Глава 4, в которой возникают недопонимания и неожиданные подарки
Дрожащими от предвкушения пальцами я сняла заклинание стазиса и активировала кристалл. Послышалось тихое потрескивание, и машинка ожила. Я сделала пробную строчку на подвернувшемся обрезке. Что ж, после стольких лет она работала как часы. Похоже, спустя годы поисков я наконец нашла свою любовь. Надеюсь, она окажется взаимной.
– Ты уверена, что тебе больше нечем заняться? – василиск стоял в проёме и мрачно наблюдал за моими действиями.
– А тебе? – ответила в тон, не отрываясь от работы. Он поджал губы и удалился в подсобку. В планах стоял пересчёт и сортировка материалов. Я это дело обожала, а вот он – не факт. Как-то Божена сказала мне, что пересчёт материалов – самое скучное занятие на свете. Согласиться я не могла, но фразу запомнила. Как подтверждение разности мнений.
И всё-таки магическая машинка – настоящее чудо. Она словно читала мои мысли. Подстраивала скорость под движения рук, а не наоборот. Реагировала на любые заминки, замедлялась, стоило мне чуть неровно выложить ткань… Я просто не могла нарадоваться. Шила бы и шила целую вечность.
Но, увы, всё прекрасное в этом мире заканчивается. Зачастую намного быстрее, чем нам бы этого хотелось. Подхватив результат своей работы, я направилась в подсобку.
Ашер сидел на корточках над очередным ящиком и перебирал содержимое. Вопреки ожиданиям, он не только не матерился, но и как будто бы наслаждался процессом. Бережно гладил ткань, раскладывая свёртки в несколько стопок. Любовался цветами.
Перепись материалов я предпочитала проводить сама, но на этот раз подготовительную работу могла предоставить новому сотруднику. Хотя бы ту часть, где ты ползаешь по полу и пытаешься осознать, не пропустил ли ты какой-нибудь ящик с тканями.
К слову, у тиры Эдит эту часть работы выполняла я. И в процессе пересчёта было найдено не менее десяти затерявшихся по углам рулонов.
– Ашер, – тихо позвала я. – Отвлекись на минутку.
Голая спина напряглась. Он словно смутился, что его застали за подобным занятием. Но лишь на миг. Василиск легко поднялся на ноги и развернулся.
– Я ещё не закончил, хозяйка, – протянул он с издёвкой. – Или будут более срочные указания?
Пропустив наезд мимо ушей, я протянула ему обновку.
– На, примерь.
Золотые глаза скользнули по серой ткани.
– Я не нуждаюсь в подачках.
С ума сойти, гордый какой. А ведь каких-то полчаса назад за обе щеки уплетал мои пирожки с мясом. И вовсе не посчитал угощение подачкой. Я сдержанно выдохнула.
– А я нуждаюсь в сотруднике, который сможет хотя бы показаться посетителям. Или ты и дальше собираешься ходить с голой грудью? Тогда придётся маскировать тебя полностью.
Я выразительно покосилась на мужские соски, находившиеся ниже линии тональника. Проследив за моим взглядом, он стиснул зубы и выхватил у меня ткань. Расправил на вытянутых руках и на миг замер, озадаченно разглядывая предмет.
– Наоборот, – великодушно объяснила я. – Ты держишь задом наперёд.
Василиск неуверенно кивнул и наконец всунул голову в ворот.
– По-моему, отлично, – оценила я. – Кстати, капюшон можно надеть на голову.
Ашер изумлённо разглядывал свободный крой, не имевший ничего общего с обычным строгим стилем горожан Фосса.
– Что это? – выдавил он наконец.
– Это худи. Повседневная одежда в моём… Там, откуда я родом, – неловко закончила я.
– И это где такое носят? – не поверил собеседник. – Это больше похоже на мешок для картофеля, чем на одежду.
– Это не важно. Главное, что удобно и тепло, не заболеешь, – отмахнулась я и направилась к выходу. Что ж, с основным отвлекающим фактором разобрались. Теперь можно и делом заняться.
Словно опровергая мои слова, в дверь позвонились. Обернувшись на насторожившегося василиска, я пошла открывать.
На пороге лавки стояли двое. Высокий широкий мужчина лет пятидесяти с пышными усами и небольшая упитанная женщина, едва достававшая ему до плеча. Оба светловолосые и голубоглазые, как абсолютное большинство жителей пещер.
Но внимание привлекли не они. А мгновенно ударивший в нос запах. Удивительный, одуряющий запах свежей выпечки. Сразу вспомнилось, что из пирожков мне достался всего один, и я ошалело уставилась на круглый пирог в руках женщины. Пухлый, ягодный, ароматный, с ажурной сеточкой по верхушке.
– Здравствуйте, дорогая, – улыбнулась гостья. – Мы видели, как сюда идёт посыльный. И он же сообщил нам о вашем приезде!
