Отзывы о книге Windows on the World

Вот такое ощущение, что после прочтения этой книги нужно пропустить хотя бы несколько дней, а может быть и недель (как это сделал Бегбедер, пропустив год после теракта), чтобы потом писать своё впечатление от книги что называется с холодным умом… если получится. Хотя вряд ли получится «с холодным», потому что хотя аннотация и утверждает, что Бегбедер «мучительно ищет слова», однако по моим ощущениям, найти эти слова и эту самую необходимую форму для своей книги у него получилось — книга вышла высокотемпературная.

Один из тегов к книге Бегбедера гласит, что она занимает №13 в некоем списке документальной литературы. На мой взгляд это не совсем верно, книга вовсе не документальная, скорее художественно-публицистическая. Ибо добрую половину (если не больше) её объёма занимает история одного неполного семейства — отец и два несовершеннолетних сына, — оказавшегося в тот злополучный и трагический день и час на самой верхотуре здания ВТЦ №1 в расположенном там кафе с названием, давшим название книге Бегбедера. А меньшую (но не менее значимую) часть книги составляют мучительные размышления автора о случившемся и о тех факторах, которые привели мир (да-да, не только США, но и весь мир) к этой трагедии.

При этом Бегбедер вовсе не делает вид, что он выполняет какую-то реконструкцию событий или осуществляет писательское расследование. Он просто старается буквально поминутно расписать то, что могло, по его мнению, происходить там, внутри здания за несколько минут до теракта, во время его и потом вплоть до обрушения башни. И конечно он опирается при этом на те факты, которыми он на тот момент располагает. А вот что именно чувствуют и как именно ведут себя люди, оказавшиеся на верхних этажах башни и отрезанные разрушениями и огнём и дымом от возможности спуститься вниз — тут он может только предполагать и догадываться. И в помощь ему опять же только то, что известно к тому времени — это телефонные звонки попавших в огненную ловушку людей, это их поведение, которое можно было заметить с земли (размахивания белыми тряпками), это выпрыгивания людей из окон...

Мой отзыв на книгу Бегбедера «Французский роман» называется «Фредерик, ты не прав!». И на тот момент и по той теме я ничего в том заголовке менять не хочу. Но зато вот с этой книгой Бегбедера и с его рассуждениями и размышлениями я согласен практически полностью. И потому — «Фредерик, ты прав!».

А вообще рекомендую прочитать эту книгу практически любому читателю (разве что с категорией до 16+ я бы погодил, всё-таки там есть контент, предназначенный для более старшего возраста). Умная книга. И болезненная, конечно же, тоже. Ну, что делать, такая тема...

Не стояла у меня эта книга в списке на прочтение, тем более на ближайшее время. Но хорошая коллега мне ее предложила, а я, имея на больничном больше времени на чтение, решила все-таки ее прочитать. И я очень благодарна тому, что познакомилась и с автором, и с самим произведением.

Конечно, я сражена этой книгой. Чтение ее - сильное потрясение, да. И большой труд - душевный и интеллектуальный.

Я уважаю автора - именно сейчас, после прочтения романа. И очень хорошо понимаю его. Понимаю его поток мыслей - ожесточенный, провокационный, вытрясывающий из нас это самое понимание. Он бьет нас по щекам, хватает за грудкИ, выплескивает нам в лицо стакан с той жидкостью, которую мы пьем, - чтоб только мы не позевывали в своих уютных гнездышках, лениво и сыто отмахиваясь от того, что будоражит весь человеческий мир. Он не понимает ничего сам в этом мире - пытается разобраться, выстроить какую-то логическую цепочку во всем происходящем - и не дает нам праздно наблюдать за этим.

Вопросы патриотизма - истинного и мнимого, семейные ценности и разрушение оных во всем мире, размышления о любви и о ее суррогатах, отношения отцов и детей, сочетание карьеры и личного счастья, закулисье шоу-бизнеса, судьбы мира - во всём этом автор пытается разобраться, честно признаваясь в своей неидеальности, заставляя при этом и нас признать свои НЕ-. "Я обвиняю общество потребления в том, что оно сделало меня таким, какой я есть: ненасытным. Я обвиняю моих родителей в том, что они сделали меня таким, какой я есть: бесхребетным. Я часто обвиняю других, чтобы не обвинять себя самого."

