«Вот осень, – говорит мне парк навзрыд, …»

Вот осень, – говорит мне парк навзрыд, —
похмелье лета, листопадный стыд,
ты вслушайся в звучанье слова, – осень! —
свист имени, в котором рухнул быт,
и звук скулит тоски многоголосьем.
В ней утренний неторопливый пар
и хрусткий шаг, и повседневный дар
в такое погружаться запустенье,
в котором суеты твоей кошмар
оплакивает каждое растенье.
И запах этот прелый и парной
избавит от потребности дурной
всегда иметь пронзительные чувства,
а жёлтая короста мостовой
уймёт нетерпеливый зуд искусства.
Останусь пуст. Займу смиренный нрав
у осени. Исайя трижды прав,
что Бог приходит не в безумных корчах
стихии, не в величии держав,
а в тихом веянии ветра. Или молча.
СкороКнижный режим