– Ээ… – совершенно негостеприимно протянула я.
– Мы зашли поздороваться! Мы ваши соседи!
– О!
– Меня зовут тира Бейкер, но вы можете звать меня Милли! А это мой супруг, Оскар!
– Очень приятно, познакомиться, тир, тира, – опомнилась я. – Меня зовут тира Белова. Но вы можете называть меня Василисой… – я поморщилась от неловкой фразы и отскочила, освобождая путь. – Прошу, проходите…
И тут я зависла. Потому что, судя по пирогу, следовало пригласить гостей на кухню и угостить чаем… Но я в упор не могла вспомнить, где находится кухня. Кажется, дверь в жилую часть я видела за мастерской, но где именно? А была ли там кухня? А был ли на кухне чай? А чайник?
Кажется, на моём лице отразилась вся гамма чувств, потому что тира Бейкер мягко улыбнулась и покачала головой.
– Мы только на минуточку зашли поздороваться. Наш рабочий день ещё не окончен. Прошу, возьмите пирог.
Мне буквально всучили потрясающе пахнущее произведение искусства.
– Если будут вопросы или просто захочется поговорить, милости прошу, – произнесла женщина напоследок.
Тир Бейкер согласно кивнул. Мол, жена дело говорит, добавить нечего. И пара удалилась, оставив меня в состоянии лёгкого шока. Это тут все так здороваются? Или только эта конкретная пара? А если они пекари, как гласила вывеска над дверью, и принесли пирог… То что должна принести им я в качестве ответного подарка?
А самое главное – из головы никак не выходил самый важный мой вопрос. Есть ли у нас чай?
– Ашер! – в панике закричала я и бросилась вглубь пещеры.
Ашер
Каким же верным было решение отложить женитьбу. Иногда я сам восхищался собственной проницательностью. А ведь отец убеждал, приводил аргументы… Сказал бы я ему сейчас, где видел все его аргументы. Если бы мог.
Гибель отца стала ударом. Ещё большим ударом – то, что в убийстве обвинили меня. А ведь меня даже дома не было. Вернулся, принял душ – и сразу нагрянули гости в форме. Доблестные стражи порядка же и сообщили о гибели отца. Хотели сразу проводить в участок… Вот только это совершенно не совпадало с моими планами. Пришлось пойти на крайние меры и воспользоваться окном не по назначению.
Как я выжил после прыжка? Сам в шоке. Одно дело, когда успеваешь перекинуться, а прыгать из окна в облике человека – чистое самоубийство. Но мне повезло. Сбежал, спрятался, забился в самый тёмный тоннель и затаился, зализывая раны.
Хотя, откровенно говоря, сейчас я уже начинал сомневаться, не проще ли было сразу сдаться. По крайней мере, в тюремной камере не пришлось бы…
– Следующий!
Я с тяжёлым вздохом скатал рулон ткани и подал следующий. Предыдущий нужно было положить в помеченную коробку. Да ещё так, чтобы он не помялся.
Работа! Это же в голове не укладывалось, чтобы василиск работал на человека! Дикость! Василиски – высшая раса, призванная управлять. Для работы у нас существуют слуги. Много слуг. И все люди. Потому что. Василиски. Не. Работают.
– Следующий!
Ещё один рулон ткани отправился в коробку. Ненормальная девчонка. Когда я предлагал договориться, то был уверен, что она выберет моё тело. Ведь я не сомневался в своей привлекательности и видел, как она на меня смотрит. Да что там, пожалуй, во всём Экосе не было женщины, которая не воспользовалась бы подобным шансом…
Более того, я и сам был не против. Чем-то она даже зацепила в первый момент. Маленькая, юркая. Непривычные для пещер тёмные волосы были стянуты в простой хвост, что шло вразрез со стандартами аристократов и привносило в её образ некую диковатую изюминку. Красный жакет тоже привлекал внимание. А уж как она пугалась поначалу – мм!
Но нет, эта психованная выбрала дешёвую рабочую силу. Ещё и обрядила меня в какую-то хламиду, которая никак не позволяла продемонстрировать мою природную сексуальность. Дура!
– Следующий!
– Может быть, уже поедим?
– А что у нас есть?
Я прикрыл глаза, пытаясь справиться с раздражением. То есть, она даже не планировала готовить ужин?
– У нас есть пирог, – процедил я с намёком. Любая адекватная человеческая женщина тут же устыдилась бы и бросилась что-нибудь готовить. А лучше спросила, что я предпочитаю. Но не эта. Эта обрадовалась. Словно вообще не задумывалась, чем будет меня кормить.
– Круто! Я про него уже и забыла… – она на миг наморщила нос, словно припоминая что-то. И добавила: – Кстати, у нас есть чай?
– Есть! – рявкнул я. – Ты уже спрашивала!
