно успела хорошо его узнать? Не закрываешь ли ты в глаза на настораживающие моменты, не игнорируешь ли тревожных звоночков? Он действительно любит тебя, а не твои деньги, статус, готовность к самопожертвованию и способность работать 24/7 женой, мамой, кухаркой, прачкой, секретаршей в одном лице и без зарплаты?

Книга Грейс говорила женщинам: "Если вы выбрали НЕ ТОГО мужчину, бесполезно выворачиваться наизнанку, пытаясь сохранить этот брак. Отпустите, какими бы катастрофическими ни казались возможные моральные и материальные последствия. Рано или поздно вы залижете раны и обнаружите себя в новых, более конструктивных отношениях". Необычный взгляд на семейную психологию, в чем-то революционный. При этом сама Грейс не афиширует, что ее счастливый брак начинался не с трезвой оценки и взвешивания всех "за" и "против", но именно с такого "чувствую, что это мой человек!" Как-то так получилось, что эта книга, одна из тысяч годовых нонфикшен, оказалась востребованной, издатель сделал ставку на ее продвижение и Грейс,неожиданно для себя, сделалась модной писательницей. Без прилагаемых к этому миллионных гонораров, но со съемками для "Вог" и интервью "Космополитен". Просто книга хорошая и написана с искренним желанием помочь.

А вокруг центр мира - Нью-Йорк и центр Нью-Йорка - Манхэттен. Героиня отдает себе отчет, как ей повезло родиться здесь и стать счастливой обладательницей квартиры - отец оставил, съехавшись после смерти мамы с весьма обеспеченной дамой, они с Джонатаном в жизни не заработали бы на недвижимость в таком дорогом месте. Как повезло, что подросток Генри совершенно адекватный мальчик, симпатичный, дружелюбный, трудолюбивый и умный настолько, чтобы отлично успевать в учебе, не вызывая зависти. Как повезло с добрым, чутким,понимающим и благородным мужем. Который не зарабатывает, как нувориши - родители одноклассников сына, заполонившие в последнее время этот район, но он лучший и так ее понимает.

Кстати, о богачках-мамах из родительского комитета их школы. Ежегодный взнос за обучение там стоит $38 000 и они с мужем не потянули бы, если бы не помогал ее отец. А другие мамочки из родительского комитета, "понаехавшие", живут в апартаментах на два-три этажа, и в сортире у них подлинник Ротко, а штат обслуги как в аристократическом поместье 18 века. И Грейс такие мамы не то, чтобы прямо дают понять, что она им не ровня, но хм, деликатно дают. Хотя еще одна женщина в том же комитете, некая Малага, мама Рауля, и вовсе из третьего мира, а мальчик учится в таком престижном месте потому, что выиграл стипендию - такая демократия в действии Я так долго не перехожу к сути, потому что и книга разворачивается неспешно, постепенно подводя героиню к страшной правде о ее муже, которую она должна была знать. Но не знала.

Прошлогодний "Сюжет" Джин Ханф Корелиц стал одним из ярчайших открытий моего книжного года, и конечно, остановиться на нем было невозможно, благо, у писательницы переведена на русский не одна эта книга. Заглянула в отзывы - сплошь ругательные. Подозреваю, что причина в переводе и редактировании "Центрополиграфа". Но, остановимся на том, что на вкус все фломастеры...

Незамысловатый сюжет этой книги, собственно, можно изложить в двух словах, не размазывая его на более чем тысяче электронных страниц, поэтому объём буферного текста вошёл для меня в возмутительное противоречие со смысловым объёмом рассказанной истории. Творение Д.Х.Корелиц стало для меня наглядным пособием по тому, как не надо писать книги. В нём обнаружились все семь грехов дилетантской писанины.

Грех первый – «пустословная многословность» или «многословное пустословие», а скорее всего, и то, и другое. Уже с первых страниц «акынская» технология автора писать о том, что попадается на глаза (рубашки, сумки, стрижки, одежда окружающих, чашки, печенья, цветы, диванчики…), становится испытанием для того, кто взялся это читать. Ненужные и очень подробные описания загромождают сюжет, делая его еле заметным в море ерунды. Мне приходилось просто пролистывать эту многостраничную никчемность.

Грех второй – бесконечные самопроекции. Вообще, я ничего не имею против тезиса Г.Флобера, что «Эмма Бовари – это я», но здесь это «я», очевидно взятое за образец, такое навязчивое, прилипчивое, эгоцентричное и неинтересное, что от него зевотой сводит скулы и хочется хоть на время куда-нибудь скрыться, но в книге нет никакого простора для читателя - он жестко скован авторскими пояснениями и интерпретациями. Похоже, Д. Х. Корелиц настолько влюблена в себя и свой образ жизни, что совершенно не замечает, как «грузит» этим читателя, которому может нравиться что-то совершенно иное. Она беззастенчиво навязывает себя читателю, делая себя каким-то вменённым приложением к сюжету.

