— Клянусь тебе, ты неисправим! — сказал его светлость. — К тебе в дом попало очаровательнейшее создание, напоминающее настоящую фею, а ты ведешь себя так, как будто бы в твой дом ворвался разбойник.
Мистер Бьюмарис ответил с пугающей откровенностью:
— Мой дорогой Чарльз, если бы для охоты на тебя использовались уловки, изобретенные женским умом, возможно, ты с большей готовностью разделил бы мои опасения, связанные с этим происшествием! Я уже встречался с красотками, надеявшимися выйти замуж за мое состояние, которые намеренно теряли сознание, чтобы очутиться в моих объятиях; они также рвали шнурки на своих башмаках, когда оказывались рядом с моим лондонским домом, подворачивали ноги, чтобы моя рука поддержала их, а теперь выясняется, что меня настигли и здесь, в Лестершире! Поломка кареты! Прекрасно! Каким же новичком должна она меня считать!
Маленькая ручка стиснула запястье мисс Блэкберн. Сама еле сдерживая возмущение, гувернантка увидела сверкающие глаза и пылающие щеки Арабеллы. Будь она ближе знакома с мисс Тэллент, она просто испугалась бы такого состояния Арабеллы. Та прошептала ей прямо в ухо:
— Мисс Блэкберн, могу я доверять вам?
< ... >Слегка вздрогнув, мисс Блэкберн кивнула. К ее величайшему удивлению, Арабелла, подняв юбки, легко взлетела вверх по лестнице. Развернувшись, она начала медленно спускаться, говоря ясным громким голосом:
— Да, в самом деле! Я уверена, что именно это я и утверждала, дорогая мэм, сто лет назад. Но, умоляю, идите впереди меня!
< ... >
— Но несмотря на это, — продолжала Арабелла, — я предпочитаю путешествовать на собственных лошадях!
< ... >
— Совершенно верно, моя дорогая.
Хмурый взгляд сменила обворожительнейшая улыбка.
Любой из братьев и сестер Арабеллы в подобной ситуации попросил бы ее подумать о последствиях действий, предпринятых в запальчивости, но мисс Блэкберн, не знакомая с этой слабостью мисс Тэллент, просто радовалась, что не разочаровала ее. Арабелла быстро пересекла зал и снова оказалась в библиотеке.
Лорд Флитвуд встал, чтобы приветствовать дам. При этом он смотрел на Арабеллу с нескрываемым восхищением:
— Теперь вы почувствуете себя лучше! Дьявольски опасно оставаться в мокром пальто! Но мы ведь едва знакомы, мэм! Наиглупейшая вещь — никогда не могу на слух запомнить имя человека. Слуга Бьюмариса бормочет так, что его невозможно услышать! Вы должны позволить мне самому познакомиться с вами: лорд Флитвуд к вашим услугам!
— Я, — произнесла Арабелла с опасным блеском в глазах, — мисс Тэллент.
Его светлость, пробормотав приличествующее случаю приветствие, очень удивился, когда осознал, что его не поняли. Арабелла перехватила его тяжелый вздох и четко произнесла (при этом на ее губах появилась презрительная усмешка):
— О да, та самая мисс Тэллент.
— Та самая мисс Тэллент? — запинаясь, в полной растерянности, спросил его светлость.
— Богатая мисс Тэллент, — сказала Арабелла.
Его светлость перевел взгляд, в котором одновременно чувствовались мука и непонимание, на хозяина. Но мистер Бьюмарис не смотрел на него. Он пристально вглядывался в лицо «Богатой мисс Тэллент», причем в его взгляде не было даже оттенка веселья, а чувствовалось голое любопытство.
— Я так надеялась, что хотя бы здесь меня не знают, — сказала Арабелла, присаживаясь на стул и немного отодвигаясь от камина. — Вы должны позволить мне представить вас моей dame de compagnie.
Лорд Флитвуд изобразил поклон, мисс Блэкберн с застывшим лицом, слегка присев в реверансе, расположилась в ближайшем кресле.
— Мисс Тэллент! — повторил лорд Флитвуд, напрасно напрягая память. — О да! Конечно! Э-э… Я не уверен, что имел честь встречаться с вами в городе, мэм.
Арабелла, с невинным видом переводя взгляд с лорда Флитвуда на мистера Бьюмариса и обратно, всплеснула руками, как бы выражая смесь восхищения и ужаса:
— О, так вы не узнали! — воскликнула она. — Я не должна была говорить вам этого! Но когда вы так на меня посмотрели, я была уверена, что вы такой же, как все! Можно ли вообразить себе что-нибудь более неприятное? Я ведь просто мечтаю о том, чтобы меня не узнали и в Лондоне!
— Дорогая мэм, вы можете на меня положиться, — просто ответил его светлость, который, подобно большинству сплетников, считал себя образцом осторожности. — И мистер Бьюмарис, знаете ли, точно такой же и, конечно же, способен вас понять!
Арабелла взглянула на хозяина дома и увидела, что он, подняв монокль, висевший у него на шее на длинном черном шнурке, внимательно разглядывает ее. Она немного приподняла подбородок, так как никоим образом не была уверена, что ее тревожит подобный осмотр.
— Неужели? — спросила она.
Как правило, молодые леди не имели обыкновения поднимать подбородки, когда мистер Бьюмарис наводил на них свой монокль: они чаще всего или начинали глупо улыбаться или пытались скрыть, что заметили проявленный к ним интерес. Но здесь мистер Бьюмарис увидел, что глаза юной леди решительно блестят, и его интерес к ней, сначала довольно слабый, резко возрос. Он опустил монокль и мрачно сказал:
— Да, действительно! А что с вами?
— Увы, — сказала Арабелла. — Я сказочно богата! И это мой крест! Вы даже представить себе не можете все мое несчастье.
Он искривил губы:
— Однако, я всегда считал, что большое состояние дает громадные преимущества.
— О, вы же мужчина! Вы, конечно же, не поймете меня! — вскричала она. — Вы не можете знать, что значит быть объектом охотников за деньгами. Эти люди ухаживают за вами и льстят вам исключительно из-за вашего богатства, а это все так надоедает, что вы уже готовы пожелать остаться совершенно без денег!
Мисс Блэкберн, которая до сих пор считала свою спутницу скромной, благовоспитанной девушкой, еле сдерживалась.
Мистер Бьюмарис, однако, сказал:
— Я совершенно уверен, что вы себя недооцениваете, мэм!
— О, Боже мой, нет! — воскликнула Арабелла. — Я так часто слышала, как меня представляли богатой мисс Тэллент, что у меня исчезли всякие иллюзии, сэр! Именно поэтому я так хочу, чтобы меня в Лондоне никто не знал.
83 понравилось
