Даўным-даўно ў нас дома

«У меня были все предпосылки для счастливейшего детства: самые любящие родители в мире, благонравные брат и сестры, и если я все-таки вырос сварливым, раздражительным мальчишкой с тягой к уединению, то причина была только во мне».

Автобиографии бывают разными. Не потому, что у всех нас жизнь складывается по-своему. Повествование о собственном прошлом обязательно имеет окраску: был ли ты счастлив? кто окружал тебя? каковы семейные отношения? в какой среде тебя взрастили? Рудольф Дитцен - такое настоящее имя Ганса Фаллады - будучи подростком дважды покушался на самоубийство, находился на лечении в закрытом исправительном заведении для несовершеннолетних, был признан непригодным к воинской службе, благодаря чему боевой опыт Первой мировой войны его миновал. Этих данных нет в автобиографии, я их привела для сравнения, ведь прочитав подобные факты, от рассказов о детстве и юности ожидаешь депрессивных признаний, подходящих для Клуба Тлена и Безысходности. В случае с этой книгой, следует доверять аннотации, гласящей, что проникнута она "большой теплотой, любовью и тонким юмором". Именно эти составляющие притягивают читателя. Автобиография состоит из отдельных тематических зарисовок: о летнем отдыхе, званых обедах, судебных процессах, школе и учителях... Есть главы, посвящённые маме, бабушке, дядям и тётям. Для каждого из них писатель находит тёплые слова любви и признательности.

Ганс Фаллада рос не просто болезненным мальчиком, умудрявшимся хворать регулярно, он мог заболеть тифом в походе, когда самочувствие всех остальных ребят оставалось отличным. А ещё к нему притягивались несчастные случаи. Он из тех мальчишек, у которых голова застрянет меж балясин перил или крючки воткнутся в палец, осколок стекла порежет лицо или велосипед попадёт под колёса фургона... Страшилки собраны в отдельной главе "Горемыка", но и по всему остальному тексту их разбросано предостаточно.

Книга хороша тем, что следуя за героем повествования, читатель может наблюдать картину жизни тех времён. Ганноверцы, фризы, померанцы, берлинцы - это лишь часть народностей, населяющих Германию, из тех, кто являлся родственниками семейства Дитценов, кем были они сами, переезжая из одной местности в другую, но какие же между ними разногласия!

Нам теперь даже трудно себе представить, какие бурные страсти кипели вокруг политики сохранения малых государств, с какой ненавистью относились друг к другу сторонники того или иного немецкого государства и сколь мало было еще тех, кто мыслил в «общегерманском» масштабе.

Маленький штрих в один-единственный абзац заставил моё сердце биться чаще. Он посвящён Кнуту Гамсуну - моему любимому писателю. Была бы моя воля, поставила бы книге пять баллов с плюсом.

Интересное знакомство с автором. Отличный язык, легкость повествования, самоирония, чувство юмора. История о детстве и взрослении, рассказанная с невероятной любовью к семье и легкой грустью о прошлом.

Каждая глава - это еще один фрагмент из жизни Ганса Фаллада, начиная с самого маленького возраста. В семье четверо детей, мама с папой и объединяющая всех черта - любовь к чтению. С трепетом и восторгом автор рассказывает о читательских вкусах каждого, как удавалось дотянуться до "запретных" книг, собирать свою библиотеку.

"Чем несноснее казалась мне моя будничная жизнь, тем настоятельнее искал я убежища у героев приключенческих книг."

Неоднозначный взгляд на отца. Семья жила, мягко говоря, очень экономно, но после его смерти выяснилось, что они не были бедными. Вокруг такой скромной жизни возникало множество проблем. Например, вечно заштопанные брюки Ганса вызывали насмешку не только одноклассников, но и учителя, из-за чего пришлось сменить школу.

Не стоит ожидать от книги эффекта "Манюни". Здесь юмор скорее из разряда "смех сквозь слезы". Детство на самом деле было сложным, болезненным и трагичным. Потому что мальчик от рождения наделен способностью попадать в истории с плохим финалом, раз в год тяжело болеть, родители жили в постоянном напряжении, что же еще случится. Самые разрушительные для здоровья последствия получила история с красным велосипедом, перечеркнувшая все усилия и планы на поступление в новую школу на год старше.

Трогательный рассказ о бабушке, которая свято верила в традиции, приглашала к себе в гости, но из-за бедности угощать было особо нечем и то, что доставалось гостям зачастую было весьма сомнительным. Как она откладывала деньги на маленькие денежные подарочки всем своим многочисленным внукам. По сути, большая часть историй грустные, но автор приложил все усилия представить их в другом свете, заставляя читателя улыбнуться.

Читается легко. Не знакома с творчеством автора, возможно другие произведения отличаются по настроению. Но данный роман заставит улыбнуться и погрустить, вспомнить детство, школьные годы. Финал поставит жирную точку, символизирующую окончание детства. Рекомендую любителям семейных историй.

