Я слышала отзывы и как о крайне разочаровавшей книге, и как о книге, вполне оправдавшей ожидания. И как меня ни заклинали не брать ее в руки, я все-таки не вняла убеждающим. И не пожалела, что мои руки решили добраться до нее.
И знаете что? Наверное, читателей "Книги Балтиморов" можно разделить на тех, кто не читал его же "Правду о деле Гарри Квеберта", и кто читал. Кто читал ту зубодробительную и раздирающую мозг на атомы книгу, предполагали, что и следующей книгой автор разворошит тот мир, где трое мальчишек Гольдман, именующих себя бандой Гольдман, росли, боролись, добивались, любили и ненавидели.
К счастью, меня предупредили о том, что книга совсем другая, чем первая, и у меня было время, чтоб подготовиться, и - нет, я не знаю, в этом ли дело или совсем в другом, но мне книга неожиданно понравилась. Есть, правда, странные моменты, кстати, и в той и в другой книге. Где Маркус Гольдман не упоминает о своих кузенах и о семье в целом в "Деле...", а в "Балтиморах" он ни разу не упоминает о своем друге и писателе, собственно, чьей защитой он занимается в первой книге.
Но и не в этом дело. Книга Балтиморов, возможно, не грешит яркостью, стремительными ходами (как первая), но она замечательна. Замечательна своими воспоминаниями о золотых годах, тем, как раскрывается сокрытое до поры до времени, тем, как по мере раскрытия тайн и неясностей, герой приходит к той мысли, что не все оказывается тем, чем кажется. Да и глядишь, та синица в руке по прошествии лет может как раз и обернуться журавлем в небе.
А как порой можно одним поступком, вполне себе не каким-то жутким, страшным или злым, но объясняемым стечением обстоятельств, завести неотвратимую машину случайностей, которая приведет, по пути порушив и то и это, к драме. И поставит с ног на голову. Когда белое станет черным, а черное - белым. А уж автор это умеет мастерски делать, это мы проходили еще с Гарри Квебертом.
Судьба одной семьи, и каждое из трех поколений по-своему счастливо и по-своему несчастно. Но только до того того часа Х. И потом остается только вспоминать, что было до и что - после.