Богатыри Западных и Восточных небес собираются у Сэгэн-Сэбдэга
И Сэсэн-Уган, и Сэбдэг,Из веков выбрав лучший век,Постигая годов череду,Самый лучший выбрали год,Самый лучший месяц в году,На великое пиршество-сходПригласили богатырей,Населявших небесный свод,—И стрелков, и их главарей:
Были здесь именитые боги,Что владели дождем и огнем,И такие, что, духом убоги,Одурманены были вином,Что курили до одуренияИ шатались от злого курения.Но совсем рассудок утратилиМногих княжеств завоеватели,Про свое забыли главенствоИ величье своих племен —Лишь увидели совершенствоНепорочной Сэсэг-Ногон!
Устоять не могут на местеВоевавшие ради мести,Усидеть не могут на местеПобеждавшие ради чести.Поднимаются сотни желанийВ сердце каждого храбреца,Закаленные в пламени брани,Сладострастьем кипят сердца.Сразу головы всем вскружила,Всех царевна приворожила,—И воителей-смельчаков,У которых широкие плечи,И прославленных, метких стрелков,Несравненных в военной сече,Храбрецов, наделенных величьем,С толстой шеей и горлом бычьим,С крепким луком и крепким телом,С твердой дланью и взглядом смелым,С крепкой, словно крепость, спиной,С грудью, что в океан шириной,С богатырской одеждой-броней,С боевой кольчугой стальной,С черноцветной хангайской стрелой,С серебряными колчанами,С вороными конями, с булаными,С неустанными и бодрыми,С потниками, шелком тканными,С изогнутыми седлами,С мечами, что ладно кованы, —И, царевною очарованы,То встают они, то садятся,И в наряде своем боевом,Похваляются и гордятсяБогатырством и удальством.
Обитатели неба – сыныБелой, Западной, стороны —Собрались как единая рать,Чтобы правую руку поймать,Чтобы верное слово сказать.А Восточного неба сыныСобрались, для борьбы сплочены,Чтобы левую руку поймать,Чтобы верное слово сказать.Возвышаясь, подобно твердыне,Словно стрелы, бросают слова,Задирают носы в гордынеИ засучивают рукава.
Восседая у очага,Грозно вглядывается Хурмас:Он выискивает врага,Не спуская с витязей глаз.Влажным взглядом всех обводя,Здесь толпятся владыки дождя,Потрясают халатов подолами,Что полны облаками тяжелыми,Что полны туманами-ливнями,Затяжными и непрерывными.
Средь гостей радушного домаТри стрелка, три властителя грома,Держат, в жажде вражеской крови,Стрелы-молнии наготове.То кричат они, то хохочут,И все прочие небесаВ дрожь бросает, едва прогрохочутИх сердитые голоса.
Ищут места в доме чужомНебеса с Белым Швом, с Белым Швом,Что белеет, как молоко,И вступают взволнованно в домНебеса с Белым Дном, с Белым Дном,Распростершимся широко.Честный воин, ликом угрюмый,Проницателен и суров,Замышляя новые думы,Входит в дом повелитель ветров.Белоликий Заян-мудрец,Запредельной жизни творец,Ничьему не подвластный веленью,Знаменитый своею ленью,С опозданьем летит во дворец.Небожитель каштановокудрый,Быстрый разумом, сердцем мудрый,Сотворивший коров-лошадей,Со своим старшим сыном белым,Молодцом могучим и смелым,Входят в гущу небесных вождей.
Богатырь, чье лицо вечно молодо,Белоснежный властитель холода,С опозданьем дойдя до ворот,Пробирается все же вперед,Всех отталкивая плечом:Сан иль возраст – ему нипочем!
В той толпе оказавшись тесной,Самый белый витязь небесныйПорешил: «Где моя родня,Там и место есть для меня».И нашел он широкостанного,Что всех ближе ему и родней;Этот бог с головою каштановойСотворил и быков и коней.Вот и взяли друг друга под руки,Сообщают друг другу новости,А кругом не смолкают отроки,Старцы смотрят взором суровости.
Разлились толпою широкоМногомощные богатыриЧерноцветных небес Востока.Там, вперяя глаза свои острые,Их белки поворачивал пестрыеЗавидущий Атай-Улан.С небесами подвластными вместеОн обдумывал дело мести,В ход пуская хитрость, обман.Черным шумом шумел черноликийБогатырь, в чьих руках – туман,А в свирепых глазах – мрак великий.
За спиною Атай-Улана —Мглистых дымов и тьмы владыки.Полный яда и полный дурмана,В пляс пустился безумный и дикийНебожитель Черное Марево.А за ним – цвета красного варева —Зашумели, враждою горя,Три кровавых богатыря,Забряцали доспехами ратными.А за ними – серое с пятнамиНебо, ненавистью дыша,Думу думая темную, злую,Подступило, на битву спеша,К властелину Улану вплотную.А за ним – небосвод, полный злобы,Желтый с пятнами, низколобый,С черным словом и хитрым взглядом,Стал с жестоким Уланом рядом.
Три Ветра – три светлых воина,Чья сила порывом утроена,Противники дыма и тьмы,Кричат: «Нам еще неизвестно,На чьей стороне бьемся мы,Но биться мы будем совместно!»
Три Неба – три юных конника,Три веющих тихо шелоника,Что по Западу реют и Югу,Быстро на ухо шепчут друг другу:«Надо прочных друзей нам найти»,И приплясывают на пути.
Грязно-серые, с сердцем нечистым,Клокоча, кипя и дымясь,Подползают к серо-пятнистым,Доказав с ними давнюю связь.«У ствола – тень одна, говорят,Вместе с братом кочует брат!»
Небеса, что темны и туманны,Что известны везде, как шаманы,Приседая, приплясываяИ присловья разбрасывая,Всё глядят, но не прямо, а вбок,То на Запад, а то на Восток.Увидав небосвод с Белым Дном,Закричали: «Брат-побратим,Мы всегда за тобою пойдем,Воевать мы с тобой не хотим!»И, уверенны с виду и пылки,Но почесывая затылки,Стали тихо ползти-подползать,Обнимать и ласкать-лобызатьНебосвод с Белым Дном, с Белым Дном,Что и ночью белеет и днем!
Говорили гордо сыныБелой, Западной, стороны:«Вместе с нами – правда святая.Мы пойдем по дороге войны,Справедливость и честь утверждая!»
И Восточные небесаПоднимали свои голоса:«Для мечей у нас пояса!Мы пройдем сквозь огонь и дым,Справедливость и честь утвердим!»
Страницаиз48
СкороКнижный режим