Соперницы

И снова японская проза, и снова удивительное сочетание грусти и красоты, очарования и тягот жизни (умеют японцы "переплавлять" печаль в нечто прекрасное...)

История, повествующая большей частью о жизни гейш, на самом деле рассказывает о нелегкой доле женщин. У мужчин все же лучше по жизни получается отделять эмоции и факты; может, оттого им чуть легче...

Главная героиня этого чудесного романа, Комаё (ох уж эти японские имена, мне их всегда трудно произнести и запомнить:) работает гейшей; не от хорошей жизни, конечно. Она была когда-то замужем (всего три года), но муж скончался и ей снова пришлось вернуться к этому ремеслу, чтобы обеспечить себе независимую жизнь. Ей 25, она красива, стройна, обольстительна, и судьба ее сводит с 32-летнимЁсиокой...

О некоторых встречах в нашей жизни только и остается порой сказать: да лучше б их и не было вовсе. И вот уже что-то, похожее на чувства, хотя он женат и у него дети...

А потом неожиданная встреча со старым другом, Сэгавой, в очередной раз всколыхнет сердце молодой женщины.

Как сложно бывает принять решение, ведь наперед не знаешь, как оно повернется в жизни. Как узнать, с кем будешь счастлива, заслужила ли ты это самое счастье и не предаст ли однажды самый близкий человек (а если предаст, то как жить дальше, когда в жизни и так было много разочарований)...

Трогательная и непростая история, все, как в жизни...Если в начале книги героиня предстает как гордая и сильная женщина (поэтому первую часть книги я ею восхищалась), которую, кажется, ничто уже не сломит (после пережитого-то), то в конце все уже не так радужно. Жизнь ломает и самых сильных. А несчастья озлобляют эту некогда такую прекрасную и милую девушку (вот от этого, наверно, так грустно и даже неловко читать последние страницы романа. Комае начинает устраивать истерики своему мужчине, требовать, чтобы он на ней женился; понятно, что это еще больше приближает расставание. Конец уже близок, но назад уже не повернешь. Остается как-то дальше жить...)

Роман, наверное, больше женский, он о чувствах и любви, полный потрясающий описаний интерьеров, костюмов, пейзажей - при всей сдержанности и особом внимании к внутреннему миру, японцы, как никто другой, умеют подмечать красоту внешнего, каждой малюсенькой детали, будь то вышитый цветок на рукаве кимоно или бусинке на заколке в волосах. Читаешь и видишь все воочию, так зримы и выпуклы все описания:

"Среди восторженных зрителей, единодушно провожавших взглядом мужественную фигуру Дзюдзиро, удалявшуюся со сцены по «цветочной тропе», были три женщины, которые сидели в ложе верхнего яруса восточной стороны как раз над Комаё. Одной из них, худощавой, было уже за тридцать, её невысокая прическа итёгаэси украшена была заколкой с мелкими кораллами, какие с давних пор привозят из дальних стран. Под бледным кимоно из тонкого шелкового крепа надето было нижнее, с мелким узором, а выпущенный ворот был серо-голубым, с крапчатым белым рисунком. Верхняя накидка из черного крепа, двусторонний пояс с расписным узором, закрепленный вместо украшения медной заклепкой для рукояти меча (тут не обошлось без какой-нибудь истории), на руке — единственный перстень из платины со скромным бриллиантом. Ничто в ней не бросалось в глаза, но все было тщательно и солидно. Вероятно, это была гейша с репутацией, имя и дом которой знали все". (вот на таких описаниях в книге я больше всего "зависала":)

Ну можно ли примириться с тем, что все и всегда идет так, как надо мужчинам! С точки зрения её патрона, у неё, гейши, с самого начала был один лишь мужчина — он сам. А ведь Ёсиока приходит не каждый вечер, вот и вообразил, что без него она тоскует, томится ожиданием… Он и ведет себя соответственно, доставляя ей этим массу неудобств. Все потому, что она гейша… — безутешно думала Комаё, — он требует от неё слишком многого… Ведь её ремесло — это и её живая плоть, а теперь все так запуталось!

