Возвращение в будущее

Честно говоря, не ожидала настолько субъективного повествования, да еще поданного в абсолютно безапелляционном тоне. Все могу понять: безграничную любовь к своей стране, сильную антипатию к Советскому Союзу, поклонение демократическим принципам, да и время было совсем непростое… Но должны же быть какие-то рамки в озвучивании своих суждений, нельзя же так категорично «есть только два мнения: мое и неправильное». Первая часть книги, там, где про Норвегию, читалась относительно неплохо, даже интересно. Все-таки слог у Сигрид Унсет очень грамотный и комфортный. И хотя не так уж много подробностей, имеющих историческую ценность, про начало войны в стране она нам сообщает, а все больше про личные дела и заботы, какая никакая повседневная картинка все же вырисовывается. Но уже на этих страницах начинает звучать тема идеализирования Норвегии, идущая жирным рефреном через все повествование. И это не просто любовь, не просто патриотизм, скорее, какое-то фанатичное поклонение. И природа здесь самая лучшая, и культура, и искусство. Здесь живут самые смелые люди, самые умные и решительные, они лучше всех ведут хозяйство, несмотря на… А еще они самые лучшие солдаты, целых 60 дней немецким захватчикам сопротивлялись, кто еще так может! Но вообще-то пацифизм у них на генетическом уровне, поэтому они самая миролюбивая нация, которая никогда и ни на кого не нападала.

Мы, норвежцы, — миролюбивый народ. Так уж сложилось в ходе истории, и, конечно же, мы не намерены бахвалиться этим. …всегда все наши усилия были направлены на сохранение драгоценных человеческих жизней, именно это присуще нам, а отнюдь не стремление отнимать чужую жизнь. Мы совершили немало подвигов на море и на суше для спасения людей, которым в наших природных условиях часто угрожают всякого рода опасности; в то же время преступления с применением насилия были у нас всегда гораздо более редки, нежели в какой-то иной части Европы, — они неизменно вызывали у нас ужас и отвращение…

Викинги с их набегами, как видно, не в счет. Ну да ладно, не стоит придираться. Норвегия – отличная страна, населенная прекрасными людьми, кто ж спорит… Едем дальше… А дальше после недолгого посещения Швеции (там тоже все молодцы, потому что свои братья – скандинавы) – Советская Россия. И вот тут, конечно, бомбануло. И совсем не потому, что в начале сороковых у нас в стране была поляна с лебедями, которую писательница просто не увидела (или не захотела увидеть). Да и финская война давала многим огромный повод для неприязни к государству коммунистов. Даже спорить не буду: жизненные реалии в нашей стране в тот исторический период вполне могли шокировать неподготовленного наблюдателя, тем более наблюдателя не слишком доброжелательного. И все же в каждом слове Сигрид Унсет сквозит предвзятость. Она старательно собирает и даже подчеркивает очевидный негатив: грязь, вонь, нищета, пустые магазины, тошнотворная еда и отвратительный сервис, тоска и серость (кстати, отдельные сцены вызвали некоторое сомнение, но спорить не буду, т.к. меня там не было). Но и про то, что вроде бы можно было бы, ну если не похвалить, то хотя бы сгладить нарисованную ею совсем уж мерзостную картинку нашей действительности, тоже в почти негативном ключе. Природа, например, архитектура, народные ремесла, люди отзывчивые… ага, щас, тоталитарный режим ведь, поэтому даже то, что вроде бы и ничего себе так, даже где-то красиво, все равно безвкусно и убого, и вообще просто русское не люблю, поэтому и нет здесь ничего хорошего:

должна признать, что, очевидно, просто природа моя такова, что все русское не вызывает во мне симпатии.

