Отзывы о книге Дзённік вар’ята

Очень сильное произведение Лу Синя. Люблю Лу Синя, он русист и переводчик, на него сильно влияли Чехов и Гоголь и в целом русская литература. И он сильный писатель сам по себе, вне этого влияния. И вообще человек интересной судьбы, похожей на Моэма - тоже был врачом, тоже ушел из медицины в писательство, тоже имел практически фиктивный брак, занимался джиу-джитсу, писал на веньянь и байхуа. Записки сумасшедшего (иногда переводят как Дневник сумасшедшего) - сильная повесть. Ее сравнивают с гоголевскими Записками сумасшедшего, но в целом мало общего. Главный герой зацикливает на том, что вокруг все стали каннибалами. Он верит, что его вот-вот съедят. Это произведение считают сатирой на старый Китай, но я, честно говоря, считаю его иллюстрацией утверждения "если ты параноик - это еще не значит, что за тобой не следят".

«Некогда говорили, что Китай всеми своими корнями связан с учением о морали и добродетели. Последнее время подобные взгляды получили широкое хождение. Если исходить из этого, то чтение истории дает возможность легко решать многие вопросы. Потом я как-то случайно просматривал Всеобщее зерцало и понял, что китайцы все еще остаются нацией людоедов. Вот тогда я написал этот рассказ». Лу Синь

Революционер, отразивший в произведениях весь хаос своей эпохи. Почему его считают великим? (Исключая тот факт, что именно с него началась современная китайская литература, отбросившая вычурный и оторванный от реальности вэньян) На нескольких страницах "Записок сумасшедшего" ему удается вывернуть наизнанку конфуцианское учение, на котором строилось все аспекты государственной и частной жизни Китая на протяжении многих столетий. Рассказ с эффектом бомбы. Идеи конфуцианства - идеи людоедства. Страшно, не правда ли?

Почему страшно? Конфуцианство не признавало реформ. Родился чернорабочим? Значит, это твоя судьба. Будь лучшим чернорабочим среди чернорабочих и довольствуйся тем, что имеешь. Не прыгай выше головы. В древности это было прорывом мысли, в средние века - жизненным укладом, к середине 19 века феодальный Китай трещал по швам. Логично, что феодалам было невыгодно менять такой удобный для них уклад, но в страну начинает проникать западные веяния. Не мог не произойти взрыв революции. И не одной. Лу Синь своими дерзкими и смелыми произведениями поджигает фитиль. Не совсем в прямом смысле, конечно, но они больно наступили на любимые мозоли.

P.S.: Зная на опыте, что китайский народ в своем простодушии совершенно не простодушен, после прочтения осталось ощущение нераскрытой тайны, чего-то более глубокого, чем лежит за первыми слоями текста. И этот трепет загадочности приятно тревожит душу.

"Если ты не параноик, это ещё не значит, что за тобой не следят"

Быть может было бы смешно, коль так бы не было нам грустно... Что и говорить, у каждого в голове - свои "тараканы". Нет ни одного человека без каких бы то ни было страхов. Эта история об одном молодом человеке, страдающего от мании преследования. Главный же страх заключался в следующем: "вокруг все людоеды, они хотят меня съесть!" Все свои чувства, эмоции и состояние ужаса, в котором постоянно пребывал ГГ, он описывает в своем дневнике.

Что до самого автора, то он смог неплохо описать состояние больного, видимо, вследствие того, что был доктором и имел представление о течении данного заболевания. Преждевременная кончина отца сподвигла Лу Синя изучать медицину и получить западную учёную степень по медицине в медицинской академии в Японии.

Как же это обычно происходит:

Еще человек семь-восемь шептались у между собою обо мне. Но в то же время все они боялись, как бы я не заметил этого. И все, кого только я встречал по дороге, вели себя подобным образом.

Тут я распознал еще одну их уловку. Они не только не желали исправиться, но намеревались упрятать меня куда-нибудь как сумасшедшего. И когда они съедят меня, все будет шито-крыто, да к тому же найдутся люди, которые посочувствуют им. Как раз о таком случае и рассказывал арендатор. Все идет как по-писаному

В письме своему другу Лу Синь писал о «Записках сумасшедшего»: «Некогда говорили, что Китай всеми своими корнями связан с учением о морали и добродетели. Последнее время подобные взгляды получили широкое хождение. Если исходить из этого, то чтение истории дает возможность легко решать многие вопросы. Потом я как-то случайно просматривал Всеобщее зерцало и понял, что китайцы все еще остаются нацией людоедов. Вот тогда я написал этот рассказ».