Да, конечно, сидящая глубоко во мне ханжа порой недовольно морщилась: "Фу, как это пошло, как неприглядно, как цинично..." - но вот книга прочитана, а я и не помню всех этих чересчур откровенных сцен и моментов - не осталось ни следа от секундного раздражения. Зато такой сильной ощущается боль и тоска - в том числе и оттого, что наше человечество НИЧЕМУ НЕ УЧИТСЯ, увы...

...В общем, пишу я очень быстро, наскоком, мыслей в голове очень много, главное скажу: у меня было довольно предвзятое отношение к этому автору, сейчас оно изменилось. Я поверила ему.

(А история погибших в башнях-близнецах отца и двух маленьких сынишек - это.... это.... Но я думаю, что автор нашел нужные слова, чтоб не превратить роман в злоупотребление страшной трагической темой.)

Начиная тему 11 сентября в исполнении Бегбедера, очень боялась встретить в ней присущий ему "дух прожигателей жизни", в том числе, кокаиновые дорожки и большегрудых проституток. Слава Богу, Бегбедер миловал, эти стороны были основном не затронуты.

11 сентября 2001 года, как и теракт 1-3 сентября в Беслане, как и Норд-Ост, лично для меня тема уважительно-неприкосновенная. Мне есть что сказать, но я предпочту промолчать, потому что все слова будут лишь сотрясением воздуха на фоне глобальных масштабов горя... Я могу лишь представлять сколько ужаса пережили медленно погибающие там люди и какую пожизненную травму получили их родные.

Дальше...

На удивление, в этой книге главные герои - вымышленны месье Бегбедром, как-будто тысячи историй реальных людей не смогли бы передать полноту всей произошедшей трагедии. На мой взгляд, все люди, заточенные во время теракта в башне, погибшие при спасательных работах, пассажиры и экипаж злосчастных самолетов могли бы иметь то же право быть главными героями. А как бы впечатляюще выглядел роман, освети Бегбедер эту трагедию с разных углов от лица нескольких персонажей? Но, пусть, Бегбедер сосредотачивает внимание на одной из тысяч историй - на мужчину, находящегося в разводе, и проводящего свое время с двумя маленькими сыновьями на верхнем этаже Южной башни, в ресторане «Windows on the World». С первых глав очень больно следить за событиями, зная заранее, что огромное количество людей погибло на верхних этажах от пожара и удушения, а многие, просто выбрасывались с окон, за чем с замиранием сердца наблюдал весь мир. Как же это больно, желать персонажам спасения и смотреть, как они гибнут друг за другом, медленно, мучительно, безвинно!

Месье Бегбедер, зачем эти слова? Зачем показывать в таком невыгодном свете отца детей, копаться в его личной жизни и вытаскивать, в чем он был прав или не прав? Зачем, время от времени, проводить аналогию с французской башней Монпарнас, в которой вы так уютненько устроились, и примерять катастрофу на нее? Только лишь чтобы ваши соотечественники воскликнули «Quelle horreur!», никак не иначе.

Хотя в сюжете мимоходом обыграно, что в общей беде едины и три конфликтующие религии (христианство, ислам и иудаизм), нет ни расизма, не ненависти к секс-меньшинствам - так как перед угрозой скорой гибели, все готовы закрыть глаза на недостатки другого и объединится, спасти и спастись и положа руку на сердце, очень хочется в это верить. В книге есть любовь к жизни, призывы к ее ценности, трогательная надежда на спасение.

https://cs4937.vkontakte.ru/u6308768/131663468/x_bfc6d587.jpg">

Спустя 10 лет в память о непередаваемой трагедии на месте ВТЦ установлен световой мемориал "Дань в Свете". Два столба света высотой в полтора километра, бьющих в небо с того самого места, где стояли «башни-близнецы» ВТЦ, можно увидеть с наступлением темноты в Нью-Йорке с 11 марта по 11 апреля 2012 года.

P.S.: Все мы помним, где нас застала новость о теракте 11 сентября. Это событие въелось в нашу память, хотя многие были тогда лишь детьми, которые мало что понимали и тем не менее, эту трагедию осознали все. Я тоже была очень мала, сидела у себя в комнате (потому что родители убрали меня от экрана), тихо-тихо, но звук телевизора оглушал весь дом. Еще в тот вечер решил умереть наш старый пес, которого я помню со своего раннего детства, и папа метался из комнаты на улицу, стараясь ему чем-то помочь, а мама не могла оторваться от экрана. Тогда, я не могла понять, из-за чего больше волнуются родители, из-за собаки или новостей, но я думала, что началась Третья Мировая война.

