Глава III, в которой рассматривается возможность того, что супружеская пара ведет непростую жизнь
Два слуги, глубоко связанные друг с другом и желающие вступить в брак, действовали из-за этой связи, что привело к несчастьям для бедного Дэвида и предательству со стороны Дэниела. Они согласились на поступок, который, как им казалось, будет осужден, из-за своей взаимной привязанности. Однако их брак продержался недолго: Джон узнал, что Пегги не обладает теми качествами, которые он прежде ей приписывал. Ее достоинства постепенно уменьшались в его глазах с каждым днем. Однако, в то время как у них были деньги (что не продолжалось долго из-за их неэкономного отношения, поскольку они полагали, что такое огромное богатство не иссякнет), они переживали упреки, ссоры, примирения, поцелуи и размолвки, переходя к неорганизованным расходам вместе, избегая открытого разрыва. Однако по истечении средств их терпение иссякло. Когда Джон осознал, что наступает бедность, и понял, что единственным результатом его злодеяний стала жена, от которой он теперь чувствовал усталость и от которой он смертельно устал, его совесть ударила его в лицо и не давала ему покоя. Единственное утешение, которое у него осталось, заключалось в том, что он оскорблял Пегги: он утверждал, что она предала его, и осознавал, что всегда следовало быть честным, если бы не ее уловки. С другой стороны, она защищала себя, утверждая, что ничто, кроме ее любви к нему, не могло заставить ее поступить так; и если он считал это серьезным проступком, то как мужчине, который лучше знал ее, ему не следовало соглашаться или позволять ей это делать. Хотя, вероятно, эта девушка никогда не читала Мильтона, она всё равно могла бы играть роль обвинителя своего мужа так же убедительно, как если бы выучила его наизусть. В общем, на протяжении всего дня они постоянно ссорились, ведя много любопытных диалогов, о которых я не буду здесь упоминать. Я надеюсь, что тот, кто читает меня, не заинтересован в подробностях, которые могут оказаться непонятными. Могу лишь обобщить, что, несмотря на мучения совести, страдания от бедности, холодное отношение и пренебрежение Джона, а также его склонность к другим женщинам вместо его собственной жены – что неприемлемо для женщины добродетельной, – Пегги и Джон вели скромную жизнь, не вызывающую зависти. Однако этот период не мог продолжаться долго. Когда стало ясно, что им невозможно обойтись без работы, они решили разойтись и приступить к отдельным занятиям. Им также не терпелось расставаться друг с другом, как ранее не терпелось собираться вместе.
Решение о разлуке было принято, когда стало известно, что мистер Дэвид покинул дом своего брата после острой ссоры. Это разлагающееся братство стало предметом общего обсуждения, и люди говорили – это неудивительно, ведь никто не мог выдержать его вспыльчивого характера. Даже ссора с братом произошла из-за того, что тот не уволил всех своих слуг, чтобы угодить его чувству юмора! Поскольку у мистера Дэниела были все финансовые средства, он был настолько добродушен, что решил оставить их при себе. Естественно, когда людей содержат благотворительно, им не следует проявлять гордость, а вместо этого радоваться, что они удовлетворены, не поднимая конфликтов с джентльменом и его слугами. Старший джентльмен, отец мистера Дэниела, точно знал, каким был его сын, в противном случае он оставил бы ему больше.
Когда Джон услышал об этом, он был потрясен, и собственное преступление, за которое он был ответственен, предстало перед ним в ужасающем свете, чуть не сводя его с ума. Сперва он рассматривал возможность отыскать мистера Дэвида и признаться ему в полной правде. Они долгое время проживали под одной крышей, и Джон помнил его как кроткого и добродушного. Он лелеял надежду, что эти воспоминания подскажут путь к прощению. Однако затем страх позора овладел им настолько, что он потерял мужество довести рассказ до конца. Борьба в его уме проявлялась настолько сильно, что ему было сложно определиться с решением. Тот же человек, который втянул его в преступление, в конечном итоге раскрыл секрет, так как его жена представила все возможные аргументы, чтобы убедить его не совершать добровольное самоубийство. Это было неизбежно, несмотря на необходимость, поскольку, хотя их поступок был неправильным, они, слава Богу, не несут ответственности за убийство. Действительно, если бы это было правдой, то не было бы смысла утаивать это, потому что убийство обязательно стало бы известным, даже птицы небесные разнесли бы эту информацию. Однако, не стало бы разумным подвергать себя риску и возможным последствиям, если нет опасности быть обнаруженным.
