Глава 22 Новая должность
Юля Косыгина
День проходил неплохо — скорее, даже скучно. Я работала в обычном режиме, никого не трогала, изредка посматривая в сторону кабинета начальника. Сегодня почему-то дверь не хлопала и никого не вызывали.
Хотя... После такого насыщенного дня или, скорее, ночи во Флорентии я чувствовала себя чуть ли не в отпуске. От радости переделала срочные дела ещё до обеда, а после начала разбираться с навалившимся ворохом заданий для всего отдела. Так как большая часть документации велась электронно, то я просто открыла соответствующие файлы и начала вносить одну правку за другой. Поразительно, как можно ускорить работу только определив четкий порядок действий — разложи всё по полочкам, убери неразбериху, и сразу начинает вырисовываться картина нынешней ситуации, и появляется образ будущего.
Так как изменения явносила в общие файлы, то они автоматом менялись сразу во всех компьютерах офиса. От греха подальше, я не бралась за то, над чем в данный момент могли работать другие, а потому очень удивилась, когда подходя к своему столу с ароматной кружкой кофе и сдобной булочкой, купленной в ближайшей столовке, я услышала, как меня окликает Светка с соседнего стола:
— Косыгина, зайди к Андрею Владимировичу, он просил, — девушка беззаботно зевнула, а я с сожалением посмотрела на недоеденную булочку.
С громким вздохом пришлось положить провиант на стол и поправить юбку. Кофе остынет, жалко-то как!
Но идти всё равно придётся.
— Андрей Владимирович, вызывали? — я зашла в кабинет, являя собой образец собранности и ответственности. Ну и что, что мне всего двадцать пять? Я могу работать не хуже людей с большим опытом, у меня есть упёртость и перфекционизм, так что, в отличие от большинства своих коллег, я не боялась выволочки — я крайне редко допускаю ошибки, причём незначительные.
— Да, Юлия, здравствуйте, — кивнул из-за груды бумаг мужчина. — Присядьте, пожалуйста, есть разговор.
Я с сомнением посмотрела на единственное кресло для посетителей — оно было полностью завалено документацией.
— Уверены? — спросила с еле различимым сарказмом.
Мужчина непонимающе сфокусировал на мне взгляд, затем перевёл его на предлженное кресло и немного смутился. — Ой, прошу прощения, — и, встав со своего места, начал неспешно разносить по стеллажам папки с бумагами.
Я в шоке смотрела на крепкую спину, не в силах понять, чем заслужила подобное расположение. Андрей Владимирович был странным. Он не укладывался во многие привычные рамки, признаю это. Он не выглядел крутым мачо, не проявлял себя властным тираном, хотя в офисе вёл достаточно жёсткую политику, и кто-то даже его побаивался, но исключительно по делу. Начальник вообще не напоминал героев современных романов. Он проявлял неизменную вежливость, скромность и постоянно занимался только работой.
До него никто и никогда не подумал бы освобождать кресло только для того, чтобы подчинённый мог сесть. Тем более, бывшее начальство.
— Не стоит, я постою, — неуверенно мяукнула я. Одно дело — вытянуться перед требовательным боссом, совсем другое — чувствовать, как заботятся те, кто вообще не должен вспоминать о твоём существовании без повода.
Он поставил на стол последнюю папку и недоверчиво осмотрел меня с головы до ног. Задержал взгляд на огромных шпильках. Ничего не могу с собой поделать — люблю подобную обувь.
— Сомневаюсь. Садитесь, Юлия.
Я послушно села.
— Итак, — мужчина вернулся в своё кресло и, задумчиво меня разглядывая, сцепил пальцы в замок — скажите мне, Юлия Владимировна, вам нечем заняться?
Я оторопела.
— Извините, я вас не понимаю.
— Объясняю, — он откинулся на спинку своего кресла, не сводя с меня пристального взгляда, от которого у меня волоски на руках начали вставать дыбом. — Начиная с самого утра, я разбирался в файлах вашего отдела. И что же я вижу? После обеда, прямо в процессе моей работы, кто-то хозяйской рукой сначала наводит невообразимый хаос в документах, а потом расставляет всё по полочкам и номерам. Вы даже названия документов в одном стиле оформили.
Я смутилась, а он продолжил:
— Во-первых, я тоже сейчас работаю в этом документе, и постоянно меняющиеся файлы меня жутко раздражают, потому что из-за этого крайне сложно найти то, что я только что читал. Во-вторых, вы делаете чужую работу. Причём, втихаря. Думаете, кто-либо скажет вам за это спасибо? Мне пришлось поднапрячься, чтобы вычислить, от какого рабочего места происходит безобразие.