Грех третий – «квази-»: не знаю, как другим, а мне было совершенно неинтересно читать о том, с чём автор поверхностно знаком из статеек из женских журналов или из психотерапевтических баек, рассказанных знакомыми психологами. Вставные фрагменты в стиле «Как перестать париться по поводу своей семейной жизни» отдавали таким странным самолюбованием, что эти эпизоды тоже приходилось пропускать.

Грех четвертый – постоянные экскурсы в собственные комплексы и самооправдания по поводу детей, квартир, школ, чужих карьер, «понаехавших», повторных браков, журнала «Вог», мексиканцев и пр. Хочешь или не хочешь, но вместе с текстом ты узнаёшь о пристрастиях и установках автора больше, чем это требуется, чтобы просто следить за сюжетом. Но разве книги пишутся только для проработки и компенсации собственных заморочек?

Грех пятый – вялость и вязкость повествования, почти полное отсутствие динамики в сюжете. Её заменяют бытовые рефлексии и описания быта героини. В книге и так мало что происходит, а то, что происходит, настолько предсказуемо и клишировано, что читать скучно. У меня всё время было чувство, что все эти выхолощенные эпизоды уже сто раз писаны и читаны.

Грех шестой – плавающее морализаторство. Эта книга даже не просто «наставляет», а упорно и непрестанно навязывает читателю норму, образец положительной женщины в лице Грейс. Все кругом так себе, но зато Грейс – белая и пушистая, всегда знающая, как себя вести, как на что реагировать, как держать себя в руках, как и что сказать... В общем, be like... нет, не Билл, а like Grace. От таких тошнотворно «хороших девочек» хочется поскорее смыться куда-нибудь подальше.

Грех седьмой – скрытая реклама. Текст пестрит названиями магазинов, фирм, продуктов, пива, марок одежды и прочим хламом. Вам важно, какой фирмы печенье или торт ели за кофе героиня и её родственники или вам достаточно того, что за кофе с печеньем они обсуждали нечто важное? Лично для меня цвет коробки или качество бисквита ничего не добавляло к мыслям и чувствам, а только заставляло подозревать, что автор заключила контракты с производителями на их упоминание в тексте своего произведения.

В общем, пафос книги состоит в очень «оригинальной» мысли, что женщины иногда связывают свою жизнь с неподходящими мужчинами, хотя «должны были бы знать…». Ну что же, похоже, иногда и читатели связывают себя с абсолютно не подходящими им книгами, и книга Д.Х.Корелиц – одна из таких.

Пальцы нервно бьют по клавиатуре ноутбука. Я пишу разбор чужого изданного произведения, а не работу начписа, постоянно напоминаю я себе, но пальцы машинально всё равно выводят уже много раз повторенные рекомендации:

"Не пытайтесь писать про то, что вас не трогает, что от вас не просто далеко, но и попросту вам не интересно. Прежде всего вы должны увлечь сюжетом себя, тогда увлекутся и остальные. А ещё наблюдайте за людьми: если вы описываете человека, попытайтесь понять, что им движет, каковы его мотивы, чего он хочет и почему не может этого получить. Если вы очень плохо знаете людей, не пытайтесь их "изобрести", лучше придумывайте монстров из вашего подсознания, так вы не заставите читателей уличать вас во лжи".

И вот передо мной роман нью-йоркской писательницы. Не новичка, что-то у неё даже экранизировалось. И при этом я не могу удержаться от советов, которые дала бы любому шестнадцатилетке, впервые решившему, что сумеет взяться за романы, даже не пройдя суровой школы фанфикопижества. Потому что передо мной не роман в полной мере, то есть не произведение (пусть даже плохое произведение) искусства, передо мной ремесленная работа, бумагомарательство, попытка "срубить деньгу".

Единственное, что знает писательница и что находит отражение в книге - какие у тебя должны быть знакомства, чтобы твою писанину напечатали. Собственно, этим вся полезная информация в книге и ограничивается и если вам не повезло родиться с богатыми папами-мамами, которые обеспечат вам поддержку, то и как сборник издательских советов книгу использовать нельзя.

Мои пальцы дрожат на клавиатуре. Потому что они выбивают: "Садитесь писать, только если вам есть, что сказать". Но это не тот случай. Корелиц мой совет не нужен. Ей нечего сказать, но она хочет заработать, потому она заполняет страницы буквами. Она описывает быт уроженцев Ист-Сайда (или это был Вест-Сайд?): на какую улицу они сворачивают, чтобы пройти к булочной, была ли на месте булочной раньше прачечная или химчистка, сколько труда стоит устроить сына в обучение к виртуозу скрипачу (что было бы интересно, если бы не было очевидно, что этот скрипач точно такая же выдумка, как все остальные). Ещё какие сволочи те, у кого много денег и вообще они "понаехали", а должны были бы пресмыкаться перед истинным нью-йоркжцами. Какой фирмы стоит покупать пирожные, потому что девять десятых смысла их покупать - это статус магазина, а не вкус еды. Мой вердикт писательнице был: "Дальтонизм и гостевой брак". Наивные, как у школьницы, представления о счастливой совместной жизни, нивелируемые тем, что героиня в течении трёх дней не замечает исчезновения мужа, а так же при громадном количестве подробностей писательница сосредотачивается только на марках купленных вещей, полностью игнорируя их цвет, вкус, запах, а тем паче эмоциональное состояние, что главной героини, что её собеседников.

