Отзывы о книге Барсуки

Дебютный роман молодого писателя рассказывает историю братьев Рахлеевых, которые, неожиданно для самих себя сыграют важную роль в судьбе своей подмосковной деревни, откуда они родом.

До революции вместе уехав оттуда в Москву, впоследствии жизнь у каждого пойдёт своим путём и пропасть между ними будет только разрастаться. Первая часть романа посвящена их городскому периоду жизни и во многом носит описательный характер, давая яркие картинки повседневной жизни московской слободы Зарядье, полной разного люда. Во второй половине действие переносится в деревню, а картинки и становятся всё более тревожными и угрожающими перерасти в крестьянский бунт.

За всем этим кроется незримое противостояние старого и нарождающегося нового миропорядка, рассказываемое особым литературным языком писателя, которому присуща непередаваемая певучесть, плавность и при всём этом не чувствуется излишества, наоборот, от его речи получаешь истинное читательское удовольствие и ощущаешь всю трагичность происходящего, погружаешься в этот мир, а писатель становится умелым проводником в прошлое, где каждый оказался на перепутье и вынужден был выбирать как и с кем жить дальше.

Интересно, хотя порой и чувствуешь, что нужно поймать писательскую волну, прочувствовать особый ритм его текста, чтобы вся трагичность описываемой истории вызывала эмпатию, а прекрасный язык его произведений и тематика были близки и понятны.

Наверное, снова признаюсь в любви к Леонову. Хотя читать этот роман было тяжело - уж такой заковыристый язык. Вот, что надо читать будущим попаданкам в прошлое. И тут даже не Средневековье и не Европа. 20-й век, Москва и окрестности, а понять все эти зеленя сложно, просто чтение со словарём и томиком Есенина. Кстати, Есенина дико не люблю за его крестьянский язык, а вот Леонов гармоничен, певуч. Надо только войти в ритм этой жизни, горя и традиций, запахов Зарядья и деревни, стука сердца и колёс революционного поезда.

Мне нравится, что у Леонова нет оценки происходящего. Чтение его книг это диалог. Ты можешь встать на сторону Барсуков или язвить старый мир комиссарским прищуром, но это только твой выбор, Леонов не подталкивает, все подлости и радости - в сознании читателя. Леонов рассказывает историю двух братьев и вроде бы младшему уделяет больше внимания, но образ старшего от этого не менее глубок.

Пашке с детства жить было больно и мучительно. Пашка многое невидное другому видел, и потому детство казалось ему глупой нарочной обидой. Когда случилась коровья беда и односельчане били Пашку, половинку человека, Пашка молчал, не унижаясь до крика или жалобы, – только прикрывал руками темя. Темя было самым больным местом у Пашки, там он копил свою обиду. Он и на мир глядел не просто – птичка летит, а облако плывет, а береза цветет – а так, как отражены были все эти благости в темном озере его невыплаканных, непоказанных миру слез. Пашка на мир глядел исподлобья, и мир молчаньем отвечал ему.

Мне кажется, после этого отрывка как раз происходит разделение на тех, кто "за Пашку" и тех, кто не понимает обиженный взгляд на мир. Я не понимаю. Вот эти обиженные вырастают в комиссаров, мир отвечает им молчанием и они его коверкают. Зато с его братом, Семеном, говорит лес. В "Барсуках" еще нет языческого образа леса из "Русского леса", но сила его чувствуется. Некоторое время он защищает своих взбунтовавшихся барсуков.

Люди по-барсучьему устроили свою жизнь. Те же земляные норы, только просторнее, отделаны не барсучьей неразумной лапой, а заступом и топором. Окруженное с двух сторон топями, было это место самым безопасным в том краю.

Это грустная книга. Вопящая, голодная, свистящая царской нагайкой и советской пулей, надрывающаяся в бессмысленной войне, от которой остаются вдовы, калеки, несправедливость, отсутствие будущего. Причем война затрагивается фоном, мужчины уходят, редко возвращаются - изменённые и измученные. И у них уже нет сил на то, чтобы что-то исправить дома. Все устали - восставшие крестьяне, нагловатые революционеры. Хочется любить, есть, молиться, а приходится прятаться, воровать и убивать. Тупость и злость любого восстания, любой войны, любой революции показаны здесь.