Джон, изначально поддавшийся влиянию этой женщины, которая ему нравилась, с течением времени испытал усталость и ненависть к ней. Воспользовавшись каждой возможностью, он начал противостоять ей. Её стремление сохранить тайну их преступления в сочетании с собственным чувством раскаяния побудило его сообщить об этом мистеру Дэвиду. Тем не менее, он продолжал обманывать её, опасаясь, что она предпримет шаги, чтобы помешать его планам.
Он немедленно начал расспрашивать о том, где находится мистер Дэвид. Когда ему сказали, что тот у своего дяди, он направился туда и поинтересовался о состоянии мистера Дэвида. Однако слуга сообщил ему, что мистер Дэвид действительно там, но в настоящее время находится в тяжелом состоянии, и с ним нельзя вести разговор. В случае крайней необходимости он бы позвонил своему хозяину, но сказал, что это было бы примерно так же бесполезно, как и рассказывать ему об этом самому себе. Джон отметил, что его сообщение предназначалось исключительно для мистера Дэвида и никого другого. Его настойчивые устремления к встрече с ним, при поддержке дяди, в конечном итоге привели к тому, что его впустили в комнату мистера Дэвида. Когда Джон подошел к бедному Дэвиду и заметил бледное и истощенное лицо, вызванное сильным душевным потрясением и лихорадкой, которая с ним была с момента его прибытия к дяде, он настолько встревожился, что некоторое время не мог найти слов. В конце концов, он опустился на колени, умоляя о прощении, и дал полный отчет о фальсификации завещания, не упуская ни одной детали. Это новое открытие и уверенность в злодеянии его брата так сильно ослабили Дэвида, что он потерял сознание. Как только он немного пришел в себя, он послал за своим дядей и поделился с ним тем же, что только что рассказал Джон. Он поинтересовался, какие шаги следует предпринять и каким образом можно поступить, поскольку он решительно не желал подвергать своего брата публичному позору. Дядя ответил, что при текущем состоянии дел он ничего не может сделать, но попросил его взять себя в руки и заботиться о своем здоровье, обещая взять на себя решение всех этих вопросов с обеспечением максимальной тишины.
После этого дружелюбный мужчина провел Джона в другую комнату, внимательно осмотрел его и заверил, что, если он ведет себя так, как того хочет этот человек, то удастся добиться прощения. Однако он пояснил, что Джон должен убедить свою жену согласиться с его версией событий. Джон предложил, что если ему будет разрешено идти с ним, то, по его мнению, наилучший способ справиться с ситуацией – это пуганье. Старый джентльмен решил пригласить адвоката и отправить своего слугу за констеблем, чтобы решить этот вопрос с минимальным шумом. После этого они направились к дому Джона, и дядя Дэвида сказал женщине, что если она признается во всем, ее простят. Однако, если она решит упорствовать, он вызовет констебля, чтобы арестовать ее, и ей грозит виселица на основании показаний ее мужа. Девушка была настолько испугана, что начала плакать и рассказала все, что она знала по этому вопросу. После этого адвокат внес их показания в официальную форму. После этой процедуры Джон с женой вернулись домой вместе с дядей мистера Дэвида и должны были оставаться там до завершения расследования.
