ГЛАВА 10
Как только я вошла в кабинет, сразу получила сообщение: «Как ты? С тобой все в порядке? Почему не отвечаешь?». Оно было от Вэла. Я чертыхнулась, так как совсем забыла о просмотре уведомлений и вообще о телефоне, пока ехала в сверкающем спорткаре. Экран телефона мерцал на фоне строгого офисного интерьера — серые стены, хромированные детали мебели, жалюзи, пропускающие узкие полоски солнечного света. Я машинально поправила манжету блузки и ответила: «Более чем, но меня кое-что пугает… Точнее кое-кто».
«Надеюсь, не я», — отправил Вэл в конце со смеющимся смайликом.
«Нет… Петр», — ответила я серьезно.
«Что он сделал? Обидел тебя?» — пришло следующее сообщение. Но я не успела ответить: меня вызвал директор и мы поехали на переговоры большой важности для компании. В пути он давал мне указания, размахивал руками и сыпал фразами вроде «стратегическое партнерство» и «долгосрочные перспективы». Я кивала, делала вид, что внимательно слушаю, а сама то и дело поглядывала на телефон. Но доставать его при шефе было бы верхом непрофессионализма, он непременно бы подметил и напомнил про то, какую зарплату он платит нам именно за профессионализм и соблюдение правил рабочего этикета.
Спустя три часа очень щекотливых переговоров, во время которых я то убеждала партнеров снизить риски, то ловко парировала их возражения, я наконец‑то зашла в свой кабинет, села за стол и скинула туфли. Откинувшись на спинку своего удобного рабочего стула, зашла в сообщения. И то, что я увидела, напугало меня очень сильно.
«Маша, – писал Вэл, – держись от него подальше».
«Он очень опасен для тебя», — следующее сообщение.
«Маша, ответь, ты где?», — и еще одно.
«Пожалуйста, я очень переживаю, ответь… Маша…»
Подобных сообщение было штук 20.
Но самое шокирующее в конце.
«Если он с тобой что-то сделал, я его убью».
Выдохнув, я ответила: «Ты что ненормальный? Я просто работала. На переговорах нельзя телефоны. О чем ты вообще говоришь? Он что маньяк?». Дальше я продолжила, намереваясь написать: «Что вообще происходит?». Но на “Что во…” вызов от Вэла засветился на экране:
–Надо поговорить. Во сколько ты освободишься? – Он был лаконичен.
–Часов в пять примерно.
–Я заеду за тобой, – быстро бросил он.
И положил трубку, не спросив адрес. Я застыла с телефоном в руке, глядя на погасший экран и ощущая себя героиней в шпионском сериале «Вот это да… — пронеслось в голове. — Он что, экстрасенс? Или у него везде свои люди? И почему и он, и Петя без уточнений знают адреса моего проживания и работы? Что за дичь-то происходит? Может, мне уже пора собирать по-быстрому вещи и документы и бежать, куда глаза глядят, где меня никто не найдет?». Мне было одинаково страшно и одинаково любопытно.Кто эти мужчины и что им от меня нужно? От Валеры я вообще не чувствовала никакой опасности, в отличие от Петра. У меня зазвонил рабочий телефон. Я взяла трубку.
–Маша, зайди, – услышала я голос директора.
–Хорошо, – сказала я. А сама подумала: «И чего ему от меня сегодня еще нужно? Переговоры закончены и очень успешно, благодаря мне». На важных сделках зачастую я могла веревки вить из наших будущих партнеров. И это был мой главный рабочий талант. Поэтому я думала просто ничего не делать оставшееся время до конца рабочего дня. Но, похоже, меня зовут либо праздновать удачное соглашение, либо случилось что-то важное. Николай Александрович никогда не вызывал меня после важных переговоров по пустякам. Именно по этой причине я быстро одела туфли на ноги, встала с кресла и пошла вверх.
В мыслях вертелось: «Я вообще не удивлюсь, если меня сегодня уволят. Вот так, ни за что! События в моей жизни стали совершенно непредсказуемы!»
Кабинет шефа был этажом выше. Достигнув наконец его двери, я постучала.
–Входи, – прозвучал знакомый голос шефа.
Я уверенно открыла дверь и замерла на пороге.