Леонов с любовью рассказывает о простом народе. Семён, например, читать любил. Такой хороший нюанс. Ведь привычно думать, что понаехавшая деревенщина - сплошь дурачьё. Город-то наступает, но ведь изначально все из деревни вышли. В этом тоже огромная трагедия конфликта между городом и селом. Между листьями и корнями. Ну подерётесь... никто ж не выиграет, всё растение засохнет.

"Барсуки" о многом заставляют задуматься, Леонов - один из самых талантливых русских писателей, с ним хочется общаться через книги. Стиль, язык, душа, мысли - всё есть. И немного прекрасного, горького абсурда, без которого нет хорошей советской литературы (по моему, естественно, мнению).

Только у Проломных ворот наскочил Дудин на какого-то, бежавшего куда-то с креслом от ужаса приходящих времен. – ... кто? Кто паляет!? – возопил Дудин, пугая кресло какой-то особенно восторженной решимостью лица. – Ленин к Москве подступил... – прокричало кресло, отшатываясь от Дудина. – Палят-то отколь?.. – всей грудью закричал Дудин, стараясь перереветь небо. – ... со Вшивой горы... От Никиты-Мученика! По Кремлю разят... – проверещало кресло и побежало по кривым переулкам вглубь Зарядья, держась стены.

Беги, кресло, беги.

Как- то внепланово взялся почитать полюбившегося ранее Л. Леонова, теперь из раннего, и опять остался в ошарашивающем восторге. ''Барсуки'' - на мой вкус - книга, в которой прекрасно и гармонично всё. Налицо гармоничное сочетание высочайшего нарративного мастерства (то есть умения написать повествовательно плотную книгу, где интрига живёт и бушует с первой до последней страницы), мастерства создания запоминающихся персонажей, персонажей действительно живых, психологически достоверных, логика их поведения писателем подана так, что следить и анализировать их архиинтересно, в то же время эти персонажи подобраны именно как типажи эпохи перехода от дореволюционной к послереволюционной жизни, эти персонажи историчны в лучшем смысле слова. + Мастерство воссоздания социально- психологической динамики крестьянского бунта от самых его зачатков, до логического завершения в его подавлении советской властью. + Особая изюминка, видимая глазами человека с историческим образованием: книга Л. Леонова помимо всего прочего с доходчивостью высококлассного писателя- творца показывает социально- исторические корни причин жестокости нашей гражданской войны. Леонов видит и показывает то, чего не хватает таланта увидеть и показать у многих современных историков - связь жестокости и тупой злобы гражданской войны с жестокостью и тупой злобой дореволюционной царской России. Намекну читавшим, а нечитавшие да прочтут и поймут - свинулинские гусиные бои и последующий раздел села Архангел на два враждующих села - Гусаки и Воры - это символ мощнейший, густейший и по уровню художественного совершенства близкий ко многим символам из трудов Гоголя и Достоевского. Тут вам, господа- товарищи, не боевички американские смотреть, тут думать и чувствовать надо, тут у Леонова каждый может поучиться искусству вдумчиво воспринимать великую, кровоточащую, одну из самых сложных в мире - русскую крестьянскую душу... На социальном уровне - это просто - Л. Леонов критикует самодурство старорежимного помещика и крепостничество как историческое явление вообще. А попытайтесь проанализировать сюжет на метафизическом уровне, на уровне понимания конфликтов с богословской точки зрения - дом разделившийся надвое в себе не устоит - и перед вами откроются смысловые бездны простого вроде бы остросюжетного леоновского повествования... Заметьте, если будете читать, детальку - восставшие против советской власти крестьяне- барсуки под руководством Семёна и Мишки Жибанды, относятся к церкви и священничеству с тем же, если не с большим пренебрежением, как и представители советской власти. Эта деталь магистрального, судьбоносного значения в моём понимании.

