6
Бог Моря улыбался той теплой беззаботной улыбкой, что никогда не предназначалась для смертных людей. Слишком уж они обычно мелочны, шумны. Краткосрочны.
Бог Моря улыбался. Он расчесывал гриву прекрасной высокой тонконогой кобыле, чья шкура отливала золотом в лучах солнца. Ее бока медленно вздымались и опускались, пока она нежилась, наслаждаясь сочной травой. И было столько умиротворения в этом. Столько привычной бесконечности.
Лошадь мотнула ухом и перевела голубой глаз с поперечным зрачком на своего хозяина. Бог Моря приложил к ее упругой щеке лоб.
– А здесь у нас заброшенное ран… чо… – прозвучал голос и из-под низко опущенных веток под рукой незнакомой, но такой знакомой девушки, поднырнула с улыбкой Агата.
Дэн повернул лицо, не отрываясь от теплой ароматной морды лошади, и взглянул сквозь влажные пряди волос на подошедших девушек. На его губах еще играла расслабленная улыбка, но взгляд уже набирался шторма и темнел. Воздух пропитал запах соли.
– Ой, – неловко улыбнулась Агата и махнула рукой. – Привет?
– Здравствуй, Агата, – Дэн медленно отстранился от лошади, расправил плечи и посмотрел на девушек с высоты своего роста вниз.
– Это Эшлин, – затараторила Агата, жестикулируя, – Она моя подруга здесь и показывает остров.
– Эш-ш-шлин, – протянул задумчиво Дэн, коснувшись мимолетным взглядом местной девушки. – А. Эшлин. Дитя Кэтрин.
– Это моя бабуля, – решила сообщить Эшлин. – А мы знакомы? – она с привычной приветливой улыбкой протянула руку.
– Нет. Но, помнится, Кэт была редкой красавицей, – довольно кивнул Дэн, не обращая внимания на ладонь.
– Бабуля-то? – вскинула брови девушка. Она привыкла вести беседы, стоя за барной стойкой и тут тоже не растерялась. – Не знаю, у нас как-то не принято делать фотки. Но сейчас она слегка того… умом тронулась, – Эшлин пожала плечами.
Дэн наблюдал, как Агата улыбнулась слегка дрожаще, убрала за спину руки. Он слышал, как беззвучно хрустнули ее суставы в тонких гибких пальцах, когда она сжала ладони, натягивая кожу на хрупких костяшках. Он слышал, как участился ее пульс. Он слышал, как по виску, облизывая щеку и шею, скатилась соленая капля ужаса.
Дэн все понял.
Он даже что-то вроде разгневался, но чувство его было похоже на легкую рябь на воде. И Дэн удивился. Ведь не ведал он ничего, кроме безупречной морской глади, вот уже сотни и сотни и сотни лет.
Дэн втянул жаркий влажный воздух сквозь сжатые зубы, открыл рот чтобы что-то сказать, но тут с грохотом музыки, ломая ветки, нет, тонкие деревья, прямо к ним выехал закатно-алый кабриолет с сиятельным блондином в темных очках. Бог Солнца улыбнулся опасной горячей улыбкой и посигналил пару раз.
Эшлин охнула, отскочив с дороги.
Дэн, слегка закатив глаза, оперся на невысокую деревянную изгородь.
Агата замерла, словно лань в лучах машинных фар ночью.
Но лошадь… Прекрасная, величавая, золотистая, ухоженная, спокойная, не ведающая шума, абсолютно дикая, невероятно сильная, поднявшаяся на дыбы, заржавшая в ужасе, оскалившая квадратные зубы, распахнувшая голубые глаза и ударившая копытом лошадь…
Эшлин успела только зажмуриться.
А Дэн одним стремительным движением схватил Агату за локоть и дернул на себя. Копыто испуганного животного опустилось ему на плечо в волоске от белокурой головы девушки. Дэн выпростал руку вперед ладонью, второй заталкивая Агату себе за спину, и произнес:
– Тихо.
Кобыла, наверное, была бы и рада послушаться, но, взмахнув ногами в воздухе, уже не могла остановить второго удара.
– Тихо! – повторил Дэн, и замолчали даже птицы.
Эллиот убавил звук и выпрыгнул легким движением из своей машины, не открывая двери. Эшлин протягивала к Агате дрожащие руки. А кобыла, последний раз засучив в воздухе копытами, тяжело рухнула на бок.
– Ты!.. – Дэн развернулся и сделал плавный опасный шаг в сторону присевшего на капот Эллиота. Он рос. Он возвышался. Он мог достичь Солнца. Но Солнце наблюдало за ним, в равнодушном ожидании изогнув бровь.
– Нет! – воскликнула Агата.
– Вот видишь? – ухмыльнулся Эллиот.
– Нет-нет-нет… – причитала Агата.
Эллиот выглянул из-за плеча Дэна, и его темно-золотые брови сошлись к переносице. Дэн обернулся. На коленях рядом с тяжело дышащей лошадью сидела Агата и пыталась погладить животное между раздувающихся ноздрей. Агата медленно подбиралась к морде, а кобыла все пыталась подняться, но только раз за разом тяжело роняла голову обратно в рыжую дорожную пыль.
– В сторону, – произнесли боги. Пытавшаяся подобраться к Агате Эшлин непокорно топнула ногой, но рука Эллиота на плече не то чтобы давала особо выбора. Дэн присел рядом с Агатой и легким шлепком ладони убрал ее руки от испуганного животного.
– Тихо, – нежно произнес он, заглядывая в небесно-голубые глаза лошади, – ну же, тихо… вот так, – он распростер объятия, когда кобылка медленно перевернулась на живот и боднула его слегка головой.
Лошадь встала, всхрапнула коротко и отошла от собравшихся людей и тех, кто зачем-то решил быть похожим на них.
Проводив ее взглядом, Дэн обернулся ко всем.
– Хотите чего-нибудь? – спросил он, мотнув головой в сторону спрятанного от взглядов домика.
– Пить, – сипло попросила Агата и протянула ему руку, не сомневаясь почему-то, что Дэн поможет ей встать, как помог до того своей лошади.
– Я налью вам воды, – согласился Бог Моря.