Сюжет тонет в многословности, в бесконечных "привет" и "как дела", которые ничего не дают читателям, зато повышают гонорар за количество слов. И эта попытка сыграть в "описание быта" приводит к тому, что сюжета практически нет. После бесконечной первой части, когда мы узнали, на какую улицу сворачивает Грейс, чтобы отвести сына на дополнительные занятия, а также, как она ненавидит тех, кто недостаточно нью-йоркжец (а все, все они твари), наконец начинается часть вторая, где к Грейс приходит полиция и она наконец начинает разматывать клубок лжи, которую ей нагородил муж. Клубок лжи, более ничего. Грейс не ищет преступлений в его прошлом, не совершает потрясающих открытий. Между истериками и покупками еды в престижных супермаркетах она одинаково изумляется: "Что? И об этом тоже врал?" Так оно пройдёт до конца романа. Одинаково. Безсюжетно. И... и фэнтезёво.

Потому что Корелиц знает "свой" Нью-Йорк исключительно по названиям дорогих магазинов и маршрутной карте с названиями улиц. "Ты знаешь", - звонит знакомая Грейс, - "у мальчика в нашей школе убили мать. Теперь такое пятно на нашей школе Реардон". Я морщу лоб. При чём здесь школа? Убил не ученик Реардона, убили не на территории школы. Неужели в их школе не совершались преступлений, а родственники настолько благополучны, что их всех до одного можно снимать в рекламе готовых завтраков? "Ну, я училась в престижных школах, но знаешь", - начала я, - "может, в Америке всё по-иному. Чистенькая школа, чистенькие детки, там не совершают преступлений..." Мой Внутренний Критик, который до того отличался исключительным воспитанием, притянул меня за грудки к себе и захохотал, разбрызгивая слюну, прямо мне в лицо. Потом мы неловко молчали. "Хорошо", - сказала я, - "это фэнтези. Паршивое фэнтези". Богатство - это наркотики. Это пропадающие на работе отцы. Это вседозволенность и избалованность. Это матери, которые относятся к детям, как к статусной вещи. Отсутствие внимания. Убеждение в собственной исключительности. Измены. Финансовые неудачи и самоубийства. Ненависть к бросающим жёнам, которые уходят к ещё более обеспеченным. Преступления к богатым липнут так же, как и к беднякам, потому что деньги отнюдь не решают психологических проблем. Но, разумеется, в "Тдбз"газетчики начинают статью с того, что десятилетний сын убитой учился в Реардоне (вернее, саму статью они начинают с названия школы). Когда мужа Грейс начинают подозревать в убийстве, одна из мамаш, сжимая лапки дочерей, становится на пути у Грейс, и молча смотрит. А затем её примеру следуют ещё полдюжины. Я не знаю, где Корелиц видела жёлтые газеты, которые начинают статьи не с кровавых подробностей, а с названия школы, в которой учился один из родственников жертвы, где она видела баб, которые тащат детей, чтобы стать на пути у жены предполагаемого убийцы, а так же с какого бодуна она считает, что в определённом городском районе мегаполиса никогда не совершают преступлений (хотя вся мировая пресса учит обратному), но вкупе с полным неумением написать любые подробности, кроме бесконечных названий фирм-производителей, можно сделать только один вывод - Корелиц наблюдает за людьми с внимательностью коровы на лугу, когда единственной мыслью у неё является достаточно ли зелена трава, которую она жует, а не что думает и что делает проходящий.

Собственно, на этом можно было бы заканчивать книгу, так как более ничего не происходит, кроме повторения, мол, и тут муж тебя обманывал, и там обманывал. Книга написана для нагнетания объёма, для получения гонорара. Но иногда было забавно. Разумеется, не в тех моментах, когда это хотелось авторше (она писала для издателей и денег, а не для читателей), а тогда, когда, не зная, чем ещё нагнать объём, писательница заполняла его собой, не замечая, как карикатурно выглядит. Например, когда Грейс возмущается, что муж посмел купить рубашку на свой выбор, а не на её "великолепный" вкус или когда она срывает сына занятий, не посоветовавшись с ним ни единым словом, чтобы увезти его в другой город - подальше от его привычной жизни. Этот эгоизм такой махровый, незамеченный и в то же время наивный. Забавно, когда взрослый человек пишет на уровне подростка, выставляя на показ отсутствие таланта и собственные слабости. Читать такое скучно. Но и забавно до извращения. _______________ Кое-кто из рецензентов жаловался, что такая идея была загублена. На самом деле идея только относительно принадлежит Корелиц и если вы хотите по-настоящему шикарный триллер на ту же тему, я посоветую нежно мною любимое Бегство Джейн Джой Филдинг. Там раскручивание клубка тайн имеет жизненно-важное значение, а сюжет закручен настолько туго, что это даже искупит вам продирание через водянистое варево Корелиц.