– Точно, спрашивала.
Она радостно улыбнулась и двинулась в сторону подсобки.
– Кухня в той стороне, – мрачно поправил я.
Дожили. Я, василиск и мужчина, указываю человеческой женщине, в какой стороне находится кухня. И ладно бы она после этого встала за плиту и принялась готовить…
Тихо застонав, я последовал за хозяйкой лавки. Вот как, как меня угораздило из всех тёмных коридоров Фосса выбрать именно этот? Почему на входе не висело предупреждения «Осторожно, безумная лавочница»?
Как только вернусь домой и приступлю к обязанностям, задумаюсь над этим вопросом. Во избежание подобных ситуаций.
– Ну как тебе худи? – поинтересовалась она, прожевав первый кусок пирога.
Я закатил глаза. Ну конечно, где уж какой-то человечке знать о манерах? Чайная церемония? Увольте. Гордая и прямая осанка? Да эта девушка скрючилась на стуле как лягушонок! Согнула спину, да ещё и ноги под себя подтянула. Больно смотреть!
– Не нравится?
– Нет, – фыркнул я, пододвигая к себе тарелку с едой и приборы. Вот как можно есть пирог руками? Она же не мальчишка какой-нибудь. Нет, она девушка. Женщина. Леди её, конечно не назвать даже с натяжкой, но…
Неожиданной оказалась её реакция. Она запихнула остатки пирога в рот, вытерла руки и поднялась. Я замер от неожиданности, когда хозяйка приблизилась, и её пальчики пробежали по моим плечам.
– Т-ты что делаешь? – выдохнул я. По всему выходило, что меня собираются соблазнить. Вот и пойди пойми этих женщин. Сама же сказала, нет, а теперь…
– Странно, – пробормотала она. – Вроде всё ровно.
И она запросто сграбастала пальцами ткань на плечах хламиды и потянула в разные стороны. От неожиданности я поперхнулся и закашлялся.
– Размер правильный, жать не должно, – продолжала она деловито. – В обработке швов я уверена. А хотя… Разденься-ка.
Этого я уже вынести не мог. Вскочил на ноги и отлетел на другой конец кухни. Подальше от этой психованной.
– Ты же сама отказалась! – Я обвиняюще ткнул в неё пальцем.
– Не отказалась, а подарила, – возразила она, глядя озадаченно.
– Что подарила? – Что-то я слышал о женской логике, но тут она не то что хромала – улетела в космос.
– Худи!
– При чём тут худи?
– Ты сказал, что он тебе не нравится. Значит, нужно перешить…
Она осеклась. Брови сдвинулись к переносице, глаза забегали, очевидно пытаясь отмотать разговор. А я осознал собственную ошибку. И почему-то вдруг стало так стыдно…
– А ты о чём подумал? – поинтересовалась она осторожно.
– Об этом и подумал, – отрезал я. – Всё, я спать, а ты как хочешь. Рабочий день окончен, а надбавку за сверхурочные мы не оговаривали!
Вот и пригодился курс управления персоналом. Можно свалить от неудобного разговора на законных основаниях.
Прежде, чем работодательница успела что-то возразить, я обогнул её и устремился к спальне. К счастью, вслед мне кричать не стали, а то погиб бы на месте от смущения. Ну, конечно, она проверяла кофту. Эта бесформенная хламида интересовала её больше, чем моё тело! Грр, подобным идиотом я себя давно не ощущал.
Спальня здесь была маленькой, зато по центру стояла большая двуспальная кровать. Конечно, будь Василиса приличной девушкой, я бы даже входить в спальню не решился. Но она была вообще не пойми кем. А спать больше всё равно негде. Поэтому, померив шагами комнату лишних пару минут, я всё же решился и растянулся на постели. В конце концов, пока эта ненормальная не появилась на пороге, тут я и спал. А все претензии готов выслушать утром.
Впрочем, утром возражений тоже не последовало. Не последовало вообще ничего. Я по-прежнему лежал на кровати, а место рядом со мной пустовало.
Василиса
– Ты вообще не ложилась?
Недовольный мужской голос заставил меня вынырнуть из состояния рабочего транса и усиленно заморгать.
– А сколько времени? – поинтересовалась я, усиленно растирая щёки. Глаза не то чтобы слипались, но прийти в себя не мешало. Сделав пару вращательных движений плечами, я подняла взгляд на василиска. Ашер смотрел странно, словно в очередной раз сомневался в моём душевном здоровье.
– Уже девять.
– Пфф, детское время, – отмахнулась я. – Я раньше полуночи вообще спать не ложусь.
– Сейчас девять утра, – напряжённо поправил он и подошёл ближе, внимательно разглядывая меня.