Уже прочитав книгу, в послесловии, рассказывающим немного о самом писателе и его творчестве, я узнала о том, что автор восхищался французскими писателями, в особенности Эмилем Золя и его, так называемым, литературным натурализмом. И ведь действительно, если суметь отрешиться от культурных особенностей, присущих разным странам, можно с легкостью провести параллель. Влияние западной литературы того периода явственно чувствуется в романе "Соперницы", с одной стороны, еще присутствует некая японская созерцательность, меланхоличность, лирика в прозе, например, когда Кафу описывает природу. С другой стороны, он уже не намекает, а говорит прямым текстом о вещах, о которых не принято было говорить вслух ни тогда, ни порой даже сейчас.

Гейши, наверное, приходят в голову достаточно быстро любому западному человеку, стоит лишь заговорить об особенностях столь далекой от нас в культурном плане Японии. Уж больно интересный образ, в котором тесно переплетены две стороны медали этой профессии, нет, конечно же, они не банальные проститутки, стать гейшей не так уж и просто, а уж тем более успешной и пользующейся спросом. Если уличным девушкам, торгующим телом, достаточно для успеха в профессиональной сфере иметь привлекательную внешность, то гейши должны быть умны, уметь поддержать беседу, знать стихи и каллиграфию, играть на музыкальном инструменте, танцевать and so on, список умений достаточно приличный. Поэтому и хочется о них сказать в первую очередь как о творческих людях, обладающих умом и талантами, но как ни крути, от грязной правды жизни никуда не уйти, этим девушкам нужны патроны, покровители, что оплачивают их счета, да и клиенты далеко не всегда готовы удовлетвориться чайной церемонией, многие предпочитают продолжить вечер в кровати, что красиво зовется прислуживанием у изголовья, но как поэтично ты это ни назови, сути это не изменит. Торговля телом как ради денег, так и ради продвижения в различных сферах деятельности, процветала во все времена во всех культурах, пусть и обрастала каждый раз своими нюансами в зависимости от страны и эпохи. Да и стоит ли далеко ходить за примерами, чем уж так сильно отличается мир современного шоу бизнеса, про который не раз уже было сказано, что кратчайший путь на сцену лежит через койку продюсера? Нет, я не говорю, что это единственный способ и не собираюсь всех ставить на один уровень, но вот это тот случай, когда я искренне верю, что дыма без огня не бывает и, глядя на некоторых звездочек кино и эстрады невольно задумываешься, неужели они настолько хороши в постели?)

Но вернемся к роману Кафу, речь в нем, как я думаю, уже все поняли, идет именно о гейшах и автор беззастенчиво приоткрывает занавес над обеими сторонами их жизни. Вечера с танцами, выступления в театрах и тут же услуги сексуального характера, порой оказываемые за одну ночь не одному мужчине. Главная героиня Комаё, девушка примерно 25 лет возвращается в мир токийских гейш после длительного перерыва, за время которого она успела побывать замужем, овдоветь, взвыть от провинциальной тоски и принять решение о камбэке. В столице же жизнь кипит и бьет ключом, Комаё встречает своего старого поклонника, который становится ее патроном и даже не прочь ее выкупить, но девушка не уверена, что оно того стоит, тем более, когда она от всей души влюбляется в актера Сэгаву А есть еще и третий, волосатый грубоватый торговец, чьи визиты Комаё просто омерзительны, но и отказаться она в силу различных обстоятельств от них не может. И в этот любовно-сексуальный клубок, конечно же, вовлечены еще и другие женщины, в основном гейши: бывшая любовница патрона, новое увлечение актера итд итп Вся грязь этих отношений прикрыта красивыми словами, старинными традициями и недомолвками, но это лишь на первый взгляд, а так все обо всех все знают, сплетничают и строят свои планы... Комаё меня порой бесила, но все же в конце я почувствовала к ней жалость, проблема не в ней, а в окружающем ее мире, мире, где роли мужчин и женщин строго оговорены и предопределены.

