Биографии киевских князей за авторством Алексея Карпова я читаю хоть и медленно, но начиная с самой первой и по порядку: эта уже пятая по счету. И могу сказать, что книга о Юрии Долгоруком пока самая сложная. Этому есть две причины: очень запутанный исторический период с множеством междоусобных войн и не слишком привлекательный портрет самого князя.
Недостатки Юрия Долгорукого особенно бросаются в глаза на фоне грандиозной личности его отца, Владимира Мономаха. Насколько Мономах был “страдальцем за Русскую землю” (в значении “работник”, “труженик”) и стремился мирить других князей и объединять земли, настолько же Юрий делал наоборот. Создается впечатление, что желание сидеть на “златом” киевском престоле отключало здравый смысл князя. Может быть, сказывается разница в мировосприятии современного и средневекового людей. Но просто диву даешься, насколько упорно князь Юрий расшатывал и дестабилизировал ситуацию на юге Киевской Руси ради сугубо личных интересов. Другие князья тоже не отставали, но Юрий как будто старался сильнее остальных. Он не был злодеем, готовым совсем уж на всё ради власти, и в разное время шел на разные уступки. Однако на протяжении большей части повествования мои симпатии были на стороне его самого главного соперника, племянника и долгое время киевского князя Изяслава Мстиславича.
Влиться в ритм повествования было сложно. Князей развелось очень много, и после смерти Мстислава Великого (старшего брата Юрия Долгорукого) не только Юрий позарился на Киев и близлежащие города. Мало того, что имена князей часто похожи и среди них много тезок. Они еще и в первой трети книги два раза менялись городами по типу карусели. Искали компромиссы, чтобы никому обидно не было. Но обидно в итоге было, и в дальнейшем князья то менялись городами, то вообще уходили куда-то, то умирали, и разобраться, кто есть кто, было непросто. В конечном счете, не так уж и важно помнить, кто чей брат или сват, кто с кем в союзе, а кто в конфронтации. Все равно перед каждой войной (“пакостью”) автор более или менее подробно напоминает распределение сил. К тому же далеко не все князья отличались постоянством. Но чем лучше помнишь все эти хитросплетения, тем интереснее читать. А некоторые личности были очень яркими и достаточно стойкими в своих антипатиях, как, например, Владимирко Галицкий.
Сам Юрий Долгорукий производит двойственное впечатление. С одной стороны, симпатий он не вызывает. В Киеве он княжил не однажды, и каждый раз вызывал ненависть горожан. Автор воздерживается от конкретики, делает только предположения о характере, поскольку достоверных сведений об этом нет. И все-таки действия и решения князя могут многое о нем сказать. И Юрий Долгорукий представляется упрямым, неуживчивым, негибким князем. Сложно отказать ему в уме и хитрости, ведь в итоге своего он добивался, хотя и не мог надолго удержать достигнутого. Но тот же Изяслав Мстиславич выглядит предпочтительнее, умнее, сильнее в политическом смысле.
А с другой стороны, действия Юрия Долгорукого обеспечили расцвет Северо-Восточной Руси. Он строил церкви нового типа, белокаменные. Некоторые из них сохранились до сих пор (одна даже почти в неизменном виде). В Суздальской земле Юрий нуждался как в базе для завоевания Киева, и потому строил там города и укрепления, организовывал более четкую систему управления, взимания налогов. В результате край развивался экономически и культурно, тогда как юг Руси горел в междоусобных войнах.
Так что книгу интересно читать не столько как биографию, сколько как рассказ о переломном моменте в истории Руси. Если читать достаточно внимательно, книга постепенно увлекает, и появляется интерес к биографии следующего князя: Андрея Юрьевича Боголюбского, еще при жизни отца отказавшегося от притязаний на Киев.
В книге много интересных подробностей, не связанных напрямую с личностью Юрия Долгорукого, но любопытных в других контекстах. Например, отмечается рождение того князя Игоря, который впоследствии станет главным героем “Слова о полку Игореве”. Приятно увидеть его место в обширном семействе князей Рюриковичей, потому что раньше вообще не было понимания, кто он такой. Упоминается, что первыми формулу “всея Руси” начали использовать митрополиты из-за развившегося церковного кризиса, чтобы преодолеть некоторые противоречия и распространить свою власть не на отдельное княжество, а на всю Русь. Впоследствии уже формулу переняли князья. Очень интересно и подробно описано, как в те времена проходили войны и битвы.
Жаль, что конкретно в этом издании много опечаток, порой даже по смыслу не догадаешься, что написано. И вряд ли имеет смысл читать книгу как отдельную, хотя бы стоит сначала потренироваться на парочке предыдущих этого же автора, иначе обилие междоусобиц и путаница с именами может ужаснуть и отпугнуть. Все-таки биографиями эти книги называются скорее условно, это больше похоже на переработанную летопись событий тех лет, не всегда понятных даже ученым, что уж говорить о простых любопытствующих. Но если втянешься – оторваться уже сложно.
