Боже мой, до чего замечательный рассказ.
Не перечитывала его лет десять. На заре юности он казался мне мрачноватым. Наверное, потому что там в конце голова героя, presumably, раскалывается о дно бассейна (про это presumably я писала в своей рецензии на "Симора". Да, без "Тедди" восприятие творчества Сэлинджера было бы неполным даже на заре юности). Теперь же я поняла, что это совсем не важно, поняла мироощущение самого Тедди – полностью уравновешенное, спокойное, как сердце океана, – и с куда большим интересом взглянула на самого Сэлинджера. Получилось в точности по "Чжуан-цзы": "Вот отыскать бы мне забывшего про слова человека, чтобы с ним поговорить!"
Любопытно, но теперь от рассказа появилось ощущение радости. Раньше мне было жаль Тедди, воспитанного несколько... ограниченными родителями (он считал, что рождение в Америке вообще – это ошибка прошлого перевоплощения: он встретил девушку и "как-то отошел от медитаций"), брата сестры, которая в шесть лет уже ненавидит "всех на этом океане"... А так он сам видел ее:
"Моя сестренка, тогда совсем еще маленькая, пила молоко, и вдруг я понял, что она – Бог, и молоко – Бог, и все, что она делала, это переливала одного Бога в другого"
Так видел своих родителей, возивших, во исполнение долга, маленького просветленного по передачам и докторам, – признав, что очень любит их:
"Я испытываю к ним сильную привязанность. Я хочу сказать, они ведь мои родители, значит, нас что-то объединяет. Мне бы хотелось, чтобы они весело прожили эту свою жизнь, потому что, я знаю, им самим этого хочется..."
А так любил Бога:
"Разумеется, я люблю Его. Но я люблю Его без всякой сентиментальности. Он ведь никогда не говорил, что надо любить сентиментально. Будь я Богом, ни за чтобы не захотел, чтобы меня любили сентиментальной любовью. Очень уж это ненадежно".
Если честно, весь рассказ хочется просто расхватать на цитаты.
"– Насколько я понимаю, вы сделали кое-какие предсказания, которые весьма взволновали всю честную кампанию. Я не ошибся?
– Не понимаю, – сказал Тедди, - отчего считается, что надо непременно испытывать какие-то эмоции. Мои родители убеждены, что ты не человек, если не находишь вещи грустными, или очень неприятными, или очень... несправедливыми, что ли. Отец волнуется, даже когда читает газету. Он считает, что я бесчувственный.
Никольсон стряхнул в сторону пепел.
– Я так понимаю, сами вы не подвержены эмоциям? – спросил он.
Тедди задумался, прежде чем ответить.
– Если и подвержен, то, во всяком случае, не помню, чтобы я давал им выход, – сказал он. – Не вижу, какая от них польза".
Очень четкий и красивый рассказ, где объясняются основные постулаты буддизма и адвайта-веданты, которой Сэлинджер очень интересовался. Но даже без интереса к этим вещам можно все понять интуитивно.
Мне кажется, этот рассказ - Glaubenbekenntnis, "Символ веры" самого Сэлинджера.
"– Вы помните яблоко из Библии, которое Адам съел в раю? – спросил он. – А знаете, что было в том яблоке? Логика. Логика и всякое Познание. Больше там ничего не было. И вот что я вам скажу: главное - это чтобы человека стошнило тем яблоком, если, конечно, хочешь увидеть вещи, как они есть. Я хочу сказать, если оно выйдет из вас, вы сразу разберетесь с кусками дерева и всем прочим. Вам больше не будут мерещиться в каждой вещи ее границы. И вы, если захотите, поймете наконец, что такое ваша рука. Вы меня слушаете? Я говорю понятно?
– Да, – ответил Никольсон односложно.
– Вся беда в том, – сказал Тедди, – что большинство людей не хочет видеть все как оно есть. Они даже не хотят перестать без конца рождаться и умирать. Им лишь бы переходить все время из одного тела в другое, вместо того, чтобы прекратить это и остаться рядом с Богом – там, где действительно хорошо.
Он задумался.
– Надо же, как все набрасываются на яблоки, – сказал он.
И покачал головой".
Замечательны – и тоже запомнились с моих семнадцати, как и фраза про молоко – взгляды Тедди на воспитание детей, которые я всецело разделяю:
"Я бы сделал так, чтобы их стошнило этим яблоком, каждым кусочком, который они откусили по настоянию родителей и всех вокруг".
История о профессоре, которому он посоветовал отказаться от преподавания.
"– Могу я вас спросить, почему вы посоветовали профессору Питу оставить преподавание после Нового года? – не отставал Никольсон. – Я хорошо знаю Боба. Потому и спрашиваю.
Тедди затянул ремень из крокодиловой кожи.
– Потому что в нем сильно развито духовное начало, а эти лекции, которые он читает, только мешают настоящему духовному росту. Они выводят его из равновесия. Ему пора выбросить все из головы, а не забивать ее всякой всячиной. Стоит ему только захотеть, и он бы мог почти целиком вытравить из себя яблоко еще в этой жизни. Он очень преуспел в медитации".
История о клетках (и о науке вообще):
"– Эти доктора все такие поверхностные. У них на уме одни клетки и все в таком духе.
– Вот как? Вы не придаете значение клеточной структуре?
– Придаю, конечно. Только доктора говорят о клетках так, словно они сами по себе невесть что. Словно они существуют отдельно от человека.
Тедди откинул рукой волосы со лба.
– Свое тело я вырастил сам, – сказал он. – Никто за меня этого не сделал. А раз так, значит, я должен был знать, как его растить. По крайней мере, бессознательно. Может быть, за последние какие-нибудь сотни тысяч лет я разучился осознавать, как это делается, но ведь само-то знание существует, потому что как бы иначе я им воспользовался...
Надо очень долго заниматься медитацией и полностью очиститься, чтобы все вернуть, – я говорю о сознательном понимании, – но при желании это осуществимо. Надо только раскрыться пошире".
Внимание, вопрос: что сделал сам Сэлинджер в прошлом воплощении, чтобы родиться в Америке?)
Ответ: да это неважно!
Спасибо ему, что говорил то, что говорил. За его любовь к адвайте и медитациям, за то, как он молчал. В средневековой Индии легко было так говорить и так жить; а вы попробуйте в Америке XX века – немудрено, что он стал отшельником с повышенным интересом со стороны прессы.
Он говорил (устами, опять же, своего героя), что после смерти писателя спросят только о двух вещах: сияли ли все твои звезды и писал ли ты так, чтобы вся душа нараспашку.
Мне кажется, его жизнь дала на оба вопроса положительный ответ.
А еще взглянула на его "молодые" фото – и внезапно подумалось мне, что он сам как-то удивительно, внешне, похож на Симора, каким он его описывает.
60 понравилось