• Архиважно. Л. Леонов учит современных исследователей гражданской войны величайшему вниманию к мелкой казалось бы специфике гражданской войны в каждой отдельной области. Без областнической специфики не разгадаете Вы кода русской гражданской войны - не говорит, но кричит книга Леонова.
• Для наилучшего понимания истории гражданской войны нужно помнить неимоверно сложную динамику мотиваций и личностей, и социальных групп от начала 20 века до эпохи Сталинской стали. Тут ой как показательна жизненная линия персонажа Савелия, отца враждующих лидеров-братьев, большевика Павла и крестьянского анархиста Семёна. Смотрите - казаки как царские представители в 1905 году репрессируют нагайками добродушного по природе Савелия ---> исход в пьянство у него. Исход в идеологическую озлобленность, разную по идеологическим векторам у сынов. Павел ненавидит эксплуататоров, Семён ненавидит город, который казачьей силой пытается подчинить себе деревню. Павел станет пролетарием, Семён - крестьянином, оба школу воинственности пройдут на 1 мировой. Может, тут вот на что стоит обратить внимание - казачество само по себе сгусток противоречий - как орудие царских репрессий и последующий объект репрессий советских [троцкистских - немаловажная чёрточка эпохи] - стало триггером, спусковым крючком всей эпохи русских революций ещё до 1905 года. И смотреть на этот триггер, на этот сгусток нужно крайне внимательно, крайне основательно, ещё с эпохи того, как отдельные несознательные чиновники использовали казачество как репрессивную силу для возгонки еврейских погромов.

Первое, что обращает на себя внимание – это язык. Кудрявый, непривычно затейливый, даже поначалу неестественный. Словно разговариваешь с человеком, который слова в простоте не выговорит, а все с шутками, с прибаутками. А с учетом того, что автору в момент написания было всего 24 года, он родился в Москве, окончил с медалью московскую гимназию, а затем и Московский университет, встает законный вопрос – откуда эти подчеркнуто простонародные обороты и к чему эта витиеватая речь? Поверхностное изучение биографии автора ответа не дало, поэтому остается отнести этот язык к литературным опытам молодого писателя. Не скажу, что неудачно, но, пожалуй, тяжеловато.

Второе, что смутило меня – книга делится на две почти равных по объему и почти не связанных между собой части, одна – жизнь московского купеческого-ремесленного Зарядья в самом начале 20 века, вплоть до восстания 1905 года, жизнь протекающая вяло и сонно, вторая – мы неожиданно вернулись в село. Даже те персонажи, которые встретились нам во второй части, никак по характеру не напоминают их же из первой части, словно автор использовал лишь имена и контуры судеб. А за окном уже первая продразверстка и все сопутствующие неприятности, снова рассказ о том, как неумелые действия новой власти чуть не свалили эту самую власть. Хотя я не припомню историй, рассказанных именно с позиции мужика, того самого кормильца и трудяги, которого так безжалостно бросили под ноги новой власти. Но и мужики у Леонова отнюдь не «милые мужички сочинения графа Льва Толстого»(с), они завистливы, скандальны, мелочны, горят желанием подраться, а потом набраться, за чахлый Зинкин Луг готовы морды понабивать, и если честно не вызывают особого сочувствия. И возникает русский бунт, бессмысленный и беспощадный, во всей своей красе. Не много романов я припомню, где во главе повествования именно эти мятежные мужики, эти "барсуки", бросившие свои дома и ушедшие в леса, сопротивляться власти по-своему, как умеют

Книга своеобразная, и читала я ее долго, откладывая, а потом возвращаясь. Она затягивала, ее хотелось читать, но только небольшими порциями. Очень густая и вязкая проза не позволяет спешить.

Так случилось, что это первое мое знакомство с Леонидом Леоновым и все благодаря вот этой замечательной рецензии. Не могу сейчас вспомнить, почему я много лет умышленно проходила мимо творчества Леонида Максимовича ? Откуда-то закрепилось в моей голове, что Леонов просоветский писатель, тяжеловесный и сложный?

"Барсуки" первый роман писателя, которому на тот момент было 25 лет. Первое, что поражает и сражает наповал это язык, тут о нем разные отзывы, на мой взгляд, он великолепен. Условно роман можно разделить на две части, дореволюционная Москва и крестьянское восстание в годы гражданской войны. Двое братьев Семен и Павел отправляются на заработки в город. Очень скоро их пути разойдутся, и надолго. Павел станет рабочим, которым нечего терять кроме своих цепей, в гражданскую он будет красным командиром и появится в романе ближе к концу, как герой и победитель. Семену, независимому и бесстрашному, мечтающему стать наследником купца у которого был в услужении, отводится больше внимания. Анархист по складу характера и убеждениям, паренек с явной крестьянской жилкой, после революции он возглавит восстание против советской власти, против продразверстки. Барсуки, так будет называться отряд Семена, а о нем самом еще долго будут слагать легенды и распевать песни на рыночных площадях. Но вот появляется старший брат, спокойный и уравновешенный, который через убеждение воздействует на младшего и ликвидирует мятеж.

