Утро снайпера

Ай да Сорокин! Ай да сукин сын! Ну как выдумает!) Всё больше влюбляюсь в необычное творчество этого писателя, которое раньше терпеть не могла. Дело в том, что лет двадцать назад, один товарищ с ненормальной регулярностью подсовывал мне самые отвратительные рассказы Сорокина: "ну почитай... да, прям щас", и садистски смотрел, как я потом морщусь и плююсь. В общем, несколько таких экзекуций, и у меня выработался условный рефлекс - от одного упоминания фамилии автора я тут же испытывала позывы тошноты. И вот, спустя столько лет я поняла, что лишилась многого, полностью отсекая от себя творчество Сорокина. Сначала я открыла "День опричника", который тут же стал одной из моих самых любимых книг автора, потом "Метель", а вот теперь в любимое добавился "Лошадиный суп". Эту книгу мне порекомендовали прочитать, но я никак не могу вспомнить кто (откликнитесь пожалуйста, чтобы я смогла вас поблагодарить), и это был совет в яблочко. Обожаю такие сумасшедшие вещи, но без особого сорокинского жесткача.

Нить сюжета начинает раскручиваться в поезде "Крым- Москва" в вагоне-ресторане. За стол к молодым людям, среди которых девушка Ольга, подсаживается странный мужик, бывший зэк, и просит девушку за 25 рублей сделать ему одолжение - просто есть, пока он будет смотреть на нее. Сначала народ воспринимает мужика как чудика, а предложение как шутку, но оказывается все вполне серьезно. Перед прибытием в Москву мужик подкараулил Ольгу в тамбуре вагона, чтобы сделать ей ещё более странное предложение - они будут встречаться раз в месяц, и Ольга за гонорар в размере 100 рублей будет есть для нашего героя. Ольга соглашается, и теперь она каждый первый понедельник месяца встречается с этим чудиком в разных уголках Москвы, чтобы удовлетворять его странные потребности. Ну и конечно же приведет все это к самым необычным последствиям. К каким не скажу, но даже я не угадала, что будет дальше. Сорокин непредсказуем. Но одно можно точно сказать - это будет очень сумасшедше.

С огромным удовольствием прочитала эту небольшую повесть - язык у Сорокина шикарный, просто не оторваться. Очень рекомендую всем, кто не боится чекнутых книг от чекнутого писателя для чекнутого читателя.

Советчику огромное спасибо! Подскажите пожалуйста другие подобные произведения Сорокина, но обязательно чтобы без копрофагии и некрофилии))

"Первый субботник" Сорокина — это синдром Туретта. Как будто в какой-то момент в махровом рассказе начинает завывать сирена, словно в "Сайлент Хилле", и тумблер реальности переключается на сорокинское измерение, всем выйти из сумрака и сдать коричневый творог.

"Первый субботник" Сорокина — это классическая стенд-ап комеди в форме рассказов. Есть сет-ап, есть панчлайн. В роли сет-апа выступает традиционная проза, определённая советскими канонами так же чётко, как порядок рисования узоров в хохломской росписи. Панчлайн же — сорокинские вставки о том, о чём обычно молчат. А разницы-то между сет-апом и панчлайном не так уж и много, они одно целое и дополняют друг друга. Более того, вторая шок-часть не является чем-то чужеродным, она вполне вписывается в антураж сет-апа.

"Первый субботник" Сорокина — это рассчётливое ожидание. Автор ожидает от читателя либо брезгливого ужаса (проза Сорокина обнесена колючей проволокой, ага), либо полного вкуривания ситуации. Читатель ожидает от Сорокина, что за следующим поворотом с красной звездой скрывается очередной поток табуированного контента. Игра в загадки: что Сорокин спрятал в чёрном ящике? Будут ли герои трахаться, есть говно или друг друга, блевать, разбрасывать всюду кишки, смешно матюгаться или пердеть?

"Первый субботник" Сорокина — это советская литература лакировочного сусального периода. И неважно, что завершается традиционная советская ситуация (завод, субботник, пионеры в лесу, комсомольское собрание и т.д.) чем-нибудь весёлым и фекалийным. В данном случае все советизмы — как раз не декорация, а суть. Которая не меняется даже от того, что в антураж проникает гной-сало-некрофилия.

"Первый субботник" Сорокина — это тонкая грань между издевательской пошлостью штампов и филигранностью прозы.

"Первый субботник" Сорокина — это саундтрек второй половины двадцатого века.

"Первый субботник" Сорокина — поток вытесненного подсознания, я не могу в постмодернизм, остановите эту карусель — я сойду.

"Первый субботник" Сорокина — это ещё и более поздний сборник рассказов "Обелиск", в котором те же самые рассказы расставлены в другом порядке. Так что считайте, будто прочитали сразу две разные книги.

Представьте, учитель идет с детьми в поход. Уединяется с мальчиком, тот говорит, как он восхищается своим педагогом. Учитель принимает комплименты и отсылает мальчика к остальным. Но тот не уходит, а прячется в кустах. Оставшись один, учитель присаживается справить нужду по большому. Ученик наблюдает за этим, а когда учитель уходит подбегает и начинает есть его говно. Вы спросите, что за трэш вы только, что прочитали? А это краткий пересказ одного из рассказов этого чудесного сборника. Другие не лучше: геологи встают в круг соединяя ладошки, и один из них блюет в них или лесоруб отрезает напарнику голову, а как вам пересказ того, как запекли в печи девочку, а потом ели и хвалили её. Итого в сборник входит 29 столь замечательно чудных историй. Нет я бы может и понял если бы этот бред написал какой-нибудь умственно не сформировавшийся школьник и его почитатели были из этой же категории, но ведь речь идет о взрослом человеке и в круг его почитателей входят, также взрослые люди. Оказывается, что это искусство не для всех, так сказать не для серой массы. Нет знаете если это критерий по которому просвещенные отделяются от серой массы, то и давайте, удачи вам! Вообще это отделение от серой массы людей просвещенных меня несказанно забавляет. Ладно бы были какие-то критерии, по которым бы шло это деление. Тот же уровень айкью или количество прочитанных книг. Но этого нет, чаще всего деление сводится к тому, кто видит в говне проявление божественного, тот просвещённый, кто в говне видит только говно, тот серая масса. В результате этого возникают многие течения современного искусства. А его создателей оправдывают тем, что они по-другому видят мир. Так уважаемые просвещённые, психи тоже на мир своеобразно смотрят, давайте теперь из каждого душевнобольного делать деятеля искусства. Хотя в принципе в наши дни именно это и происходит. Если больного на голову человека вовремя не кладут в психушку, то он успевает обрасти почитателями. И уже потом, психотерапевтам до него не добраться, не дадут. В общем выражаю своё соболезнование всем просвещенным, кто нашел в этой книге для себя, что-то смешное или увидел тут зачатки искусства. Сборник есть не что иное, как бред сумасшедшего, который избежал палаты номер 6, лишь потому, что объявил своё творчество как протест против социального строя. А кто хаит СССР то тот, как известно в почете! В общем книга открывает мой список, самых трешевых книг со знаком минус.