Gavroche

Еще одно сентиментальное извлечение, еще один образец метаморфозы крупного романа в детскую книгу. Небольшой фрагмент, обработанный для маленьких читателей Софьей Чацкиной, рассказывает нам о Слоне Бастилии и об Июньском восстании 1832 года в Париже.

Если первая часть – это что-то довольно мало отличающееся от «Козетты», только с меньшим размахом, то вторая, героическая часть выходит в иную плоскость. Я помню (или думаю, что помню) свои детские впечатления от «Гавроша» - я все пытался понять, кто и за что воюет. Не в плане, что мне я не понимал причин восстания, а в том, что и тогда хотелось мне больше подробностей.

Сейчас же видишь мрачную историю бездомных детей и маленького участника боевых действий. Как показал XX век, участие детей в боях – грустное и тяжелое последствие наступления эпохи массовых войн. Но Гюго это не интересует, в самих сценах боев на баррикаде Гаврош – лишь способ совместить сцены у революционеров и с другой стороны, не более чем функция.

Сама вторая часть – это несмягченная условностями версия «Трех толстяков». Париж до барона Османа, узкие улочки с возможностью перекрыть доступ в район, достаточно простое еще в изготовлении и в возможности достать оружие. Ода вооруженному народу.

Смелый, проворный, смышленый, дерзкий мальчишка. Он был своим со всеми. Его любили и уважали. Вообще, в каждую войну находилось много таких подростков, которые без страха летели на пролом, и благодаря многим из них, исход сражения был положительным.

Пули гнались за ним, но он был проворнее их. Он играл в прятки со смертью.

Каждый ребенок был героем. Каждый мечтал победить врага. Каждый считал за честь оказать посильную помощь своим солдатам. Вот и Гаврош, не раз помогал своей армии. Июньское восстание 1832 года стало роковым для юного героя. Солдаты сделали попытку отправить его с поле боя, но упертый мальчишка не мог бросить своих. Юношеское бесстрашие в этот раз сыграло против него. Я давно собираюсь взяться за Отверженные . Этот небольшой отрывок показал насколько книга мощная. Нужно обязательно найти время и прочитать это произведение, чтобы подробно узнать о жизни Гавроша.

После прочтения "Гавроша" этот жизнерадостный, дерзкий на язык, пронырливый и одновременно храбрый и отзывчивый парижский бездомный мальчишка, живший в макете слона на площади Бастилии и погибший на баррикаде во время парижских беспорядков в июне 1832 года, на время стал моим кумиром. До этого я слышал о Викторе Гюго только от взрослых и считал, что читать его мне еще рановато. Меня настолько поразило умение Гюго рассказывть о своем герое простым, но выразительным языком и обычными словами рисовать почти живые картины происходящих событий, что мне ну очень захотелось прочитать его "взрослые" произведения. И через год первым таким произведением стали "Отверженные", отрывком из которых и является "Гаврош".