Из истории выбора этой книги для совместного чтения: - Кать, а я вот Бегбедера предлагаю. - ... - Нет, ну не самые массовые франки и недолговечные любови. Давай попробуем WotW, это про 11 сентября. Да, у того самого Бегбедера. Должно быть что-то необычное. - Конечно, давай! Наверняка он серьезно изучал эту тему, если решился по ней писать книгу. Это точно будет интересно и без тиражируемого в других книгах цинизма.

Через год на обсуждении: - ... гадость - ...редкостная - Что это было и зачем? - И главное, зачем делать это так отвратительно? - Ты про секс? - Эм, нет, это то как раз логично было. - ... - ...

И все же: Это было отвратительно тчк Я искренне верю, что человеку в этом мире доступно практически все. Во всяком случае, если верить, что мы живем в мире, который помнит о существовании Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Без странностей об оскорблении отдельных групп или просто без права сильнейшего. Но есть вещи, паразитировать на которых, как мне кажется, равносильно плевку в лицо умирающего или равнодушному пинку новорожденного щенка. Трагедий, подобных 11/09, одновременно не так уж много и много катастрофически. Потому что каждая лишает людей их близких, заставляет стариков хоронить своих детей, матерей объяснять малышам, почему папа не вернется домой, а выживших жить сломанными и разбитыми. Эту боль ничем не смыть и не зачеркнуть. Я в мельчайших деталях помню то одиннадцатое сентября, как и дни других терактов. Помню, как мы с мамой после школы забирали брата из сада и, пока он одевался, я смотрела у охранника по телевизору, как горят башни. Помню, как месяцами не могла заснуть по ночам, потому что боялась, что ночью какой-нибудь самолет лишит меня семьи. Помню ужас и беззащитность, которыми было пропитано все.

А потом я открываю книжку писателя Бегдбедера, и меня тошнит. То есть не так. Сначала я вздрагиваю от едкого дыма, плавящихся стен и задыхающихся детей. Смотрю, как падают с неба люди и бьются в запертые двери смертники башен. А потом я вижу в каждой строчке мерзкого человека, настолько заполненного самолюбованием, что он не может удержаться и не впихнуть в каждый миллиметр свободного пространства текста себя. С цинизмом от которого колотит похлеще чем от всего остального писатель чередует абзацы об умирающих людях с псевдофилосовской фигней. Очень много себя, очень много жалоб и нелепых поз. И нет души.

Хочется заняться своей головой? Окей, можно написать книги о себе, оставив только часть с посиделками в кафе. Не хочется писать такое, но нужно выговориться? Окей, на психоаналитика денег хватит, я думаю. А мучительнейшая смерть людей не арена в цирке.

Как можно писать рецензию на произведение о концентрированном человеческом несчастье? Как можно было вообще писать об этом книгу? Ведь невыносимо больно.

Это такой первобытный страх от безысходности, в который сперва не веришь, потом в нём растворяешься и постепенно сходишь с ума - и ничего не можешь сделать, просто не в состоянии, это не в твоей власти. Ты не можешь выбраться из ада, который вдруг случился на земле, не способен спасти своих детей или даже просто вселить в них уверенность, не в силах оправдать их надежды - ты ведь не супергерой с гиперсилой и огнеупорностью, у тебя не получается найти выход - вовсе не потому, что ты глуп, нет, просто выхода нет. Ты человек, муравей, один из многих, и тебе не повезло, именно в твой муравейник сегодня врезался самолёт. Увы.

Фредерик Бегбедер пишет очень своеобразно - его книги трудно рекомендовать, невозможно предугадать реакцию читателя на его слова. Мало того, что у него весьма своеобразный слог - вычурно современный, с модными словечками, американизмами, а текст - предельно прост, конкретен и бъёт наотмаш, от души так, в самое болючее и актуальное.

Да, он пишет о терракте в Нью-Йорке, но не только. Он критикует мир: Америку, Францию, общество в целом и каждого человека в частности, в том числе и себя - даже в большей степени. И в то же время сочувствует. Ибо понять происходящее просто невозможно - когда люди убивают друг друга, когда случаются такие вещи, от которых весь мир оказывается в шоке и чувствует себя в опасности, никто не застрахован: 11 сентября 2001 года горе случилось в Большом Яблоке, 23 октября 2002 - в Москве, 1 сентября 2004 - в Беслане... И дальше можно продолжать очень долго, к сожалению.