При всем этом писательница не устает подчеркивать, что в стране тоталитарного режима по-другому и быть не может. А еще русские тупы, нечистоплотны и ленивы по своей сути, поэтому у них ничего и не получается. Вот только нищих жалко, дам им денюшку. Что ж, за две недели, большая часть которых прошла в вагоне едущего на восток поезда, фру Унсет смогла понять всю суть русской нации, браво. Странно только, что тот же пресловутый тоталитарный режим в Японии совершенно не мешает ей восторгаться этой страной. Вот там и природа, и культура, и обслуживание, все замечательно, а то, что тоже грязь, нищета и бесправие, то это ничего, можно и не заметить, потому что неРоссия. А уж когда закончилась биографическая часть, и началась публицистическая, книгу и вовсе захотелось зашвырнуть куда подальше, не дочитывая. Переборола себя только из природного упрямства и дочитала этот напыщенный гимн демократии до последней буковки. И дело тут даже не в том, что в свете последних событий на мировой арене слово «демократия» стало почти ругательным. На это вполне можно сделать скидку. Но автор так жестко и уверено озвучивает свои политические тезисы, что читать реально неприятно (мягко говоря). Светоч демократии у нас, конечно, США с Англией на прицепе, ну и остальные страны, в которых стремление к демократии было заложено на генетическом уровне (в смысле Европа за минусом Германии), ну и Норвегия тоже в первых рядах. Именно этим странам будет принадлежать ведущая роль в борьбе с нацизмом, именно они обязательно одержат над ним победу и будут в дальнейшем устанавливать миропорядок. А если кто не захочет…

…мы стремились распространить среди других народов те принципы, которые были так важны для нас самих. Хотя порой нам приходилось вести кровавые битвы, чтобы завоевать то или иное право и утвердить свободу.

Отличный прогноз. И ведь не сказать, что ничего не сбылось, особенно насчет миропорядка… привет от Югославии, Ливии, Сирии и иже с ними, огребли демократии по полной программе. А уж каким катком Сигрид Унсет по Германии проехалась, и не передать. И не только потому, что ее ужасала и возмущала суть фашистского режима (хотя и это тоже), но и потому что вся их жестокость, самоуверенность и стремление к порабощению других народов, оказывается, опять-таки идет корнями в генетику, т.е. не люди виноваты, а нация, и держать их надо всех в ежовых рукавицах еще много лет после того, как… пока не дозреют до демократии, короче. А уж США постараются, и Норвегия им поможет. Некрасиво… Конечно, в тексте присутствуют и вполне здравые мысли, с которыми нельзя не согласиться, но вот это деление стран на высокоцивилизованные демократии и прочие убогие, которых нужно обязательно демократизировать, забивает напрочь все разумные рассуждения. Можно возразить, что это личное мнение Сигрид Унсет, на которое она имеет право, но ратовать за всеобщее равенство и братство и тут же размышлять о наказании немецкого народа после войны и о потенциально принудительном приведении в демократическое лоно многих других народов… как-то не сочетается… В общем как автор исторических романов Сигрид Унсет понравилась мне значительно больше, а вот ее жизненные постулаты восторга не вызвали даже со скидкой на возраст, характер и перенесенные лишения. Пишет она хорошо, но в данном случае это оказалось не главное.

Первое, что хочется сказать о произведении, то, что оно написано хорошим понятным языком, в этом плюс, так читать было легко. Но конечно главное то, что хотелось узнать о путешествии писательницы, по странам, когда она вынуждена была иммигрировать из Норвегии в США. И вот тут уже появились претензии к писателю. Я понимаю, что каждый человек патриот своей своей страны, но здесь хотелось объективности при взгляде на те страны что пришлось ей пересечь, но этого нет и в помине, взгляд чисто субъективный и предвзятый. СССР и все русское изначально не привлекает автора, о чем она и говорит

В то же время я должна признать, что, очевидно, просто природа моя такова, что все русское не вызывает во мне симпатии. Во времена моей юности, когда многие вокруг восторгались или делали вид, что восторгаются великими русскими писателями, я тоже их читала, как и все. И тоже восхищалась ими, но только тот мир, который они описывали, не вызывал во мне живого отклика.

И вот с этим она за 4 дня в Москве и 9 дней в поезде во Владивосток она оценивает СССР. Ничего, совершенно ничего ей не понравилось, и конечно понятно, что привлекательного возможно и было мало после того, что пережила страна, после 1 мировой, после революции, гражданской войны- я это понимаю, но она сознательно отказывается от посещения красивых мест, или музеев. Возможно, что мало можно было увидеть хорошего в вечно спешащих москвичах, ее это раздражает и постоянно у нее возникает вопрос куда они все идут и зачет. Толпы народа вызывают раздражение и численностью, а подумать головой, что во всей Норвегии всего 3 миллиона жителей, а в Москве в то время было 4 миллиона, ей не приходит в голову. На всем протяжении пути из одного конца СССР до другого нет описания красоты лесов и полей, неужели их не было в то время? Однажды только уже в Сибири увидела она поля цветов, а так только разбитые дома, тощие коровы, нищие и голодные. Ее восхищение Японией после неумытой России удивляло даже не тем, что она описывает, что там есть бани вода, красивые люди, она на Россию смотрит сквозь призму того, что это тоталитарное государств, ставит в укор войну с Финляндией, но вот Япони и все это прощается , потому что здесь чисто и к ней относятся по другому

