Сытый мир

Странная-странная книга, в правдоподобность которой мне сложно поверить. Я только глупость всего происходящего могу отметить. Да, главный герой Хаген бунтует. Ему хочется свободы, поэтому он сознательно бомжует. И его ни разу не волнует, что он грязный, вонючий и мерзкий. Зато он, видите ли, может делать, что захочется. Эй, мил человек, это тебе еще везет, что ты в Германии. Посмотрела бы я на такой бунт в России, где морозы ого-го и товарищи полицейские тож не подарок.

Ну к черту лирику. Вот Хаген не гнушается ничем: спать в канаве, воровать, тащить вещи у трупов. А ведь он, между прочим, умный, начитанный, знает толк в хорошей музыке. Как он изъясняется, любо-дорого послушать:

Разложение и его грация. Пафос разрушения, меланхолия распада

Его детство было ужасным, не спорю, реально сбежал бы любой. Но почему бомжевать? Свободу можно получить и иначе. Еще из как бы хорошего в нем-чувство к Юдит. Юдит-16тилетний подросток, сбежавший из дома. Ну ясно, тоже бунтует. Но поначалу Хаген просто хочет потрахаться, простите за грубость, но в книге этой грубости навалом. И несколько раз они пытаются, да все что-то мешает. Это ситуация меня вообще бесила: фуу, мерзко, грязные, накачанные пивом. Но когда Юдит полиция отправила домой в Берлин, то Хаген ищет ее. И вот тут чувство уже раскрылось иначе, он идет работать, хоть и не сложилось, идет на грабеж ради нее.

Таки конец не оправдал себя. Хаген опять начал меня раздражать. А Юдит и ее родители тем более! Нет, бунты хороши, но надо меру знать. Ничего хорошего в свободе на дне я лично не вижу. Оттенить этим сытый мир? Ну и кому тут что докажешь? Короче, разнообразия ради прочесть можно. Хотя бы для того, чтоб послушать Хагена. Только послушать и поржать, видеть его и воспринимать его поступки нежелательно)

P.S.

— Как ты собираешься это делать? На что ты рассчитываешь? — На везение.

Кстати сказать, русские очень многие так живут, на везение, на авось.

С чего бы начать. За последнее время я, как-то так само собой получилось, прочитала две книги о бездомных. Дельфин де Виган "Но и я" и вот эту. Могу с уверенностью сказать, что это две совершенно разные точки зрения. Просто полярно разные. В первой книге - страдание, тоска, убивающая обреченность, холод и голод, тупая злость, желание помочь и невозможность что либо изменить. Во второй же книге - "Сытый мир" - жизнь бездомного бродяжки-алкоголика-попрошайки рассматривается совершенно под другим углом.

Что, цивилизованный мир надо мной ухмыляется? И пусть. Он только лжёт. Он хочет завернуть человека в себя, задушить его пуповиной, это мясистая, массивная мама, мегера, леденящая шалава, эта Антарктида могущества. А я – ликующий выкидыш, космический кусок блевотины, четырёхглазый зубной камень, золотая коронка на подгнившей челюсти.

Как бунт. Бунт против системы, против жалкого цивилизованного, "сытого" мира, где все давно прогнило, провоняло, где дома-руины и люди-руины, но никто не желает ничего замечать. Это своеобразная книга-ода бездомным, книга-ода всему тому дерьму, что их окружает, что находится вне зоны досягаемости "сытого" мира. Главный герой, он же Хаген, почти добровольно живет за пределами так ненавистного ему мира, много пьет, плохо пахнет и... всем доволен. Он поэт, он велик, у него возвышенная душа и крепкий организм. Он проводит свои дни, болтаясь по улицам, философствуя и ненавидя что ни попадя. Он создал свою небольшую вселенную, где он бог, а все остальные - жалкое отребье, которое он имеет полное право если не презирать, то хотя бы просто ненавидеть. И все у него идет, как обычно, но тут...

Среди всего этого сора жизни - девушка...

Маленькая Юдит, которую он так полюбил. Глоток свежего воздуха для него. Девочка-подросток, решившая, что жизнь с родителями скучна и однообразна, решившая сбежать из дома и начать свою новую "взрослую" жизнь. О Боги! Если Хагена я еще где-то в глубине души понимаю и его ненависть принимаю, то Юдит... Вот уже где самый настоящий стереотип шестнадцатилетнего подростка! Но да ладно, не мне ж ее любить, а Хагену. В общем, пару дней у них все хорошо, они романтично скитаются по городу, пьют и несколько раз безуспешно пытаются заняться сексом - на улице это не так уж и просто сделать. И вот однажды их ловят "були", они же полицейские, и Юдит, как того и следовало ожидать, отправляют назад к маме с папой. Ну а наш главный герой отправляется ее искать.

Даже не знаю. Отношение у меня к этой книге крайне не понятное. Двойственное какое-то. С одной стороны, я согласна с автором. Но с другой стороны, в книге так много ненависти, так много отвращения... Она слишком радикальная. Слишком категоричная. Нет ни намека на возможность прощения. Мне неприятна такая слишком идеализированная самоотверженная борьба. Есть только черное и белое, и черное - это зло, зло нужно ненавидеть, а белое - это правильно, это хорошо, в каких бы формах это "хорошо" не выражалось. Не могу я так. Не могу.

Автор напомнил мне о давно забытых подростковых идеалах, о стремлении ненавидеть. Я улыбаюсь себе той, давно канувшей в Лету. И мне становится грустно и даже страшно - я все-таки повзрослела, как бы ни старалась этого избежать. Нет во мне больше юношеского максимализма. Эх. А с ним так хорошо чувствовалось все и так хорошо писались стихи.

Вывод: книга мне понравилась. Противоречивая. Вызывающая бурю эмоций. То, что мне и надо было. Но советовать не буду. Есть в ней что-то такое личное-личное...

"<...> он склоняется над детской коляской, маскируясь ласковым сюсюканьем, всеми этими "ути-пути, убью-убью", и - чик-чик - перерезает горло грудничку. Медленно отходит прочь, без малейших признаков тревоги. Матери, которые сидят тут же, в парке или на скамейке бульвара, вяжут или читают, или как там ещё они коротают время, замечают злодеяние лишь тогда, когда кровь просочится сквозь коляску и закапает на землю Вот это да! И такое - в Мюнхене! Где-нибудь в Нью-Йорке это было бы не так заметно, но здесь...".

"Я люблю людей. Но только их не должно быть много. Для Германии, например, вполне достаточно было бы пятисот тысяч".