Что-то здесь меня смутило. Крестьяне уже устали скрываться в лесах, начались волнения внутри отряда, крепли силы их противников, требовалась некая капля, чтобы все разошлись по домам. Этой каплей и стала беседа Павла с Семеном, однако выглядит все так, что только благодаря доводам старшего брата младший понимает бессмысленность своих действий. Дальнейшая участь Семена остается за кадром, но думаю она и так всем понятна.

Леонов однозначно дальше в планах.

Когда читаешь произведения Леонида Леонова, понимаешь, что означает выражение "писатель от Бога". Леонов - блестящий стилист, он пишет как дышит: естественно, свободно, легко. И даже если содержание книги не особенно интересно, и тема "не твоя" (как получилось у меня с "Барсуками"), не оценить и не восхититься писательским талантом Леонова невозможно. "Барсуки" - роман о расколе в крестьянском мире, о противостоянии Деревни и Города, предводителями которых становятся братья Рахлеевы. Первая часть романа - городская (действие происходит в московском Зарядье, где "жизнь течет крутая и суровая") и по большей части описательная, предметная: картины повседневной купеческой жизни, портреты действующих лиц, звуки, запахи, краски. Во второй части действие переносится в деревню и становится более стихийным и событийным. Крестьянский мятеж ("зелёное движение"), борьба, противостояние братьев - красного командира Павла и анархиста, вожака "барсуков" Семёна. В романе нет главных героев (и нет "плохих" и "хороших", кто победил известно, но проигравших автор не осуждает), нет кульминации и нет финала, "Барсуки" - это не история отдельных личностей, а фрагмент жизни, история об Истории. Разобраться в этом "сплетении судеб, лет, событий" непросто, да и нет такой необходимости. Это было и всё.

без оценки, потому что очень противоречивые чувства вызвал этот честный роман о временах Гражданской войны.

Это хороший роман о русском народе. Начало двадцатого века. Сначала тихое — житье бытье. Многие перебираются в город, в Москву, где по-разному складываются их судьбы. Братья Павел и Степан попали в услужение к московскому купцу. Строптивый Павел после ссоры уходит. И эта ссора станет для него поворотным моментом. Он найдет место рабочего на заводе. А дальше все просто, большевики - рабочие, Павел станет героем гражданской войны. Брат его более мягкий, его погубит женщина, купеческая дочка. Судьба сведет братьев в самом конце романа, по разные стороны баррикад, автор на их примере покажет, что победа за Павлом. Большевики - примета нового времени, перемены, которые нельзя остановить. Степан - предводитель крестьянского восстания против продразверстки. (это правда похоже на слово «зверски»?). Восстания, с самого начала обреченного на поражение. Почему? Автор выводит здесь противостояние города и деревни. И деревня обречена. Придут «умные» люди из города, установят советскую власть и крестьяне станут колхозниками, беспаспортными и бесправными, они будут рабами и солдатами. Я же не вижу эту драму как противостояние деревни и города. Не вижу героизма «барсуков», русских партизан, которые могут жить в землянках годами, и воевать с неприятелем.

Я вижу только русский народ. И в Павле, и в Степане, и в крестьянах, и в купцах, и в рабочих. Я вижу этот народ как единое целое. И честно говоря, тошно мне от этого народа. Противно.

Ой, ой. Как же я так могу. Это же мой народ, я среди них живу. Вот и живу, и вижу, что за сто лет не изменились, такие же точно, как в этом романе от «народного автора». Тошно мне от их невменяемости, от их глупых речей и еще более глупых поступков. От состояния или пьяного, или с тяжелого похмелья. Жить могут в крайней нищете, в землянке, но пить при этом не бросают, всегда у них самогон есть. От этого вечно пьяного состояния грубость и свинство. Их разговоры, их диалоги, это же грубость и пошлость.

Мне очень тяжело было продираться через этот роман. Не из-за сюжета, нет. Здесь было интересно. И надо отдать должное автору, очень честно. Ничего не прибавил, не убавил, все изложил так, как это и происходило в гражданскую войну.