Сложная книга на тяжёлую тему. Но Бегбедер в моих глазах вырос после этого произведения - отошел от своего образа рекламщика-кокаинщика-прожигателя жизни. Он - тот автор, который не боится высказать своё мнение, но при этом не претендует на истину в последней инстанции, просто даёт пищу для размышлений. И факты - много фактов о том, какими были эти башни-близнецы в центре мегаполиса, и насколько недолго они простояли, такие красивые и высокие.

Катастрофы полезны: после них хочется жить.

11 сентября 2001 года разведённый техасский миллионер и плейбой Картью Йорстон привёл на завтрак в ресторан своих двух маленьких сыновей, чтобы показать им лучшую панораму Нью-Йорка, открывающуюся из окон 107 этажа Северной башни Всемирного торгового центра. В 8:46:40 на скорости приблизительно 790 км/ч первый самолёт врезается в эту самую башню. Здесь и начинается «Windows on the World» — хроника последних часа сорока пяти минут из жизни главного героя и его детей между авиакатастрофой и обрушением Северной башни. Тщетные поиски путей к спасению. Иллюзия игры в катастрофу, которой отец пытается успокоить детей. Разнообразные человеческие характеры других людей, столь по-разному проявляющиеся в эти минуты. Всепоглощающее отчаяние. И смерть. Добро пожаловать в настоящий ад.

Я думал, что делать детей – лучший способ победить смерть. Ничего подобного. Можно умереть вместе с ними, и тогда никого из нас как будто и не было на свете.

Книга мастерски поделена на короткие главы, начиная с 8:30 утра, когда Картью прибывает в здание со своими детьми, до 10:28, когда Северная башня рушится. На протяжении всех этих часов, помимо поисков того, как сбежать или спастись, главный герой рефлексирует и задает себе много вопросов о том, как он жил и правильно ли он поступал:

Если б я знал, что подохну здесь, я бы жил иначе. Я бы любил без презерватива. Я бы раньше ушел от Мэри, больше путешествовал, попробовал опиум и героин. Я бы меньше учился и тратил меньше времени на талассотерапию. Я бы чаще пытал счастья с женщинами, вместо того чтобы все время трястись – а вдруг меня унизят. Я бы мог стать гангстером, грабить банки, а не тупо подчиняться законам. Я бы женился на Кэндейси, чтобы она стала прелестной вдовой. Я бы не бросил курить. Что сохранять-то? мое здоровье? Я бы создал рок-группу – лучше сдохнуть с голоду, чем заниматься нудным ремеслом ради денег. Я бы гораздо раньше подсидел своего босса. Я бы жил в Нью-Йорке, носил длинное черное пальто и солнечные очки глубокой ночью, круглый год мазался кремом для загара и обедал в ресторанах, где, наверное, кто-то отключил электричество, если только это не короткое замыкание: почему в богатых странах они вечно освещаются свечами? Бедность – это роскошь богатых. Я бы покупал больше машин: какая гадость эти деньги, я же никогда их не потрачу! Я бы попытался сделать себе клона. Я бы выбрил голову – посмотреть, как оно будет. Я бы, наверное, убивал людей – посмотреть, как оно будет. Я бы, наверное, больше рисковал, потому что мне все равно нечего терять. А может, просто попробовал бы стать лучше.

Я обвиняю общество потребления в том, что оно сделало меня таким, какой я есть: ненасытным. Я обвиняю моих родителей в том, что они сделали меня таким, какой я есть: бесхребетным. Я часто обвиняю других, чтобы не обвинять себя самого.

От разворачивающейся перед читателями трагедии и снятии напряжения Бегбедер отвлекает нас вставками из своей жизни, в которых он размышляет о своем опыте написания этой книги, о поездке в Нью-Йорк через некоторое время после случившейся катастрофы: ядовито-кислотный взгляд на факты и критика США, которая контрастирует с его родной Францией.

Шокирующий, тревожный, пронзительный, хирургически точный. Этот роман является обреченной попыткой описать неописуемое.

