77. К Трое с Ахиллом отплывают Феникс и Патрокл
Некоторые рассказывают, что Ахилл решил перед отплытием в Трою навестить Пелея, родителя своего, которого он почти не знал, т.к. из своих 15 лет около половины провел на Пелионе в обучении у Хирона и больше года у Ликомеда на Скиросе.
Впрочем, другие говорят, что Ахилл по дороге к стенам священного Илиона завернул в родительский дом только для того, чтобы взять Патрокла, который у Хирона смог отыскать своего возлюбленного друга, а у Ликомеда, не смотря на все старания, не сумел. Без Менетида на Скиросе даже в обществе Деидамии Ахилл очень страдал. Ведь с женщиной мужчина сходится ради рождения детей (необходимых богам, государству и собственному роду) и для получения телесного удовольствия. А любовь к юноше – возвышенная, именно из-за нее герои часто совершают великие подвиги.
Согласно Гомеру, Пелей сам отправил Ахилла в поход и вместе с ним – своего верного друга Феникса, сына Аминтора и Клеобулы, которому он не только дал приют, но и сделал царем долонов. Феникс об отправке Ахилла так говорит:
– Мой старый друг конеборец Пелей, который сделал для меня так много, послал меня вместе с Ахиллом в день, как из Фтии его отправлял в ополченье Атрида. Совсем юный Ахилл, тогда не знал еще ни войны, для всех одинаково тяжкой, ни совещаний народных, где славой венчаются люди. С тем Пелей и послал меня, чтоб всему я мог обучить его милого сына: в слове оратором быть – и быть совершителем в деле, ведь не успел этому я его научить до того, как он еще маленький к Хирону отправился.
Всеми уважаемый пилосский старец Нестор, наездник Геренский, так же говорит, что почтенный Пелей сам отправил сына в поход:
– Мы с Одиссеем тогда, находясь в пелеевом доме, слышали все, что тогда говорил он. В дом Пелея, для жизни удобный, с Итакийцем мы приезжали, царей и героев на войну собирая по всей плодоносной Ахайе. Помню, что конеборец Пелей тогда тучные бедра большого быка сжигал молниевержцу Зевесу, стоя в ограде двора. Он двуручную чашу держал золотую и поливал искрометным вином горящую жертву. Увидев меня с Лаэртидом, кинулся к нам Ахиллес удивленный, под руки взял и в чертог к себе ввел, и сесть пригласил нас, и предложил угощенье, какое гостям подобает. После того, как питьем и едою мы все насладились, начали мы с Одиссеем убеждать Ахилла отправиться с нами. Был он, хоть и молод годами тогда, но высок и широк очень печами. Но главное было в том, что согласно вещанью Калхаса, без него нам Трою будет не взять. Поэтому мы с Одиссеем настроены были приложить все усилия, чтоб уговорить самого Ахиллеса и Пелея, благородного его родителя. Но уговаривать сына морской богини долго нам не пришлось. Он сразу загорелся честолюбивым желанием отправиться на войну, на которой можно прославиться. Старец почтенный Пелей, увидев неудержимое стремление Ахиллеса отправиться с нами, наказывал сыну храбро сражаться всегда, превосходствовать в битве над всеми.
Пелей отдал сыну нетленное копье, подаренное ему на свадьбу с Фетидой мудрым Хироном. Сам Кентавр срубил ясень, древко же из него отполировала рукодельница Афина Эргана, а наконечник выковал искусный в кузнечном деле Хромец Обеногий. Никто, кроме Ахилла и Большого Аякса, не мог не только метнуть далеко это копье, но даже сражаться им, как пикой, в ближнем бою.
Не забыл Эакид передать сыну и другой знаменитый подарок, полученным им от Гефеста на свадьбе с Фетидой – нетленный доспех, которому старой Ткачихой была уготована роковая роль в судьбах Патрокла и Гектора и через них – в жизни самого Ахиллеса.
Вместе с Ахиллом и Фениксом отправился под Трою, конечно же, и Патрокл, без которого Пелид своей жизни не мыслил.
Согласно Гигину, Патрокл, сын Менетия, отплыл из Фтии, на 10 кораблях, а Феникс, сын Аминтора, на 50 кораблях. Ахилл же, отправился под троянские стены на 60 кораблях. Из того, что 50 + 10 = 60, некоторые заключают, что Патрокл и Феникс не имели собственных кораблей и воинов и, подчиняясь сами Ахиллу, командовали частями его мирмидонской рати.