В кресле напротив шефа сидела красивая девушка. Просто неземной красоты: длинные светлые волосы струились по плечам, голубые, почти прозрачные глаза смотрели открыто и дружелюбно, пухлые губы чуть улыбались. От нее исходила такая энергия жизни и доброты, что на мгновение мне действительно захотелось ее обнять. «Господи… Да что со мной в эти дни происходит?!» – мелькнуло в голове, и я поспешно отогнала эту мысль.
Замешкавшись, я вошла и села напротив босса.
–Маша, хочу представить тебе твою новую коллегу, Женю, – произнес Николай Александрович с видом человека, который только что преподнес всем грандиозный и приятный сюрприз. – Она тоже будет в отделе переговоров и продвижения.
–В с-смысле? – я опять начала заикаться. – Я всегда работала одна! – Выпалила я, не успев взять себя в руки. Желание обнять ее улетучилось с невероятной скоростью. Сюрприз оказался совсем не «желанным» и не «приятным».
–Ну, а теперь нет, есть необходимость в увеличении твоего отдела, – сказал босс. – Будете работать в одном кабинете. Она очень опытный переговорщик и оратор, плюс у нее большой опыт работы в SMM[ Продвижение продуктов и брендов в социальных сетях]. А нам пора развиваться.
От шока я ничего не могла сказать. Я уже лет 8 работаю одна в СВОЕМ кабинете БЕЗ напарников.
–Я хреново делаю свою работу? – в лоб спросила я.
–Нет-нет, ты прекрасно справляешься, более чем, – сказал шеф и осекся, затем заискивающе заглянул в Женины глаза и продолжил. – Но… Думаю, вдвоем это будет еще плодотворнее.
–Я не хочу и не буду работать ни с кем в паре, – процедила я и повернулась к Жене, сверля ее взглядом.
–Не переживай, мы сработаемся, – прощебетала она голосом, напоминающим весеннее пение птиц. Мне показалось, что у меня даже сил прибавилось от звучания ее голоса.
–Нет! – я процедила сквозь зубы.
–Мария Александровна, перестаньте устраивать сцены. Вы – профессионал, а не рыночная хабалка, – твердо сказал Николай Александрович. – Идите в кабинет и познакомьтесь поближе. Вам работать в паре, как-никак. Евгения, удачи Вам. Похоже, мы разбудили зверя, сами того не желая.
Я встала и на деревянных ногах пошла к себе. Скорость моего передвижения была удивительной, каблуки в этот раз не были сдерживающим и замедляющим фактором. Скорее наоборот, позволяли чеканить шаг и твердо ступать на пол. Мне было плевать, успевает новоиспеченная напарница за мной или нет. Но, она успевала, еще как! Я слышала ее ровное дыхание позади меня. Кажется, она дышала мне в затылок, не отставая ни на миллиметр.
Открыв дверь кабинета, я не потрудилась придержать дверь, и она чуть не попала Жене в нос. Я злорадно усмехнулась.
Повернувшись к ней, я прошипела:
–Я никогда не работаю с напарниками, понятно? Мне не нужны помощники в этом деле.
–Понятно, – Женя прошла легкой походкой к креслу и села в него. В МОЕ КРЕСЛО! Она села в МОЕ кресло.– Но, коллега, теперь у тебя нет выбора. Мы – напарники. Не бесись, я не собираюсь красть твои лавры. Хотя могла бы, – игриво протянула она, с улыбкой глядя прямо в глаза.
Я просто задохнулась от негодования и продолжала стоять, а не сидеть в МОЕМ кресле.
–Кто? Ты? – насмешливо спросила я, стараясь не брызгать слюной от ярости.
–Ага, – спокойно сказала она. – Сестренка, расслабься. Я здесь, чтобы тебе помочь. Твоя должность меня мало интересует.
–Я тебе не сестренка, – уже спокойно сказала я. Как ни странно, когда она назвала меня сестренкой, я успокоилась немного.
У меня никогда не было ни сестер, ни братьев. Возможно, подсознательно я об этом мечтала. Не знаю, что мной руководило, но я прошла и села на небольшой диванчик, стоявший в кабинете.
–Кто у тебя покровитель? На такие должности просто так не попасть: надо либо пахать, либо удачно давать, — выпалила я, глядя ей прямо в глаза..