– М-да? – я привычно подняла глаза на стену в поисках окна. Увы, окон в мастерской не было, так что попытка оценить, насколько светло на улице, провалилась с треском. В прямом смысле. Оставленный без внимания рулон ткани скатился со стола и затрещал, зацепившись за крючок для инструментов.
Я со вздохом полезла под стол. Только меня опередили. Ашер ловко подрезал меня и подобрал ткань. И пока я медленно поднималась на ноги, успел измерить длину, ширину, и свернуть обратно.
– Послушай, тебе надо поспать, – произнёс он с нажимом, глядя в глаза. – Всем нужен перерыв, а ты вообще не отдыхала с дороги.
– Сейчас, – зевнула я. – Быстренько закончу и…
– Я закончу за тебя, – отрезал он. – Вчера уже понял, что нужно делать. Пронумерую, подпишу. При желании проверишь.
Я вяло что-то возразила, но меня не слушали. Волоком протащили через мастерскую и дальше, до спальни. Честно говоря, я даже почти не сопротивлялась. Понимала, что всё равно не усну. Когда столько работы, спать попросту невозможно. Полежу минутку – и встану.
С этими мыслями я прилегла на постель и…
– Спи.
Моих век коснулись прохладные пальцы, и я провалилась.
Ашер
Я с недоумением разглядывал собственные пальцы. И зачем? Для чего я потратил силы ради совершенно чужой девушки? Ответ нашёлся быстро. Она ведь новая хозяйка лавки. Если заболеет, придётся объяснять курьерам ситуацию, кто-то может заинтересоваться… А мне лишний интерес вовсе не нужен. Так сложнее скрываться. Так что забота о здоровье хозяйки лавки – это лишь повод позаботиться о себе.
Ровно из тех же соображений я прикрыл спящую девушку пледом.
– Бозя… Разбуди через часик, – пробормотала она, поворачиваясь на бок и подгребая под себя одеяло.
Покачав головой, пошёл умываться… И тут же понял, что водные процедуры пока откладываются. Лицо имело болезненно-бледный оттенок. В точности как у всех людей. Понятия не имею, чем там меня намазала Василиса, но благородный оливковый цвет кожи не угадывался совершенно. И, учитывая, что девушка в данный момент спала, новая маскировка мне в ближайшее время не светила.
Зато я наконец рассмотрел обновку. Серый, бесформенный балахон неожиданно оказался не так уж и плох. Позволял спрятать фигуру, цвет волос, и даже лицо. Я натянул на голову капюшон и потянул за свисающие концы шнура. Капюшон собрался складками, и я усмехнулся. Надо же, это даже забавно.
Впрочем, долго торчать у зеркала не стал. Спустился вниз и продолжил разбирать ткани. Василиса за ночь перелопатила почти всё, так что я управился за пару часов. Делов-то: развернуть, измерить, завернуть.
Сложив последний рулон, сладко потянулся, решив, что теперь можно и отдохнуть. Впрочем, приступить к реализации не успел: меня нагло отвлёк звонок в дверь.
Первым желанием было спрятаться. Мало ли кто это может быть. Но потом я вспомнил, что лавка находится в самом тупике самого тёмного коридора, и никто точно не может знать, что я здесь. Значит, курьер? Покосившись в сторону жилой части, решил хозяйку не будить и узнать, не отдадут ли посылку мне.
Молча распахнув дверь, я уставился на посетителя. Точнее, на посетительницу. Пожилая тира лет пятидесяти держала в руках корзинку, укрытую полотенцем. При виде меня она застыла, глаза комично округлились, и она сделала шажок назад.
Вот же… Пугать стариков в мои планы точно не входило.
– Добрый день, – поздоровался вежливо, стараясь придать голосу максимум доброжелательности.
– Д-д-добрый… – пролепетала старушка. – А Василиса дома?
Я расплылся в широкой улыбке, не забыв спрятать язык.
– Вася спит. – Знаю, она говорила при посторонних обращаться к ней как к тире Беловой, но… сейчас же мы не при посторонних? То есть, при посторонних, но здесь только я.
– Ох, так вы её муж! – облегчённо выдохнула женщина.
Да не приведи Великий Змей!
– Коллега, – уклончиво ответил я. – Мы всего лишь работаем вместе.
– Ах вот как…
Взгляд старушки пробежался по моей фигуре и вновь поднялся к глазам. Тут она вздрогнула и отступила. А я едва не хлопнул себя по лбу. Глаза! Спрятав цвет лица, мы совершенно забыли про мои золотистые радужки. А у людей таких глаз не бывает. Неужели спалился?
– Вася спит, но я могу её разбудить, – попытался успокоить женщину.
Увы, это прозвучало неубедительно. Тира потихоньку пятилась, готовая в любую секунду перейти на бег. А я растерянно смотрел ей вслед. В голове не было ни единой мысли, как её остановить.
Ровно до того момента, как послышался голос нового участника:
– Прибить бы тебя!