О страхе "людоедства", но не в прямом, а в переносном смысле, приходится нередко слышать в часто употребляемых фразах "идти по головам", "да они же сожрут друг друга!" и тому подобных. А понятие "сумасшедший" слишком уж относительно в нашем мире.

Яркий рассказ в виде дневника молодого человека, которому вдруг стало казаться, что вокруг все людоеды и мечтают его съесть. Сначала мне представлялось, что это литературный вариант медицинских психиатрических хроник, но после нескольких фраз в рассказе юноши восприятие рассказа перевернулось. И стало понятно, что под записками сумасшедшего скрывается крик души человека, не желающего принять поступки и устои общества, направленные против личности, унижающие человеческое достоинство, лицемерные, двуличные, а на деле - людоедские.

Этот рассказ написан сто лет назад в Китае, но в равной мере может относиться ко многим другим обществам и временам, в том числе и современным. И любой может увидеть людоедские замашки окружающих, если внимательно приглядеться вокруг. Людоед может притаиться за стойкой регистратуры в поликлинике, в будке оформления документов на штрафплощадке, на кассе магазина шаговой доступности...

Лучшее лекарство от такой паранойи - принять правила игры. Самому стать людоедом. Ну или хотя бы казаться им в глазах окружающих. Об этом автор намекает в самом начале рассказа, когда описывает будущую судьбу молодого человека:

«Вы напрасно проделали такой длинный путь только ради того, чтобы навестить нас. Ведь он давно уже поправился и сейчас уехал в N за назначением на казенную должность».

Чжоу Шужэня - знаковый писатель китайской литературы прошлого столетия. Мне мало, что это говорит, так как творчество Китая для меня дремучий и непроходимый лес. Так что значимость этого автора принимаю как данность.

Записки сумасшедшего - первый его небольшой рассказ, который он опубликовал под псевдонимом Лу Синь. Псевдоним намного мелодичнее и приятнее на слух. Маленький рассказ о мужчине, которые страдает манией преследования и в своем безумном состоянии ведет записи в дневнике. Главный его страх - это людоедство. Ему так и грезится во всех углах жадные и голодные взгляды людей, которые готовы на него накинуться и сожрать его. Страшно, не правда ли? Жить и бояться в любой миг быть съеденым. Писатель в своем рассказе опирается на дикие китайские традиции, которые уже канули в небытие. Яро их изобличает и осуждает.

Видимо мне, русскому человеку, немного диковата эта тема, а древние традиции Китая и подавно. Так что прочитать было любопытно, да и написано качественно. Но рассказ никак не поразил и уж тем более не вдохновил. А так однозначно интересный опыт. Надо бы почаще обращаться к китайской литературе, ибо это нечто своеобразное. Как другая планета.

Мой брат – людоед! А я – брат людоеда! Меня самого съедят, и все же я останусь братом людоеда.

Знаете, есть такие вещи, которые не проходят бесследно. Слова, которые врезаются в память надолго. Иногда и не поймешь, почему. Иногда не объяснишь и не рационализируешь. Это страшный рассказ. Страшный, как людям цивилизованным страшно все дикое. Очень хочется прикрыть на то, что описано, глаза, и больше никогда, ни за что не вспоминать. Но не удается. И даже если рассказчик и вправду сошел с ума - то, что он описывает, страшно. Бросает в холодную дрожь. Не надо писать много, чтобы писать метко, доказал мне в свое время Чехов. А китайцы с каждым годом раскрывают мне все новые и новые глубины человеческой жестокости.

Каннибализм - метафора. Вы ведь умные и образованные люди и знаете это слово? Метафора обозначает замену одного понятия другим. В случае "Записок сумасшедшего" в частности на каннибализм проецируется... феодализм. Да-да, никакого пожирания людей в прямом смысле этого слова, как бы ни эффектно это смотрелось. Меня всегда поражало, что люди готовы поверить в любую дикость, если речь заходит о Китае. Вы ведь задумались бы о правдивости каннибализма, если бы речь шла о европейской стране?

Касательно книги - Лу Синь был и остается одним из самых влиятельный современных китайских писателей. Многие даже называют его первым на стезе современного литературного труда. А "Записки сумасшедшего", в свою очередь, являются его первой пробой пера, в которой автор вполне четко описывает свою позицию по отношению к старым порядкам своей страны. Система, пытающаяся пожрать людей, включенных в нее, вызывает у главного героя параноидальные приступы, а он, в свою очередь, проецирует это на все то же пожирание людей - только в самом что ни на есть прямом смысле.

У Лу Синя есть замечательный сборник "Клич", в который были включены и "Записки сумасшедшего". Если интересен Китай того времени - то это точно один из лучших источников. Ну а если не весь сборник, то хотя бы "Подлинная история А-Кью".