Поэтому неудивительно, что мы были готовы с такой симпатией относиться к японцам, были готовы доверять им во всем и всегда считать, что не народ, а лишь небольшая клика несет ответственность за захватническую политику и войну в Китае, за японский империализм и циничные претензии на господство над народами Восточной Азии. Мы были совершенно очарованы японцами и невольно сравнивали их с русскими, учитывая то обслуживание, что мы испытывали в России в течение двух недель.

Даже если сравнивать описание одного и то же , что она видит в России и в Японии, тон там разный- "ну как же так можно в России, и но все равно это красиво в Японии" .Например эпизод того , что женщины носят сумки- это в России

Очень часто мне приходилось видеть идущего с младенцем на руках мужчину, в то время как позади него шла женщина, нагруженная бумажными свертками.

а это в Японии

В своей национальной одежде японские женщины выглядят просто очаровательными, в этих белых носочках и лакированных деревянных башмачках, но когда они наряжаются в европейскую одежду и обувь, то их внешность многое теряет. Их лица набелены и нарумянены, они приветствуют друг друга глубокими поклонами и красивой улыбкой, идут они обычно на некотором расстоянии от мужа, если появляются на улице вместе с ним, со своим господином; именно они, как правило, и несут всякую ручную кладь, иногда при этом у них за спиной еще привязан ребенок, а их малыши такие очаровательные, так бы и украла у них такого младенца.

В Японии она посещает музеи от которых отказывается в России, постоянно описывает красивые заросли бамбука, цветов там . В России же нет цветов, он все чахлые , если продаются, палисадники и поля опять таки без цветов, правда полюбила бы москвичей, за их любовь к цветам на подоконниках, но это герань , а герань была в моде в Норвегии в конце 19 века. Сетует, что россияне нерасторопны с документами, в же Японии пишет , что они все делали быстро, но времени все таки это заняло не меньше. Питание хоть красиво в Японии на улочках , но невкусно - ну ладно, можно пойти в отель и там поесть что-то. Такие японцы чистоплотные в сравнении с россиянами, но мусор выкидывают за дом. Хорошо, у них есть птицы, которые все это растаскивают, а вот в Москве то точно такого нет, потому там и грязно наверно. Хорошо, пусть ненависть и предвзятость к русским, но она предвзята и к остальным народам , кроме норвежцев- вот они то у нее самые самые- самые трудолюбивые, самые чистоплотные, самые невоинственные. .А уж про Германию конечно невозможно было не сказать только плохое. Как она пишет, что вшей и блох у них нет в Норвегии, а теперь немцы их точно принесут, причем в несметном количестве. Рассуждая, что с немцами нужно работать психиатрам, что все что случилось сейчас в Германии это у них в крови и приводится куча разных странностей, указывающих на захватническую деятельность германцев, она забывает, вернее прощает викингов- они же стали в конце концов крестьянами., осели полюбили природу, дом после каждого захватнического набега. Не разделяет фашизм и немцев просто от слова совсем. Мне сразу вспомнились советские дети ,я в том числе, которые кричали всем немцам фашисты, когда мы ссорились с ними. Но мы были тогда детьми, а тут взрослый человек , писательница. В итоге я получила кучу негатива, позитивного ничего, только восхваление своей страны и надежда на США, которые вместе с Финляндией видимо освободят мир от немцев, не от фашизма, а от германцев. Ей даже обидно, что они имеют общих предков, сразу идут отговорки что пути их давно разошлись, много веков назад. Есть конечно и что-то интересное, что я узнала из книги и о Норвегии и о Японии, да и язык , как я написала выше замечательный. Но объективное это или субъективное мнение об этих странах судить трудно после всего , что написано в сравнении.

