Полузабытая песня любви

"Это просто замечательная книга!"- сказала я голосом Львенка сразу же по прочтении. Не слишком замудренный детектив, зато с нехилой такой четко прописанной и до мелочей выверенной любовной линией. Как и в предыдущей книге автора ( Незримое, или Тайная жизнь Кэт Морли ) в романе переплелись две временных линии, предвоенные дни и наше время. Главная фишка? Чтобы это узнать, придется прочитать и Наследство , тогда можно будет сказать точно. В этот раз переходы между временами оказались плавнее и изящнее, от резких прыжков туда-сюда глаз не дергался, автор явно в этом плане поднаторел.

Как и в прошлой книге линия прошлого куда интереснее, чем история настоящего времени. Мало того, она куда пронзительнее, практически по горячим углям ступает Уэбб, описывая любовь дикой цыганской девочки-подростка Мици ко взрослому харизматичному мужчине-художнику Чарльзу Обри, но почти все чинно, хоть и нельзя сказать, не преступая черту... Ооооо, черт в романе преступлено столько, что хватило бы на три романа, очень много любопытных тем поднято.

Мужчина-неудачник, герой "нашего" времени, Зак. Может, внук художника Чарльза Обри, а может, и нет. Интересная была у Зака бабушка. Да, так оно и есть, неудачник, и никаких "просто запутался", "потерял свой жизненный путь", "проворонил шанс". Хотел быть кем-то - добивайся, какие еще жалобы, что жена ушла? Жены они такие, особенно платиновые блондинки, особенно юристы, особенно успешные. Это стервозность? Может быть, но как иначе? Итак, жена ушла и увезла за море-окиян с собой дочь. Свой бизнес - картинная галерея - накрывается медным тазом. Нужна срочная идея, как преуспеть в жизни что делать дальше. Конечно, лучше всего - написать книгу о своем wannabe дедушке. И вот в поле зрения появляется типичная английская деревушка, с которой так много всего связано...

Блэкноул - приморская, часто туманная, холодная, открытая всем ветрам деревушка, жители которой помнят долго, подобно слонам Агаты Кристи. Каждое мгновение прошлого у них долго стоит перед глазами и еще долго будет стоять, наводняя дома призраками, а воображение и сны страхами. Колоритная старуха Димити с волосками на подбородке, требующая козлиное сердца да булавки, под определенным углом подозрительно знакомая; резкая, быстрая на секс, острая на язык фермерша Ханна; глубокий старик с трясущимися руками Уилф - что же связывает их с той самой зияющей раной прошлого?

Прошлое... охххх, это нужно читать, настолько оно красиво, трагично и мерзко. Любовь подростка ко взрослому мужчине... любовь молодой замужней англичанки ко взрослому мужчине... любовь экзотичной марокканки ко взрослому мужчине... ко взрослому ли? Этот художник, Чарльз, он вообще понимал что делает? Он видел красоту, он любил ее. Он воспевал ее в своих картинах. Уэбб так тонко это прописала, что сцены рисования во сто тысяч раз эротичнее того же самого злосчастного поцелуя. Мурашки у меня по телу от этих сцен. Красками, а не ртом, кистью, а не руками. Кхм, воспевал, да. И женщины слетались на эту пытку, но видел ли он сам, что с ними творится, с его женщинами? Точнее, что он с ними творит? А дети, которые всегда все замечают, его дети? Если видел, то получается он сам виноват в этой драме? В этом кошмаре всей его жизни?

А Димити, юная влюбленная, красивая Димити, преданная Димити, какие же ты вызываешь противоречивые чувства... Уэбб сведет все линии воедино, даст ответы на все вопросы, кто убил, когда и кого, но я вам их не расскажу...

Отличный женский детектив.

Океан схлестнется над головой. Накроет волной и отзовется острой болью. Тысячью ледяных иголок, пронзающих от кончиков пальцев до самого сердца. Невозможностью сделать вдох, начать новый виток жизни. Жизни без него, в бесконечном хороводе теней, прячущихся в углах «Дозора» и памяти. В потоке раскаяния и желании искупления. Мици, бедная Мици, за возможность недолгого счастья ты отдала душевное спокойствие. Вот только пожалела ли?

