Oto jestem

Сложно мне было решить, что поставить этой книге. Местами она мне очень нравилась, местами раздражала и не нравилась совсем.

Книга рассказывает нам о несчастливой семье. Муж и жена нормально не разговаривают и все держат в себе, это приводит к естественным последствиям. У них трое детей, которых они стараются воспитывать так как могут. Так же в книге много о евреях и их национальном колорите. Внутренние убеждения героев мне не были близки, ну может были в очень редких моментах. По большей части я понимала, что они думают и почему, но за душу не брало, не было мне близко ничего почти из этой книги. А написана книга очень хорошо, тут у меня претензий к автору совсем нет.

Ну, посоветовать я не могу эту книгу. Хотя я совсем и не жалею, что прочитала ее.

Ну вот, друзья, наверное, и настала пора рассказать вам всем про ту самую Полку. Полку, которую освещает мягкий персиковый цвет, который берется из ниоткуда. Если подойти к ней поближе и прислушаться, то можно услышать классическую музыку, что-то из Концерта #2 для фортепиано с оркестром Прокофьева. А если провести руками по корешкам стоящих на ней книг - абсолютно непроизвольно увеличить свой IQ на пару-другую пунктов. Вы правильно все поняли - на этой полке стоят все те прочитанные в относительно осознанной интеллектуальной зрелости произведения, которые произвели на вашего слугу самое неизгладимое впечатление. Если говорить еще проще, то это и есть те книги, которые, по слухам, написаны лично Им. Разумеется, через своих посредников на нашей бренной Земле. Я то там, то etam иногда рассказываю про эту Полку: некоторые книги пытаются туда попасть, но не могут, некоторые - вообще не пытаются. Например, если попробовать поставить на Полку любое позднее произведение Глуховского, то за окном загремит гром, а в левой части груди угрожающе начнет побаливать. Так что без лишней надобности я не рискую. Любой автор, который сотворил нечто, попавшее в это чудесное место, автоматически становится Членом не очень тайного, но достаточно эксклюзивного сообщества - людей, которые умеют писать. Сокращенно можно называть ЛКУП. Даже давайте ЛКУП им. Франзена. Так как-то симпатичнее и роднее.

В общем-то, Джонатан Сафран Фоер, ни много ни мало, является дважды действующим членом данного общества – обе его первые книги тут же попали на Полку. И если «И все осветилось» казался редким алмазом милой и наивной прозы, то «Жутко громко и запредельно близко» предстал баржей из золота, наполненной бриллиантами, которые охраняют единороги. То есть, проще говоря, Фоер сделал то, что случается крайне редко и называется «эффектом Терминатора» - второе произведение, похожее по духу и стилю превзошло первое. Здесь можно пошутить про «Метро 2034». Или лучше не надо. В общем, ни у одного любителя литературы не возникало вопросов после первых двух романов американского писателя. Всем было и так понятно – появился новый большой творец, чему вторили уже состоявшиеся коллеги по ремеслу: Рушди, Апдайк и иже с ними.

Что было потом, уже история, но о ней тоже очень важно немного сказать. Джонатан Сафран Фоер начал делать что-то очень странное. Все то, что происходило с 2005 по 2016 год, ознаменовало новый период в творчестве писателя, который можно назвать Joe, ti chto, vse v poryadke? Сначала был странный, истерично написанный и абсолютно не берущий за живое (что для Фоера редкость) нон-фикшн «Поедание животных». Это произведение можно отнести к вегетарианскому стилю, который Фоер, очевидно, создал и тут же убил. Эксперименты продолжились, следом за вегетарианской прозой пошел роман-гипертекст «Дерево кодов». Дикий и безумный литературный перформанс, который никто даже публиковать не хотел. Мне довелось держать в руках этот труд – там буквально вырезаны строчки. В смысле ножницами. В смысле бумага порезана. Я, конечно, приветствую эксперименты в искусстве, но это уже немного чересчур. Для парня с завода уж точно. Потом еще была странная переписка с Натали Портман (Джо, ну серьезно, она замужем) о том, о сем, и потом…