Мне тошно не от романа, а от русского народа. Вот принято сравнивать с французской революцией, на мой взгляд, не обоснованно. Так вот, у французов тоже были крестьянские бунты против «парижской революции». Да вся страна бунтовала. Самое известное сопротивление — Вандея. И я читала разных авторов о тех событиях. Поскольку Вандея была против победивших, повстанцы изображались в литературе крайне негативно. Крестьян рисовали совершенно дикими придурками на службе господ, попов и англичан. Но, читая такое, у меня почему-то эти бретонцы не вызывали отвращение. При всем старании автора. А здесь, даже сочувствуя русским крестьянам, даже приняв их сторону, я не могу побороть в себе отвращение. Не знаю, в чем причина. Мне кажется, в пьянстве. В постоянном присутствии спиртного во всей жизни русского народа. И в постоянном хамстве, в отношении к женщине, или брату, или другу, да к кому угодно.

P.S. Не покидало меня ощущение, что где-то я уже испытывала эти чувства. Да, в романе «Угрюм — река» Шишкова. Он о другом времени. Но, вот это отвращение к народному пьянству, там еще меня зацепило, а в «Барсуках» вспыхнуло с новой силой. Не знаю, что мне надо прочесть, чтобы я могла вновь полюбить этот народ и поверить в него.

Дебютный роман Леонида Леонова не самое интересное чтиво. Но для самого писателя это неплохое начало. Попытки осмыслить внутренний мир русского человека в эпоху Гражданской войны - непростая задача. Но Леонову удаётся передать нравы и надежды людей того исторического периода. К слову сказать, самой войны-то и нет в повествовании. Скорее, её последствия. Это, конечно, не "Тихий Дон" Шолохова, но свою лепту в описание той эпохи "Барсуки" вносят. Этот роман необязателен к ознакомлению и будет интересен только поклонникам автора и тем, кто изучает его творческий путь.

Егор Иванович Брыкин приехал в родную деревеньку Воры "женихаться"......из города приехал, чуть ли не на "тройке с бубенцами", покуривая дорогой табачок и щеголяя лакированными туфлями......в общем, как обычный деревенский мужичонка, которому повезло обустроиться в городе. Взгляд свысока, девки становись в очередь - выбирать буду. Справив дела, отбыл Егор Иванович обратно, взяв с собой "в люди" двух братьев - Семёна и Павла. И вот перед нами Москва, купеческое Зарядье и его обитатели. На некоторое время мы попрощаемся с Егором Ивановичем и Павлом, чтобы "взять крупным планом" неплохо освоившегося в большом городе Семёна, купеческую дочку Настю и буквально физически осязаемый, витающий в воздухе запах наступающих грозных, трагических перемен ....... Первая часть романа заканчивается первыми же залпами - далеко не праздничным салютом, ознаменовавшим не только крах купеческого Зарядья, но и всей предыдущей жизни ........ Прошли годы. И мы снова переносимся туда, откуда и начали свой путь - в деревеньку Воры. Вместе с читателем, в ту же сторону бредут и два поломанных жизнью и фронтами Первой мировой и Гражданской, солдата. Лишь с большим трудом в них можно угадать Егора Ивановича Брыкина и Семёна. В Ворах уже советская власть.....но ещё непрочно, сдует любым чихом......и этот чих случился, когда началась реквизиция хлеба и прочих продуктов у населения. В Ворах вспыхнул бунт, пролилась большевистская кровь, заполыхали пожары по всей губернии.....и во главе бунта встал Семён.  Бунтовщики ушли в леса и стали жить в землянках, получив прозвание - барсуки. Там же вскоре оказалась и давняя зазноба Семёна - купеческая дочка Настя, всем сердцем возненавидевшая советскую власть и занявшая вакансию "Анки-пулемётчицы". А следом за Настей объявился и уже подзабытый читателем брат Павел ....... Первый роман великого русского, советского писателя Леонида Леонова. Читать нелегко, словно продираться через лесной бурелом.....но едва нащупав тропинку, уже не оторваться и движешься по сюжету ходко, как тройка Егора Ивановича в начале повествования и лес уже не бурелом, а первозданная красота природы..... Не лучшее произведение Леонова, но уже показывающее, талант какого масштаба перед нами. Никакой идеологии, разве что тщетность сопротивления отжившего и одряхлевшего, неумолимому новому. Пока читал, в голове сами собой периодически всплывали слова из известной песни:

"Это всё моё родное,
Это где-то в глубине....."