Переучёт

С творчеством Эрленда Лу я познакомилась 5 лет назад и начала именно с этой книги. И вот решила перечитать. И не зря. Не то, чтоб мне открылось что-то новое при втором прочтении, но я приятно провела время за этой книгой. Эрленд Лу мне нравится. Мне нравится, с какой иронией он относиться к своей стране и своим соотечественникам. Если б ненорвежец писал так о Норвегии, мне бы не понравилось. Приехать в чужую страну и хаять ее порядки - некрасиво как-то. А взгляд изнутри, ироничный взгляд - это другое дело. Так же хорошо Туве Янссон писала о Финляндии. Не всё так стереотипно, как иногда кажется. Эрленд Лу тонко подначивает норвежцев. "...Като человек приличный. Часто ходит в театр и на лыжах..." Мать, возмущенная тем, что ее сын-гей начал встречаться с женщиной. Слепой, содержащий в безупречном порядке свой газон - и пусть - и яростно протестующий против плетня, который хотят построить одни жильцы из их дачного сообщества. Нина, главная героиня - не молоденькая девушка, как на обложке книги - а женщина глубоко за 60, почти под 70. У нее вышел сборник стихов и критики встретили его не очень. И пошло-поехало. Если кто-то думал, что Нина скромно промолчит и посидит в сторонке, пока ее стихи будет поливать помоями не понять кто, и пока встречу с ней будут отменять под надуманным предлогом - тот жестоко ошибся.

Эта книга понравится тем, кто ценит нестандартный подход к повествованию, любит философские размышления в сочетании с абсурдным юмором. Читатели, которые ищут что-то необычное и непредсказуемое, найдут в "Переучете" настоящий клад.

Однако, если вы предпочитаете традиционные сюжеты и более линейные истории, возможно, эта книга не для вас. Тем, кто не любит абсурд и иронию, кто ищет серьёзные и драматические повествования, может быть сложно оценить уникальный стиль Эрленда Лу.

"Переучет" - это книга для тех, кто готов к необычным и увлекательным литературным экспериментам, кто не боится выйти за рамки привычного и посмотреть на мир под другим углом.

Давно известно: не место красит человека, а человек место. Тем не менее, предубеждения перешибить очень сложно. Одно из них гласит, что критиками становятся неудавшиеся литераторы (режиссёры, музыканты) и т.д. И любой самый завалящий поэт лучше самого лучшего критика. С другой стороны, сегодня не пишет (не ставит, не снимает) только ленивый, и успех часто обеспечивает не талант, а грамотная раскрутка. Как тут отличить завалящего поэта от стоящего? Где критерии? Как бы то ни было, считает писатель Лу, бездарный собрат по перу достоин только устного поругания, злобный же критик должен понести справедливую кару. А какого-нибудь книгопродавца, ни во что не ставящего истинного поэта, и вовсе можно пришибить. В этом месте надо серьёзно задуматься, стоит ли ругать малипусенькую (и по размеру, и, особенно, по содержанию) повестушку Лу. Жить-то ещё не надоело. А похвалить не за что. Герои – как на подбор фрики, причём не те забавные чудики из первых романов норвежца, а именно усталые, потасканные, неопрятные и неаппетитные фрики. Содержание укладывается в одном предложении: очередной шедевр престарелой поэтессы не оценили, и она устраивает всему свету вендетту. Юмор? Ну, если сцену, когда шестидесятипятилетняя дамочка совокупляется с вырубленным ей юным балбесом (да, стукнула увесистым томом по голове, мы ж литераторы) смешной, то да. Такого юмора у Лу заешься. В общем, глубиной автор никогда не блистал, но тут переплюнул сам себя.