Графиня Кэтлин

Есть у меня целый сонм авторов, к которым я никак не могу подступиться. И дело здесь вовсе не в объёме, но в формате - это зарубежные поэты. Я отечественных-то классиков читала в школе по принуждению - а тут ещё и вечная загвоздка с переводом: то ли ритм сохранить, то ли смысл. И при любом раскладе результат получается каким-то неполноценным, да простят меня переводчики, - я ведь даже и не представляю, какой это адский труд. И вот я всё ждала-ждала, когда мой уровень, наконец, позволит мне читать в оригинале хотя бы английскую и французскую поэзию, - и оказалось, что я всё равно не получаю от этого удовольствия. Видимо не лежит у меня душа к поэзии, - но я всё-таки надеюсь, что просто ещё не нашла своего автора или, возможно, ещё не доросла до того, чтобы оценить по достоинству глубокий смысл, облачённый в столь изящную форму.

Кроме того, по мере взросления стало острее ощущаться чувство некоторой собственной ограниченности: Шекспира я, конечно, читала, а вот все эти великие английские романтики, как Дж.Г. Байрон, Дж. Китс, У. Блейк, Т. Гарди, Т. С. Элиот, Т. Мур и др., по-прежнему остаются для меня лишь громкими именами, о которых у меня не сформировано ровным счётом никакого личного мнения. Их значительное во всех смыслах творческое наследие лишь пуще вгоняет меня в ступор - и я просто не знаю, с чего начать. Поэтому пока что читаю их очень выборочно, только в случае необходимости - и данная пьеса не исключение.

Стоит сказать, что краткий очерк о жизни и творчестве Йейтса крайне меня заинтересовал. Он идеально попал на мою "ирландскую волну", т.к. я сейчас как раз зачитываюсь Дж. Джойсом, О. Уайльдом и Б. Шоу. Невероятно поэтичен данный ему литературный титул "певец кельтских сумерек", - его увлечение оккультизмом и национальным ирландским фольклором лишь больше разожгло моё любопытство. А уж когда выяснилось, что некоторые его пьесы написаны под заметным стилистическим влиянием японского театра Но - то тут пазл сложился окончательно: надо читать!

Эта история происходит в Ирландии в период страшного голода, когда крестьяне готовы были пойти на всё что угодно, лишь бы прокормить себя и свою семью, - даже продать душу дьяволу. На такую сделку решается разочаровавшийся в Боге Шеймас Руа и его сын Тейг. А в это время графиня Кэтлин спешит в свой замок через темный сумеречный лес: увидев воочию отчаянное положение своих подданных, она решает пожертвовать всем своим золотом, своим замком и землями - и даже собственной жизнью, - лишь бы спасти своё графство от смертельного бедствия.

Но когда ожидания на высоте - обычно приходит что? Правильно, разочарование. Пьеса не произвела на меня никакого особого впечатления. Действия графини, может, и благородны, но недальновидны, поскольку могут принести пользу лишь однократно. А уж сюжеты о продаже души тем более никогда меня не трогали, — к сожалению однако, все эти религиозные страшилки, активно воспринятые литературой, погубили немало ни в чём не повинных людей… Но это уже совсем другая история.

Голодное время, ирландская глушь, крестьяне безнадежно опускают руки. Графиня Кэтлин, нежное и чистое существо, появляется в своих владениях в тщетной надежде найти сытых подданных, попадая в ловушку той же безнадеги. Первый же ее поступок в доме крестьян может показать многое - она отдает им свои последние наличные монеты и расшитый дорогой, но уже пустой кошелек. Такой щедрый благотворительный поступок расценивается отцом и сыном как слабость, за ее монеты они не благодарны, наоборот, считают ее обязанной... В чем-то графиня действительно неумела - она не управляет, не руководит, она - бессребреница. Единственный выход. который она видит в сложившейся ситуации голода - разорить себя, раздать все до последней рубашки. Понимает ли она, что это разовая акция и надолго этого добра не хватит? Не может не понимать, что таким манером дыру не заткнуть, но иначе действовать ей в голову не приходит. И тут появляются дьявольские купцы, предлагая деньги беднякам "за так", за пустяк - за их бессмертные души. А есть ли у меня, голодного, душа, думает бедняк? Надежда на авось -не только наша национальная черта, и гляди - ирландцы наперебой торгуются с купцами в надежде получить деньжат, а там уж будь что будет. Графиня и тут идет на жертвы, ее сияющая душа - в противовес продажным (но голодным), греховным (но небезнадежным), грубым (но оправдано), непоследовательным (но искренним). Спасла ли она их? Надолго ли их прозрение? Эту пьесу автор переписывал несколько раз и несколько лет. Она явно не самое его любимое и сильное произведение. Пьеса, как утверждают, имеет под собой реальные прототипы, но автор не на этом заострял внимание.