«Вот и я». Написанный спустя 11 лет после «ЖГ и ЗБ» роман, который должен был сделать одну простую вещь. Несмотря ни на что, несмотря на все эти гипертексты и веганские претензии к обществу, эта книга должна была увековечить место Фоера в сонме живых классиков. Читай, место рядом со всеми нашими пишущими раз в 10 лет франзенами и тарттами. Давно уже я не испытывал такого трепета, открывая книгу. И даже отсутствие великого переводчика Василия Арканова, который приложил руку к популярности Фоера в нашей стране, меня не смутило. Смутило то, что было потом. «Вот и я» - это обычная книга. Прочитав 100 страниц, я провел эксперимент – взял и открыл перечитанную вдоль и поперек «Жутко громко и запредельно близко». И знаете что? Я провел за ней четыре часа, 56 раз рассмеявшись и 12 раз заплакав. С трудом оторвавшись, я опять взял в руки последний роман – и ничего. Эта книга не вызывает эмоций. Да, она достаточно смешная (там в самом начале есть смешная шутка про мошонку), но больше ничего. Это, скажу вам честно, очень, вот прямо очень-очень грустно. Когда ты ждешь очередного вулкана эмоций, а получаешь только одну смешную шутку, да и то про мошонку. Почему так произошло, что случилось? Это, разумеется, вопрос в очень страшную пустоту. Все последующее повествование также не работает – книга просто читается и в конце делает то, что не бывает с великими произведениями. Она заканчивается.

Гораздо интереснее, что будет дальше? Вернется ли магия на страницы следующих романов Фоера? Еще один вопрос, на который ни у кого нет ответа. Я не так давно безумно радовался возвращению из странного экспериментаторства другого замечательного писателя – Янна Мартела, который потратив много лет на странные романы с анкетами в конце и одностороннюю переписку с премьер-министром Канады, потом написал книгу до того чудесную, что сил нет ее вам еще раз не посоветовать («Высокие горы Португалии»). Будет ли то же самое с Фоером? Заставит ли он нас безудержно смеяться над той самой собакой из «И все осветилось» или также безудержно рыдать над последними страницами «Жутко громко и запредельно близко». Ответ мы получим через 3, а может 5, а может 12 лет – в зависимости от того, будет ли Джо писать новые письма Портман или создавать очередной нечитабельный (в прямом смысле слова) гипертекст, который нужен, как это ни страшно, не его читателям, а только ему.

Завершать на такой ноте как-то не хочется. Поэтому, закрыв глаза на все вышесказанное, я авторитетно заявлю – Джонатан Сафран Фоер все равно очень хороший писатель. Тут никаких сомнений нет. Просто «Вот и я» натолкнул меня на страшную мысль, что Джо стремится по экспоненте к другому Джо, неправильному Джо. Мы то (я то точно) ждали произведения, которое встанет рядом на Полке с книгами Франзена, а получается пока, что поставить можно только на одну полку с другим товарищем - Джо Троппером. Помните, это тот парень, который написал шесть добрых и трогательных книг, а потом завязал с литературой, уйдя писать сценарии для посредственных сериалов. Так вот, уважаемый Джо Фоер, даже не думай так делать. Пускай ты и не будешь главным романистом Америки, но, пожалуйста, сделай хоть чуть-чуть, чтобы хотя бы твой самый преданный и субъективный поклонник так мог думать и навязывать свое мнение остальным.

Ведь места на той самой Полке, как это ни грустно, всегда очень много. Как и незаполненных лакун в наших сердцах. Слышишь, Джо – лакуны в наших сердцах требуют твоего волшебства. А иначе вообще никак.