Из-за этого нового эмоционального потрясения молодому человеку стало значительно хуже, и даже казалось, что он на грани жизни и смерти. Однако благодаря великой заботе старого джентльмена он вскоре начал оправляться. Следующим шагом дяди было посетить Дэниела и постараться разумными методами достичь от него согласия, убедить его подчиниться своему брату. Дэниел сначала проявил негодование и заявил, что все обвинения – клевета. Он клялся, что заставит ответить за лжесвидетельство парня и девушку. Затем он покинул комнату с той высокомерной уверенностью, которая часто сопровождает чувство вины. Он попытался использовать различные подходы, чтобы выселить Джона и его супругу из дома своего дяди, предлагая им вторую взятку, но этот план не увенчался успехом. Затем он вложил все усилия в получение фальшивых доказательств. Однако к моменту судебного разбирательства его дядя снова подошел к нему и серьезно обсудил возможные последствия признания в суде виновным в подлоге, особенно такого неприятного характера. Дядя заверил его, что у него есть убедительные доказательства и выразил максимальное сомнение в подлинности завещания его отца. После длительной беседы с ним Дэниел осознал свою неспособность защитить себя. Это привело к кардинальному изменению его позиции, так как ум, способный на предательство, обычно склонен к недостатку мужества. Его гордость подвела его к самоуничижению, и он умолял о возможности увидеть своего брата, просил прощения и выражал готовность жить с ним как слуга, при условии прощения. Дядя настоял, что ему следует тщательно скрыть факт встречи с Дэвидом, поскольку последний был еще слишком уязвим, чтобы привлекать внимание. Однако, если Дэниел откажется от оставшегося наследства своего отца и предаст себя милости брата, то дядя рискует обещать, что против Дэниела не будут предприниматься юридические меры. Дэниелу не хотелось расставаться со своими деньгами, но, не найдя другого выхода, в конце концов он согласился.
Дядя настаивал на том, чтобы не покидать его до тех пор, пока не получит от него все в руки, опасаясь, что что-то может быть присвоено. Из одиннадцати тысяч фунтов, переданных отцом, осталось не больше восьми, так как остальное было потрачено на женщин и другие нецензурные вещи.
По завершении всех дел, старый джентльмен рассказал Дэвиду о своих действиях, и тот выразил высокую оценку каждому шагу, исполненному дядей, и был полон благодарности за его доброту. И казалось, что все проблемы Дэвида остались позади. Ему нечего было больше беспокоиться, кроме размышлений о поступках своего брата, которые постоянно мучили его, и он потратил некоторое время, восстанавливая свои силы. Однако он принял решение обеспечить Дэниела пожизненной рентой, чтобы обезопасить его от нужды. В случае, если Дэниел из-за своей расточительности окажется в беде, он решил помочь, не раскрывая своего вмешательства. Он решил, что лучше не видеть его больше, так как не рисковал бы судебным процессом.
Дэвид выразил желание, чтобы его дядя разрешил ему проживать вместе с ним, чтобы он мог заботиться о нем в старости и благодарно отплатить за его щедрое и добродушное отношение в трудные моменты. Это пожелание было легко удовлетворено; присутствие Дэвида было для старика величайшим удовольствием.
Теперь Дэвид решает вести умеренный образ жизни, избегая вовлечения в новые дружеские или романтические отношения. Он предпочитает проводить время за чтением и спокойными развлечениями, избегая больших удовольствий и, следовательно, уклоняясь от возможных больших разочарований. Этот образ жизни был вновь нарушен, когда дядя главного героя тяжело заболел лихорадкой и ушел из жизни через десять дней. Это стало новой разлукой с тем спокойствием, которое герой предполагал; так как в Дэвиде пребывало много нежности, возможно, ему было трудно расстаться со своим дорогим другом, не испытав глубокого волнения. Вопреки своему беспокойству, он старался смягчить его, осознавая, что наступил тот период жизни, когда важно лишь дышать, и можно ожидать, что болезни и страдания могут заполнить всю оставшуюся жизнь. В конце концов он начал размышлять, и даже с удовольствием, о том, что человек, которого он уважал и ценил, избежал самых тяжелых моментов человеческой жизни. До этого момента старик пользовался отличным здоровьем и придерживался прочных принципов, стремясь делать все возможное для блага. Однако в то же время ему недоставало той тонкости и глубоких чувств, которые составляют как счастье, так и несчастье для тех, кто обладает ими. У него не было потомства из-за того, что, несмотря на свой молодой возраст при браке, его супруга скончалась от оспы всего через полгода. Она принесла ему значительное состояние; благодаря ее экономности и заботам, он ушел из жизни, оставив более десяти тысяч фунтов. Это наследство было передано его племяннику Дэвиду, за исключением некоторых посмертных подарков старым слугам.