Вечное авторское самомнение! Я бессилен. Моя книга бесполезна, как все книги. Писатель – он как кавалерия, всегда опаздывает.

Я долго не могла заставить себя прочитать эту книгу. Тяжело. Её можно сравнить с Подземкой Мураками, только про 9/11 и если Подземка беспристрастно точна, то Окна циничны. Бегбедер - мастер по срыванию розовых очков, сволочь и гад, но такое читать надо. Когда я читала эту книгу вспоминала новость того времени (боже мой, десятилетней давности и помню) Ян Торп, который стал в 2000 году чемпионом мира тогда захотел пофотографировать виды утреннего Нью-Йорка, но забыл фотоаппарат и вернулся в отель, а там уже узнал о трагедии...повезло ему, в отличие от главного героя., который с детьми решил просто позавтракать в ресторане. Ощущение паники, абсолютное непонимание происходящего, запах горелого мяса, смерть, секс (ну, это же Бегбедер) и страх.

Знал я, что 169 рублей можно потратить с большей пользой, но все равно... Про трагичность 11 сентября я рассказывать вам не буду. Вы сами догадаетесь, потому что умные. Надо издать какой-нибудь закон, который будет запрещать писать книги о значимых событиях всем, кому не лень. Потому что надоело читать эти отписки, эти попытки сделать себе имя на слезливых историях про войну, лагеря, терракты и далее по списку. Бегбедер опять наложил. Наложил свой циничный образ на то, о чем вообще ничего не знает. Нет, он, конечно, посидел с вырезками из газет, составил какое-то мрачное поминутное расписание и напихал в небоскребы людишек, которые все как один похожи на него. Получилось так себе. И эти отвратные переходы с языка на язык, такое чувство, что автору 13 лет, и он вдруг решил, что член это круто. Да, в книге есть трогательные моменты, но я им почему-то не верю. Наверное из-за неуважения к автору.

В следующем году будет ровно 10 лет с момента 9 сентября 2001 г. Представляете уже прошло 10 лет с этого ужасного теракта. На тот момент, когда он произошел я только пошла в 9 класс и в своей узколобости и детской злости радовалась, что Америке отомстили. Сейчас прошло 10 лет. Я закончила университет, учусь в социологической аспирантуре, вот вроде бы насколько поумнела, но такие события ставят меня в тупик. 11 сентября, взрывы домов в Москве, Беслан, Норд ост, взрывы в метро, ужасная история на манежной площади. Эти акты организованного насилия человека над человеком! Вы только подумайте у нас же уже даже слово есть специальное для обозначение таких событий. Мы сокращаем террористический акт до теракта. Мы так часто произносим это словосочетание, что нам пришлось его сократить! Эта книга как бы делится на 2 реальности. Та, которая существует внутри башен после взрыва, описывает людей, оказавшихся там, а в другой, это размышления на тему от автора. Первая часть она очень пронзительная, правдивая, а вторая брызжет сарказмом автора, видно, что он защищается, боится показать как ему больно и от этого только сильнее понимаешь весь ужас произошедшего. Эта книга чем-то похожа на "Жутко больно и запредельно близко", на фильм "Помни меня".

Через два часа я умру. А быть может я уже мертв

Эта книга - чистейшей воды провокация. Беспредельный ужас. Абсолютная безысходность. Паника. Отчаяние. Режущие отрывочные фразы. Непонимание. Неприятие. Отрицание. Отвращение. Смерть.

...наша недвижимость подвижна. То, что мы полагали незыблемым, зыбко. То, что мы воображали твердым, текуче.

В этой фразе весь смысл книги Бегбедера. Всем перечисленным мной переполнены страницы романа. "Ад длится 1 час 45 минут" - написано на обложке книги. За что? - этим вопросом я задавалась, читая. 11 сентября 2001 года... я тогда была ученицей первого класса. Теленовости и ужасы, которые в них передают, были мне чужды. Трагедия башен-близнецов не была тогда мною воспринята, а узколобые знакомые моих родителей рассуждали о том, что "американцам наконец отомстили" и "поставили этих выскочек на место". Эта книга не для всех. Странным актом безумия, отчаяния и непринятия своей смерти выглядит сцена животного секса в пылающем небоскребе. У меня она вызвала чувство непреодолимого отвращения. Оправдание одно - это Бегдебер. Автор, чья правда бьет по глазам. Читать ли его - решение каждого. Я для себя решила: читать.