— Это не безобразие! — проблеяла я, с одной стороны — дико смущаясь, с другой — возмущаясь до глубины души. Назвать мою работу безобразием?!
— И как часто вы делали это «не безобразие»? — поинтересовался он, продолжая иронично разглядывать моё лицо.
— Не очень часто, — буркнула я, не желая продолжать эту тему. Люблю я порядок! Не говорить же ему, что это моё постоянное хобби.
Он вздохнул.
— Если бы не порядок, которыйотличает файлы вашего отдела, то я, Юлия, уволил бы куда больше сотрудников, а оказывается, это делали вы! — он обвинительное ткнул в меня пальцем. — Ну и как мне теперь избавляться от слабых звеньев?
— Вы про сотрудников? — я возмутилась до глубины души. — Это же люди, а не звенья!
— В погибающей, практически разлагающейся компании — именно звенья, — непреклонно заявил он, упрямо качая головой. — Они не только сами не работают, но ещё дальше закапывают на дно всю фирму. Вы были со мной в ангарах. Там, на удивление, практически нет проблем с производством. А почему? Потому что нет таких проблем с персоналом. Зато в офисе творится настоящий Армагеддон! Только начинаешь взывать к ответственности подчинённых, как они разбегаются в разные стороны, словно тараканы, стараясь скрыться с глаз и отсидеться. Создаётся впечатление, что у вас есть номинация на самого хитроумного сотрудника, который при любых ситуациях умудряется не работать. Иногда у меня возникает огромный соблазн уволить разом всех, а потом набрать сотрудников заново, но, к сожалению, это тоже экономически не выгодно.
— Не надо, — пискнула я, воодушевившись перспективами.
— А раз не надо, то тогда перестаньте одна тащить весь отдел! — мужчина свёл брови к переносице. — Есть такое понятие как распределение труда. Вы не можете делать работу, которую должны выполнять десять человек. Смиритесь с этим. Вы метите на место начальника отдела, но всё, чем заняты сейчас, — это исполнением обязанностей других. И что произойдёт, если я вас назначу? Вы продолжите тянуть на себе весь отдел, только теперь официально?
От его слов накатила обида. Я же хотела как лучше и никогда не кичилась тем, что делаю! Я нахохлилась, как мокрый воробей, и начала рассматривать картину на стене. Так всегда происходило, когда я получала выговор; душа требовала спрятаться глубоко в свою раковину и никого туда не пускать.
— Послушайте, — намного более спокойным голосом продолжил Андрей Владимирович, после небольшой паузы, в течение которой не получил от меня ответа, — вы точно уверены, что вам нужно это место?
На глаза навернулись слёзы. И я не выдержала:
— То есть, вы думаете, что я не смогу? Не справлюсь? Вы же сами сказали, что мало кто настолько хорошо разбирается в делах, как я!
— Нет, нет, — он замахал руками, а увидев, что у меня слёзы стоят в глазах, похоже, сильно испугался. Начальник вскочил, метнулся к кулеру с водой и подал мне полный стакан. — Вы не поняли меня. Простите, я не так выразился.
— А что, по-вашему, вы сказали? Только то, что я не гожусь в начальники отдела, потому что не умею руководить, а поэтому должна сидеть тихо и не высовываться, — я обиженно шмыгнула носом.
— И когда же я говорил подобное?
Он поднял чёрную бровь, а потом и вовсе подошёл ближе и, облокотившись на поручни моего кресла, завис сверху. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы оказаться к нему лицом к лицу. К щекам мгновенно прилил жар.
— Нет, Юлия Владимировна, я сказал лишь то, что наблюдая за вами, заметил, что вы знаете слишком много для обычного менеджера, влезая во все дела без исключения. И, на удивление, неплохо в них разбираясь. Но при этом совершенно не умеете руководить людьми и распределять обязанности, а это крайне необходимо умение для начальника отдела.
— И что же делать? — я непроизвольно сглотнула, как завороженная наблюдая за зеленью его глаз. Зрачок пульсировал, а в яркой радужке вспыхивали и гасли коричневые искры. Или у меня воображение разыгралось? Взгляд завораживал, а мужчина манил.
Словно почувствовав общее притяжение, мужчина отстранился и сел обратно на своё место, разрушая тем самым возникшее наваждение. Я успокоилась, а именно этого, как я поняла, он и добивался.
— А делать... — на секунду он будто задумался, — не скрою, мне нравится, как вы работаете. И я вижу потенциал. Но не в той сфере, на которую вы метите. Я предлагаю вам место моего личного помощника. Оно до сих пор свободно.