И на фоне всего этого автор еще успевает вскользь затронуть столь ненавистные ему перемены, происходящие в Японии в те годы, на смену традициям и древним обычаям приходят новые идеи, новые люди, все явственнее ощущается влияние чужой западной культуры и тот мир, что так мил писателю, уже отжил свое и существует лишь в воспоминаниях... Может быть, это и не самый выдающийся роман японских классиков, что я читала, все же сопереживать героям получается далеко не сразу и читатель тут скорее отстраненно наблюдает происходящее, но я всегда любила острые темы и авторов, что не боятся говорить правду какой бы неприятной она ни была. Собственно это одна из причин, почему я дико люблю Эмиля Золя, уже упомянутого мной выше, за это я могла бы полюбить и Нагаи Кафу, но увы, "Соперницы" единственное его произведение, что я нашла переведенным на русский язык.

Как раз в это время он начал покупать услуги гейш, и здесь у него также были твердые принципы. Он считал, что, если подавлять стихийную плотскую страсть, можно навлечь на себя позор, попавшись в сети, расставленные дилетанткой, какой-нибудь гостиничной служанкой. Уж лучше действовать без ошибки, наверняка, покупая женщину за деньги, как это заведено. Ему казалось, что, с гарантией покупая любовь женщины, в которой уверен, он сможет к тому же избавиться от гнета страстей и со свежими силами всякий раз добиваться на экзаменах высших баллов, — иными словами, он сумеет разом получить и наслаждение, и пользу. Для него, так называемого современного молодого человека, авторитет конфуцианского учения, которое правило сердцами людей прежних эпох, совершенно померк. Ради достижения своих целей он не хотел, да и не мог раздумывать о средствах, он всегда стремился к победе. В том не было его вины — то было веяние времени.

Так получилось, что предисловие о жизни автора было интереснее, чем сама повесть. По названию, да и аннотации составила мнение о сюжете и ожидала абсолютно другого — настоящего соперничества между двумя гейшами, а получила вялый сюжет обо всём на свете, кроме заявленного.

О мужчинах, которые превозносят себя выше, чем они когда-либо станут. О женщинах, не пойми чего хотящих от жизни. Об актёрах, которые, кажется единственные, кто существовал в то время в Японии, потому что другие люди в повести игнорировались. Естественно, там ещё были гейши и их патроны, на этом список заканчивается.

Самое непонятное и странное, что бросилось в глаза то, как видение автора о гейшах отличалось от написанного в книге. В предисловие говорилось, что он в первую очередь считал их творческими личностями (певицы, танцовщицы, музыкантши), в повести этому уделяется мало времени, зато постельная жизнь буквально на каждой странице. И как-то это совершенно не вяжется с первоначальными словами, либо я чего-то недопониманию. Я вовсе не прочь почитать про изнанку «профессии», но уж больно много противоречий. Мнение-то уже сложилось, а тут бац и история о другом.

История Комаё, гейши, у которой просто отвратительный вкус на мужчин и несмотря на большой опыт, полное отсутствие предусмотрительности, не всколыхнуло внутри меня ничего. Можно сказать, что все её переживания, неудачи и разочарования прошли мимо, потому что к героини трудно испытывать хоть что-то, кроме лёгкого раздражения.

Поначалу она подобных чувств не вызывала, но чем дальше, тем тупее становились её поступки. Уж слишком наивно для далеко не юной гейши. Причём, героиня не сразу превратилась в глупую. Она, вроде как, знала, что хочет от жизни и стремилась к этому, а после все персонажи резко потупели и прелесть истории осталась лишь в традициях.

Кстати о них. Было очень интересно читать, что да как. Не могу назвать себя полным профаном в японской культуре, но вот часть с гейшами «проседает» из-за не сильного интереса к теме. Я редко про них читаю, ещё реже смотрю, но именно часть о традициях порадовала.

Да, не всем понравится читать названия причёсок и одежды, но в этом есть своя прелесть. Плюс сам уклад гейш описан вполне подробно, если исключить некоторую «зависимость» автора от сексуальных услуг, то вообще хорошо пойдёт. Созерцание природы заменили на всё, что связано с гейшами, но и первому посвятили одну главу и честно, она понравилась сильнее, чем все метания Комаё.

У меня не было сильной уверенности, что книга понравится, поэтому особо разочаровываться не пришлось, да и мнение не негативное сложилось. Да, ожидала иного и тут есть повод приуныть, но нечто всё же подчерпнула и стоит оценить по достоинству. Но повторюсь, предисловие и сцена в саду, всё же интереснее.