Пьеса была впервые опубликована в 1892 году в журнале "Графиня Кэтлин и различные легенды и тексты песен" (написание было изменено на "Кэтлин" во всех будущих изданиях). Его текст претерпел множество изменений, пока окончательная версия не была выполнена в 1911 году и опубликована в 1912 году ("полная редакция, чтобы сделать ее подходящей для представления в театре Аббатства" и "все, кроме новой пьесы", по словам Йейтса).

Сначала эта история мне показалась основана на религиозных мотивах, ну как же - продажа души, бескорыстный и полный самопожертвования поступок графини, не слишком ценящие это греховные люди... Но в сети есть и удивившие меня трактовки сюжета, например:

Фредерик Сефтон Делмер описал пьесу в 1911 году как антианглийскую: "Антианглийская тенденция, лежащая в основе пьесы, очевидна, демонами-торговцами являются английские землевладельцы"

Как говорят, каждый видит что-то свое, вот, человек нашел тут аллегорию национального противостояния... Скорее всего этому способствовали жизненные позиции автора, Уильяма Йейтса, ярого борца за свободную Ирландию. И купцы, скупающие души голодных ирландцев, в этом плане вполне себе символичны.

Сам факт, что какое-то произведение написано в форме пьесы, автоматически снижает для меня его рейтинг. Это моя внутренняя долгосрочная битва, и я её в хлам проигрываю. Пьесы совершенно не идут. По мне так их надо не читать, а смотреть сценический вариант, сидя в театральном кресле. И эта не исключение. Ну хорошо - сюжет вроде сносный, благородный такой. Графиня Кэтлин продаёт душу дьяволу, чтобы спасти жителей от буйствующего голода. Йейтс переработал старую историю из ирландского фольклора о графине Кэтлин, которая изначально пришла из Франции. Вся пьеса - это фактически идентичная оригинальной история с небольшими добавлениями.

В принципе придраться даже не к чему: состоятельная женщина отдаёт всё своё имущество и деньги, чтобы помочь простым людям, страдающим от голода.

Скорей идемте! Я не успокоюсь,
Пока не превращу свой дом в приют
Всех старых и больных, всех робких сердцем,
Спасающихся от клыка и когтя;
Пусть все, все соберутся здесь, пока
Не лопнут эти стены от натуги
И крыша не обрушится! Отныне
Мое принадлежит уже не мне.

Когда и этого становится мало, она заключает сделку с посредниками дьявола, лишь бы прекратить людское страдание. Графиня Кэтлин фактически возведена в ранг святой. Кстати, она напомнила мне о Святой Бригитте Ирландской, которая наравне со Святым Патриком и Святым Колумбой является покровителем Ирландии. В своё время она тоже помогала бедным. Конечно, душу она никому не продала, но всё же сравнение напросилось.

По-моему, здесь Йейтс проявляет себя истинным ирландцем. Раннее его творчество как раз было привязано к ирландскому фольклору и легендам, а, кроме того, голод - совсем не выдумка. Незадолго до выхода пьесы в Ирландии бушевал голод настолько разрушительный, что был назван Великим. Известный также как Ирландский картофельный голод, он произошёл в Ирландии в 1845-1849 годах. В течение этого периода около миллиона человек погибло, и ещё миллион эмигрировало, в результате чего население Ирландии сократилось на 20-25 %. Хоть в пьесе голод и не такой масштабный, я уверена, что Йейтс помнил о нём во время написания пьесы, уверенный в том, что продать душу дьяволу — не такое уж большое преступление, если оно поможет остановить трагедию.

Стоит также отметить, что Уильям Батлер Йейтс — фигура значимая не только в литературе ирландской, но и в мировой. Именно благодаря ему ирландская литература воскресла в конце XIX - начале XX вв. И многие его пьесы, включая «Графиню Кэтлин», были поставлены в Театре Аббатства (Abbey Theatre), у истоков создания которого Йейтс также стоял.

Естественно, я уважаю Уильяма Йетса, но это не отменяет моего равнодушия к его пьесе. Уж не серчай, мистер Йейтс.