Когда Дэвид обнаружил, что он теперь обладатель легкого и беззаботного состояния, вместо того чтобы радоваться, как это часто бывает в таких случаях, он первоначально почувствовал себя еще более несчастным. Размышления о том удовольствии, которое ему могло бы доставить разделение этого состояния со своим братом, постоянно напоминали ему о жестоком обращении, что заставило его вновь пройти через все свои старые боли. У него не было стремления к успеху и никакого интереса к величию. Единственная цель, ради которой у него были деньги, заключалась в том, чтобы помогать своим друзьям. Однако, когда он размышлял о том, насколько трудно встретить человека, достойного этого доверия, и учитывал свои многочисленные разочарования в прошлом, он приходил к выводу, что нет ничего лучше в жизни, чем просто еще раз открыто выразить благодарность тем, кто на самом деле заботится о нем. Он тратил целые дни, размышляя о том, как было бы замечательно встретить человека, способного на истинную дружбу. Он подразумевал идеальное соединение мыслей и чувств, при котором каждый человек воспринимает себя лишь как часть общего сущего; как бы маленькое сообщество из двух людей, где их действия направлены на общее счастье, а эгоистичные или индивидуальные интересы совершенно игнорируются.
Этот помысел был для него своего рода фантом, объект восхищения, который вызывал глубокие чувства в его душе. Он посвятил себя этому великолепию настолько, что стал энтузиастом, не менее безумным, чем Дон Кихот в своем манифесте рыцарства. После многих часов занятий этим увлечением и глубоких размышлений, где его богатое воображение создавало множество прекрасных образов, он, наконец, сделал решение, настолько странное и невероятное, что оно стало легендарным – отправиться в мировое путешествие, лишь чтобы найти настоящего друга.
С того времени, как он разделял жизнь со своим братом, он принял на себя настолько отшельнический образ жизни, что, в некотором смысле, изолировал себя от внешнего мира. Тем не менее, когда он осознал, что обычаи и традиции различных народов касаются в основном формальных обрядов и мало связаны с настоящими чувствами людей, он пришел к выводу, что ему было бы проще понять характеры людей в большом городе, где он проживал, чем если бы он отправился в чужие страны. Там, в чужой среде и с непониманием языков, ему было бы сложнее выяснить чужие чувства, которые именно его интересовали. Именно поэтому он принял решение отправиться в путешествие по Лондону. Его цель не заключалась в том, чтобы, как делают некоторые туристы, просто рассматривать здания и улицы, измерять расстояния от одной точки до другой. Его настоящей миссией было увидеть гораздо больше интересных мест, которые могли бы обогатить и улучшить его жизнь. Он стремился найти человека, который мог бы стать истинным другом, готовым помогать тем, кто попадает в беду из-за несправедливого обращения со стороны других людей.
У него было достаточно разума, чтобы осознавать, что люди, по своей природе, практически идентичны везде; и если бы он прошел через один большой город, не обнаружив в нем благородного человека, то было бы бесполезно искать далее. В рамках этого проекта он планировал не тратить ни гроша сверх того, что было необходимо, с намерением сохранить все средства для того, чтобы поделиться ими с другом, в случае если ему повезет найти человека, достойного этого наименования.