Цитаты из книги Все мы не красавцы

И тут я вдруг понял, почувствовал: "Не так важно, что с тобой будет, - главное, каждую секунду чувствовать, что ты живёшь!"

Не верь, когда тебе говорят, что вот, мол, все люди так жили и ты, мол, так же живи. Будут говорить тебе: "Не выпендривайся!" Не слушайся ты их! Всё надо попробовать самому! Выпендривайся обязательно! Может, до чего-нибудь и довыпендриваешься!

"Доцент Бирюков"

Мне непонятны и неприятны люди, которым достаточно лишь устать, чтобы считать день проведённым с пользой.

Ведь он же мой друг, и я его люблю. Мне все говорят: тоже, нашёл друга, вон у него сколько недостатков. Это верно. Что есть, то есть. Вот ещё и лунатиком оказался. Ну и пусть! А если ждать всё какого-то идеального, вообще останешься без друзей! Все мы не красавцы

Мне вообще не нравились люди, которым якобы некогда следить за собой - настолько они увлечены наукой. Мне кажется - наоборот, они следят лишь за тем, как бы не последить случайно за собой.

" Доцент Бирюков"

А почему это я всегда должен быть непременно веселым? Буду сегодня грустным.

Смеющегося человека бить очень трудно.

Не надо упрощать и без того простую жизнь!

В каждой жизни есть свой уют.

— Слушай, у тебя тут бабушка была, куда она делась? Будто бы не знают, куда бабушки деваются. Но я её помню.

— Смотри же, думай, - говорил он, держа меня за локоть в передней. — Не верь, когда тебе говорят, что, вот, мол, все люди так жили и ты, мол, так же живи. Будут говорить тебе "Не выпендривайся!" Не слушай ты их! Всё надо попробовать самому! Выпендривайся, обязательно! Может, до чего-нибудь и довыпендриваешься!

Мы стояли у окна и осторожно говорили про лето.

Такие всё говорят себе: ну вот ещё немножко, сдам вот этот экзамен, тогда начну жить, тогда уж начнётся, наверное, счастье! Не понимает, что если вот сейчас, в молодости, у него счастья нет, так потом уж и точно не будет!

И я её люблю всё так же, хоть она и перестала опаздывать.

- Как человек - я тебя понимаю, но как староста - нет, не понимаю.

Перед самым сном, когда мозг почти спит, приходят сигналы из каких-то дальних, заброшенных зон и появляются странные мысли, не свойственные ни твоему возрасту, ни твоей жизни, или появляются пейзажи, которых ты точно никогда не видел.

На следующее утро я проснулся и очень удивился тому, что я ещё есть.

Каким это было счастьем - стоять на тихом солнечном углу и по мельчайшим, необъяснимым толчкам определять, куда пойти - налево или направо. И вдруг ухватить, и пойти, и чувствовать с наслаждением - точно, сюда! Вроде бы, случайно, но совершалось самое важное: я начинал сам чувствовать жизнь, и хорошо, что мне никто не мешал.

Наденет очки, берет фанеру и водит в ней лобзиком тоненьким. Всю квартиру изделиями своими обвешал - полочки, узоры, а в перерыве снимет балалайку, ногу в огромно ботинке на колено положит, как даст кистью по струнам - и пошел, заиграл. Тут моментально бабушка появлялась, и они начинали частушки какие-то ужасные петь, с криками, с визгом, так что я обычно на площадку выбегал, когда у них это дело начиналось.