Во вступительной статье сказано, что Ганс Фаллада - один из самых значительных немецких писателей XX века, а я ни сном ни духом, как обычно. Впрочем, хоть фамилия писателя и была для меня до недавнего времени пустым звуком, всё равно не приходилось сомневаться, что роман "У нас дома в далёкие времена" непременно порадует. Во-первых, я люблю немецкую литературу (в том виде, в каком она предстаёт в переводах, конечно). Во-вторых, меня всегда живо интересуют истории о детстве, потому что это самый странный и неспокойный период человеческой жизни. Как написал однажды Стивен Кинг, "все дети - немного шизофреники". Неважно, пытается ли автор проанализировать особенности детского восприятия, или просто вспоминает самого себя ребёнком - мне наверняка понравится. В-третьих, уже по описанию видно, что это роман-идиллия, добрый и искренний, пропитанный светом хороших воспоминаний, а я питаю слабость к книгам о "старом, добром чём-нибудь".

Словом, к роману я сразу отнеслась очень тепло, и не зря: никаких разочарований, книга действительно замечательная и совершенно в моём вкусе. Более того, она серьёзнее, интереснее и глобальнее (если можно так выразиться), чем может показаться вначале. Это не просто лирическая идиллия - это идиллия с тонким привкусом надвигающихся катастроф. Чем дальше, тем сильнее чувствуешь, что за границами романа, сразу за последней его страницей, начинается что-то очень плохое, о чём автор не хочет говорить. Он сосредоточен на трогательных детских воспоминаниях, любовно описывает каждую мелочь, но ему слишком хорошо известно, как сложились дальнейшие события, и это постоянно прорывается в рассказе. Это описание рая тем, кого оттуда прогнали; это описание родины человеком, который живёт в чужой стране. То проскальзывает смутный намёк на то, что уже взрослым Фаллада крупно поссорился с отцом (если знать об этом из его биографии, намёк не пропустишь), то, рассказывая о любимом брате, проговаривается, что через сколько-то лет он был убит на войне, и родители никогда уже после этого не оправились, то замечает, что "многое в моей жизни, вероятно, сложилось бы иначе, если бы мой снисходительный отец не потерял в этот вечер терпения"... Автор сразу прерывает себя, возвращается к детским радостям и тревогам, но ощущение скоротечности этих радостей не оставляет читателя, какой-то налёт трагизма постоянно чувствуется.

Не знаю, понятно ли я объясняю свои чувства... Я хочу сказать, что эти маленькие экскурсы в будущее как бы создают контраст, благодаря которому история о детстве маленького Ганса кажется ещё более трогательной и милой. Конечно, в его детском мире тоже не всё хорошо, но даже самые неприятные и мучительные эпизоды - злой учитель и насмешки одноклассников, целая армия старушек, подвергающих мальчика настоящему допросу, и тому подобное - либо заканчиваются хорошо, либо осмысляются и оправдываются рассказчиком уже с позиции взрослого человека. Чаще всего, если приходится рассказывать о чём-то плохом, автор забегает немного вперёд и сразу успокаивает читателя: сейчас будет жестокая школьная история, но уже совсем скоро я попал в другую школу, и там всё было хорошо, а прежнему учителю я утёр нос. И дальше уже описывает своего мучителя, но мы-то знаем, что развязка будет доброй. Таким образом, читатель всегда спокоен, умиротворён и наслаждается светлой, лиричной историей, в которой хорошее перевешивает плохое (в финале Фаллада это особенно подчеркивает, прямым текстом).

Но как я уже сказала, книга заметно шире, чем просто воспоминания о детстве и забавные истории о родственниках, хотя таких историй тут немало, и они очень занятные. Но есть ещё много достаточно серьёзных размышлений, есть описание общества, окружающего семью Ганса, довольно-таки безжалостное описание, обнажающее всё фальшивое, ханжеское и убогое. Есть портреты замечательных, но очень много страдавших людей: чего стоит одна только мать главного героя, попавшая на воспитание к дяде Пфайферу, стопроцентному нарциссу. Есть целые притчи, вроде истории про судебный процесс дяди Альберта - не просто занимательные, но и не лучшим образом характеризующие существующую судебную систему.

Заключительная глава, в которой завершается детство и герой уже не чувствует себя "дома у нас, в доме моих родителей", оказалась очень хорошим последним аккордом: с подведением итогов ("Знаю, то было проклятое время. Выросшие в атмосфере ханжества и преувеличенной чопорности, родители были столь же беспомощны, как и дети. Из ложного стыда и те и другие боялись вымолвить хоть слово о запретном. Родители, несомненно, чувствовали, что это неправильно, что дети ждут от них помощи, что без их помощи испорченные товарищи или дурные женщины сообщат детям в безобразной форме то, что родители сами должны были объяснить достойно, однако не умели..."), с последними судорожными попытками вернуться к детской невинности, с изгнанием из рая. Достойный финал, и книга очень хорошая.