–Фу, как грубо, – прошелестела Женя, но без обиды, скорее с легкой иронией.
–Как ты этого и заслуживаешь!
–Я сама все могу, поверь, я сама жизнь и позитив. Я – женщина-весна, — улыбнулась она, и в ее улыбке было столько искренности, что я невольно замялась.
–Ха, ты женщина-заноза теперь в моей заднице, – смягчившись, пробормотала я. – И что, хочешь сказать, никакой мохнатой руки, папика – мамика, никого за тобой нет?
–Нам надо познакомиться поближе, – перевела тему «женщина-весна». Может, в бар? Алкоголь развязывает языки и сближает людей. Тогда и расскажу про все мохнатые руки.
–А давай, – неожиданно согласилась я. – Только при одном условии: ты поднимешь жопу с моего кресла и больше в него никогда не сядешь, – сказала я и снова поразилась своей грубости и отсутствию этики. Неположительно на меня влияет женщина-весна.
–Да хорошо, хорошо. Забирайся в ТВОЕ кресло, – сказала с ударением она на слово «твое» и встала неторопливо.
Наблюдая за ней, я поймала себя на том, что смотрю на нее с восхищением. Статная, высокая, но тонкая, намного тоньше меня, она просто плыла по комнате, двигалась с невероятной грацией — будто не шла, а скользила, не касаясь пола. Ее движения были плавными, как течение горной реки: без суеты, но с внутренней силой. Действительно, женщина-весна, женщина - мечта. «Может, и сработаемся», – подумала я и пересела в свое кресло.
Взгляд невольно зацепился за окно: за стеклом раскинулся городской пейзаж — высотки, покрытые стеклом и металлом, отражающие закатное солнце. Алые и оранжевые лучи окрашивали фасады в цвета спелого персика, а верхушки деревьев в парке напротив мерцали золотистыми бликами. День клонился к вечеру, и воздух за окном становился прохладнее — признаки наступающей весны, когда вечерами еще пахнет снегом, но днем уже чувствуется дыхание лета.
— Ладно, — сказала я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Пойдем в бар. Но предупреждаю: я не из тех, кто напивается и начинает изливать душу.
— Да я и не жду, — улыбнулась Женя. — Просто хочу, чтобы мы перестали быть чужими и начали плодотворно работать вместе. А то наше знакомство, кажется, не с того началось. Знаешь, в этом мире так редко встречаются настоящие люди…
Ее слова задели какую‑то струну внутри меня. Я вдруг осознала, что уже давно ни с кем не была по‑настоящему откровенна. Работа, сделки, переговоры — все это требовало маски, роли, стратегии. Даже с Инной, своей «лучшей коллегой», но не подругой, я до конца не была собой. А тут — вот она, сидит напротив, улыбается так, будто знает какой‑то секрет, который делает мир чуть добрее.
— Хорошо, — повторила я уже тверже. — Бар так бар. Но сначала я хочу закончить кое‑какие дела. Дай мне полчаса. Ну и потом, мне надо ввести тебя в курс дела, на это думаю много времени не понадобится.
Женя кивнула и, к моему удивлению, не стала настаивать, несмотря на позднее уже для плодотворной работы время. Вместо этого она подошла к окну и замерла, любуясь видом.
— Красиво тут у вас, — тихо сказала она. — Особенно на закате, наверно. Будто весь город замирает на мгновение, прежде чем погрузиться в ночь.
Клонившееся понемногу к закату солнце заливало все ярким светом, отражаясь от черепиц и блестящих крыш — они вспыхивали то алым, то золотистым, будто покрытые тончайшим слоем расплавленного металла. Вдалеке виднелось зеркало реки, играющее бликами солнца: каждый всплеск волны превращался в россыпь искрящихся точек, а на поверхности воды танцевали длинные полосы света — словно кто‑то бросил в реку горсть золотых нитей.
— Да, — согласилась я. — Иногда я просто стою тут и смотрю. Помогает отвлечься.
— Значит, у нас уже есть что‑то общее, — подмигнула Женя. — Любовь к красивым видам.
Я невольно улыбнулась. Ее легкость была заразительной.
«Определенно сработаемся!», – подумала я и улыбнулась непроизвольно.