Книга состоит из двух отчётливо выраженных смысловых частей. В первом разделе Сигрид Унсет рассказывает читателям о днях начала войны Норвегии с Германией и об эвакуации из страны — процесс этот проходил относительно неспешно и более-менее планомерно. Пока Унсет передвигалась по территории своей родины, она была прямым наблюдателем всех околовоенных событий и происшествий — обстрелы с воздуха и даже бомбёжки, встречи с солдатами норвежских вооружённых сил и с английскими военными, воевавшими на территории Норвегии в числе союзных войск. По мере оккупации немцами территории Норвегии Унсет перебирается в нейтральную Швецию, однако затем решает уехать в США, поскольку и в Швеции, мягко говоря, неспокойно.

Главы о 14-суточном путешествии по СССР — 4 суток в Москве и 9 суток в вагоне поезда, едущего во Владивосток — представляют для русскоязычного российского читателя особый интерес. Особый прежде всего потому, что написаны непосредственно после этого путешествия, и потому впечатления Унсет от советской России были свежи. И эти впечатления для нас, современных читателей, ценны ещё и потому, что Унсет воспринимает всё советское и русское весьма критично, а кое-что просто в штыки (нелюбовь ко всему русскому и советскому у неё вызвана захватнической агрессивной политикой СССР в отношении других стран и, в первую очередь, Зимней войной с Финляндией). Это ценно не вследствие неприязни Унсет к России, а потому, что вследствие этой неприязни её восприятие и видение СССР 1940 года лишено романтического ореола — чего греха таить, слишком многие писатели того времени кропали о нашей стране в основном хвалебные возвышенные лозунги и выспренние политизированные трескучие фразы. И потому взгляд Унсет — придирчивый и неприязненный (хотя вовсе не озлобленный, нужно отдать ей должное) — нужен нам, чтобы оттенить картину советской действительности, чтобы увидеть нашу страну такой, какой она представала глазам незаинтересованных внешних наблюдателей — отстранённых, не включённых во внутреннюю жизнь страны, а то и вовсе неприязненно и критично к ней относившихся. Взгляд со стороны штука интересная.

Конечно, всей полноты жизни в СССР того времени Унсет не увидела и не могла описать — много ли увидишь из вагона экспресса, пересекающего страну со скоростью пусть и паровоза, но ведь без остановок на боковые ответвления от основного пути. Однако способности и талант наблюдателя у Сигрид Унсет безусловно имеются, и потому эти главы наполнены такими мелочами жизни и быта, которые из фильмов и книг советского производства вряд ли сможешь узнать и увидеть. И то, что казалось привычным и относительно нормальным или, по крайней мере, терпимым нам, русским, в глазах европейской женщины выглядело ужасно и убого, нище и голо, сиро и голодно, холодно и уныло — эпитеты эти не выдуманы мной, читателем, но просто выхвачены (пусть не буквально и не дословно) из авторского текста. Опять-таки, следует быть честными и признать, что многое из увиденного писательницей совсем ею не придумано и не сгущено, просто мы относились ко всем реалиям предвоенной жизни с пониманием и терпением... И можно соглашаться или спорить с Сигрид Унсет, но чтобы делать это обоснованно, лучше всё-таки эту автобиографическую документалистско-публицистическую книгу прочитать самому.

Тем более, что есть ещё часть вторая, отчасти философская, сильно публицистическая, рассужденческая и теоретическая в плане того, что следует из победы или поражения Германии в войне (напомним, пока что 1940 год и немцы ещё даже не напали на СССР!) и как следует себя вести с немцами как с проигравшей войну нацией будущим странам-победителям, к коим Унсет относит прежде всего Америку и Великобританию, ну и европейские демократические государства (и Норвегию в том числе). Соображения эти умны и, честно говоря, слегка по-новому поворачивают мировую ситуацию и помогают нам, русским, лучше понять англосакса или другого европейца (пусть даже и не принять, но ведь и понимание сути многого стоит). "Хочешь мира — готовься к войне" ("Si vis pacem, para bellum") — так сказал в свои древнеримские времена историк Корнелий Непот. И можно продолжить и развить эту мысль: "Воюя — думай об устройстве послевоенного мира". Что и попыталась сделать Сигрид Унсет.

Так что хоть и обидно было порой за державу, но книга интересная и полезная.