Я могла бы рассыпаться фейерверком восторгов. Я могла бы пройтись стройным маршем упреков. Но были последние страницы и чувство опустошенности. Ощущение, что земля уходит из-под ног. Лишь мерное погружение в темноту. Я делила ее с Мици до конца, до каждого оброненного вздоха, и слышала, как качается на ветру песня. Полузабытая песня любви, в которой столько невысказанной боли, столько отчаяния, что не судите, да не судимы будите. На что готовы вы ради любви? Мици отдала себя без остатка за счастье быть рядом с любимым. За шанс забыть безразличие матери, жестокость, попреки, за шанс стать нужной. В ее истории слишком мало светлых страниц, но и за грехи она до последней минуты платила сполна. На что готовы вы ради любви? Беззаветной, безответной. Я жалела и сопереживала. Настораживалась, расстраивалась, осуждала, негодовала. Была уверена, что возненавижу Димити, но когда страницы убежали из-под пальцев, а на старый дом опустились беспощадные тени, разделила печаль с душевным сомнением и только. Возродила в памяти леденящую кровь волну воспоминаний, в которых Селеста с участием зовет на первый обед, а годами позже не пускает на порог дома, в которых любимые глаза полны лишь отцовской заботы. Дельфина делится тайнами и дарит тепло, а позже становится жертвой обмана, а Элоди… маленькая, упрямая Элоди проходится колесом по песку, озорничает, капризничает и уже никогда не вернется. Бесценные мгновения, перечеркнутые собственной рукой. Эгоизмом, желанием обладать. Обладание обойдется Мици дорогой ценой. И сейчас, когда история изведана до немыслимых пределов, когда тайны нет, мне хотелось бы выслушать историю замкнутой покинутой женщины от нее самой. Не опуститься до жалости, а понять. Перестать раскачиваться из стороны в сторону, то сочувствуя, то обвиняя. Но все, что остается, в преддверии очередной жизненной гонки, осознать, что попытка определить степень виновности и невиновности каждого в романе подобна прогулке по зыбучим пескам, что есть ошибки, которым не найти оправдания даже перед самим собой, и что порой стремление к любви оборачивается несдерживаемой жестокостью, преступлениями и бесконечным актом самопожертвования.

И все же на чужом несчастье счастья не построишь. Грустно, больно, тягостно. Безысходно. Памятно.

– Любовная связь? О нет. – Глаза Уилфа Кулсона вспыхнули, словно он пробудился от спячки. – Это была не любовь. – Вот как? Но… Димити, похоже, расположена думать совсем иначе… – То, что она думает, и то, что есть, не всегда совпадает, – проворчал старик.

Давно я так не затруднялась с оценкой, даже решила сначала рецензию написать, а потом уже на ЛЛ отмечать, с надеждой на то, что в процессе определюсь. С одной стороны, от книги я получила море эмоций, давно меня так не бомбило практически ото всех персонажей, начиная с главной героини и заканчивая третьестепенными фигурами, мелькнувшими на заднем фоне, то есть у автора получилось создать настоящую живую историю, происходящее в которой меня сильно зацепило. С другой стороны, у меня целый ворох всяческих но, не позволяющих поставить пять баллов. Например, линия современности, которая меня реально выморозила от и до: мямля главный герой по имени Зак, куча ванильно-розовых соплей в его отношениях с Ханной, которые мне вообще были до лампочки, насильно впихнутая, видимо, для придания книге значимости социалка с нелегальными эмигрантами, ну вот прям бее. И тут же такая мощная по воздействию на конкретного читателя вторая сюжетная линия, которая по сути являлась основной и по объему в том числе, что не могло не радовать. Вот там меня действительно увлекало, цепляло и бомбило, реально хотелось собрать большой такой костер и сжечь на нем всю эту компанию с их токсичными отношениями, которыми они ломали жизни и себе, и близким людям.