Ваш CoffeeT

Закрыть глаза, потому что страшно. Закрыть глаза, потому что стыдно. Потому что больно. Или невыносимо... А еще… иногда тебя ослепляет. И ты просто не в силах открыть глаза…

Наверное, это самое абсурдное – разрушить идеальный брак. Такой, в котором один смешной и милый, а другой благоразумный и рациональный. Где один применяет юмор «как химиотерапию», а другой спрашивает «подумай, почему ты второй раз сделал ту же самую ошибку». Где два человека с каждым годом становятся все ближе и ближе друг к другу, где взаимопонимание достигает гипертрофированной формы… Но вдруг, оказывается, что один смешной, милый, но легкомысленный, не серьезный, не способный взять ответственность на себя. Где другой благоразумный, рациональный и … эгоистичный, черствый, недовольный. Где степень сближения прямо пропорциональна степени уничтожения твоего Я, где маршруты расписаны, и с успехом можно не прикасаться друг другу неделями и месяцами. Где сказать друг другу нечего. Где никто не способен сказать, что же он на самом деле думает.

Джонатан Сафран Фоер написал книгу о том, как разрушить идеальный брак. Он был той самой смешной и милой половиной, который при трагедии первым делом шутит, а потом плачет. Она – воплощение самообладания и хладнокровия, продукт долгих визитов к психотерапевту, подчеркнуто повторяющая, что «грустить это нормально». Они стали друг для друга самыми близкими и самыми далекими людьми. И брак, счастливый, устоявшийся, прочный, с идеальной пропорцией уступок и компромиссов был разрушен, потому что глубоко внутри каждый из них был несчастлив. Можно ли быть самым близким человеком, но при этом нелюбимым? Или не так – может ли любимый человек быть самым далеким?

Дальше...

Джонатан Сафран Фоер написал почти исповедь. Здесь каждое предложение и каждая мысль выстраданы, пропущены через горнило разрыва/развода/одиночества/этапа «научиться жить одному». Здесь понимание и принятие ситуации пост фактум, и в то же время погружение в де факто. Чтобы понять наконец, где, когда, что именно пошло не так. Боль от того, что дети остаются не с тобой. От того, что непонятно, как именно нужно жить дальше. И глухое недовольство, и немое страдание, и безысходная тоска.

Джонатан Сафран Фоер написал книгу о браке и об Израиле. О вечном вопросе Финклера. И кажется, что ни один еврей не способен жить в мире с самим собой, каждый продолжает терзаться, только вот терзается каждый своим. И обязательно память поколений, и проговаривание отношения к холокосту, и место евреев и в мире, и в конечном счете, поиск собственного мира… И да, будучи максимально реалистичной, книга в один момент превращается в историческую реконструкцию сослагательного наклонения «что если». Что если Израиль переживет серию землетрясений, что если в одночасье он окажется беззащитным перед лицом своих соседей и врагов? Что если весь мир ополчится против него? Что если…

Эта книга многословна, но я не хотела пропускать ни строчки. Ее идеи порой банальны, но в общем контексте цепляют так, словно ты читаешь великую мудрость. Эта книга повседневна, но проживание этих проблем, разрушение идеального брака дает представление об уникальном опыте…

И да, многое из этой книги было мне чуждо. Я бы никогда не промолчала, не стояла бы под дверью, не в силах войти и спросить «как дела?», не побоялась бы попросить о помощи… Я бы никогда не воспринимала яркую личность Другого как покушение на целостность моего Я. Я бы… да много чего, я бы. Но главное – трагедия повседневности, безысходность упрощенности… Вот это все понятно. Некий культурный код, который усваивается автоматически, если тебе больше 30.

Эта книга – некая альтернативная реальность жизни, в которой вы «почти развелись» и «почти расстались». Язык – классика американской прозы, легкий, простой, доступный, без грубости, хамства, агрессии. Сюжет – максимально реалистичен. Герои – почти ожившие прототипы реальных супругов, в состоянии распада семьи.

Другой человек способен ослеплять. И вся оборона, тщательно выстроенные стены из доводов разума и рассудка, самоуверенность и демонстративное равнодушие способны рухнуть как стены Иерихона. От одного только взгляда. Поэтому глаза лучше не открывать.