А ведь начиналось все вполне себе тихо-мило. Зак, владелец загибающейся картинной галереи, тяжело переживает недавний развод, разлучивший его с любимой маленькой дочкой. Чтобы хоть что-то изменить в совей жизни, он решает дописать уже начатую но закинутую в долгий ящик книгу о художнике первой половины 20 века Чарльзе Обри. Он погиб в самом начале Второй Мировой в Дюнкерке, оставив после себя прекрасные работы и множество тайн. Кто была та деревенская девушка, так часто появлявшаяся на его картинах в последние годы жизни? Куда пропали его любовница и их общая дочь? Что вообще заставило ярого пацифиста уйти добровольцем на фронт? И кто же в наши дни продает инкогнито на аукционе его никем прежде невиданные картины с изображением загадочного юноши, о котором тоже нет никакой информации? За ответами он едет в деревню Блэкноул, что расположилась на побережье Дорсета, именно туда Чарльз с семьей приезжал три последние года своей жизни на летний отдых. И там Заку предстоит познакомиться с Мици, Димити Хэтчер, глубоко пожилой старушкой, что была лично знакома с семьей Чарльза и даже была его натурщицей, а может и кем-то еще...

Ну что сказать, персонажи автору удались на славу, живые, яркие, запоминающиеся и бесячие до зубовного скрежета, когда узнаешь их получше. (дальше возможны спойлеры) Чарльз, что не мог пропустить толком ни одной юбки, стоило лишь ему поймать от нее вдохновение, жалкий, эгоистичный, самолюбивый человек, который потерял все по своей вине, я могла бы его пожалеть, если бы не одно но. Мици, чья любовь напоминает скорее уж одержимость на грани помешательства (никому такой любви не пожелаешь), такая же долбанная эгоистка, которая готова на все ради своих чувств, по-моему, настолько неадекватного персонажа я прежде встречала лишь однажды в «Дневнике будущего», и там тоже мне хотелось взять лопату, да побольше. Но и ее я могла бы пожалеть не перейди она черту, на определенном моменте вся жалость улетучилась и остался лишь брезгливый гнев (странное сочетание эмоций, но именно так у меня и вышло по ощущениям). Селеста, та самая любовница Чарльза, тоже положившая все на алтарь любви к одному человеку, мучимая ревностью, она и без него не могла, и с ним уже с трудом могла жить, и ее бы пожалеть, но снова тоже но, что и с Чарльзом. Ни ему, ни ей, ни тем более Мици я не могу простить поломанную жизнь единственного светлого человека, встретившегося мне на страницах этой книги, это старшая дочь Селесты и Чарльза Делфина, совсем еще юная девушка, которой пришлось нести бремя вины за смерть, в которой она была не виновна и, что самое страшное, о собственной невиновности она не знала и сама, вот ее мне искренне жаль и то, как с ней поступили родители, которые должны были ее защищать и оберегать, непростительно.

Смешанные у меня по итогу эмоции от романа, две временные линии, одна на твердую пять за бьющие наотмашь эмоции, другая на два за привкус банального любовного романа и вымученную социалку. Так любимые мной скелеты в шкафах в этот раз и впрямь смогли поразить и удивить и в итоге сильно изменить отношение к персонажам по мере их обнародования перед читателем, и тут же некоторый привкус разочарования, что главный виновник так и остался безнаказанным... (Ну вот не верю я в раскаяние Мици, не верю! В чем оно выразилось-то?!) В любом случае книгу могу рекомендовать к чтению всем любителям атмосферы английской глубинки, семейных тайн и сомнительных любовных многоугольников с душком токсичности и порочности.

– Послушай-ка, Мици Хэтчер. Ты думаешь, я потеряла память. Это действительно так, и мне трудно многое вспомнить. Но кое-что я не забыла. Когда я тебя вижу, то нутром чую, как что-то меня предостерегает. Это как если бы я смотрела вниз с обрыва и вдруг заметила, что ноги заскользили к самому краю. Угроза– вот что я ощущаю, когда ты попадаешься мне на глаза. В твоем присутствии я не чувствую себя в безопасности.