Глава 3
Быстро собралась, поправила макияж, нарядилась, потому что уже ой как опаздывала на встречу. Будь он неладен, этот Никифоров, который не мог предупредить заранее, что мы встретимся через два часа. Два часа, как вы понимаете, уже на исходе, а я мать вашу, еще не готова. Чертовы пробки, в которых я застряла по дороге домой. Чертова секретарша с кудрявыми руками, которая пролила на мои брюки кофе. Всегда знала, что у этой «умницы» ни мозгов, ни расторопности. Да и вообще, скажите мне, как… Как можно было споткнуться на ровном месте?
В общем, как события начали выходить из-под контроля пару дней назад, так они до сих пор только и делают, что набирают обороты. Я уже как три дня пытаюсь встретиться с Никифоровым, а он то отменяет встречу, то переносит, то… В общем, вы, наверное, уже поняли, какой он весь из себя занятой и неприлично деловой. А я прямо-таки сижу, только и делаю, что жду его, ничего не делая, ага. Он занят, а я должна под него подстраиваться, напрягать людей и себя. У меня уже даже глаз дергается от такого напряжения. Еще один такой финт с его стороны, и меня точно можно будет увезти в лечебницу для душевнобольных, потому что нервы сдадут. А еще Артем…
Ладно, сейчас не об этом. В данную минуту, когда я уже собиралась выходить, а точнее, на крейсерской скорости выбегать из дома, начал разрываться телефон.
– Кому там еще неймется-то? – зарычала. Искала в сумочке этот чертов аппарат, который пропал без вести. Не сумка, а черная дыра какая-то, ничего не найти, когда так сильно надо. – Да?! – рявкнула, принимая вызов, даже не посмотрев на номер звонящего.
– Алла Анатольевна, извините, что отвлекаю, но… – По голосу я узнала секретаршу Никифорова, и тут у меня задергались сразу оба глаза, потому что я точно знала, слово в слово, что она собирается мне сказать. Снова. Угу, плавали, знаем, за эти три дня уже десятый раз. – Дмитрий Георгиевич просил передать свои извинения. – Ага, снова. – У него аврал, и он, к сожалению, никак не сможет с вами встретиться.
Честно, вот сейчас я себя ощутила чей-то любовницей, которую из раза в раз отшивают. Угу, слышала не раз, как секретарь Артема слово в слово передавала его очередной бабе то же самое, когда он не находил нужным ее послать открыто. Да и вообще, он со своими бывшими предпочитает не расставаться. Они в большинстве своем понятливые, сами отваливаются, а тех, что понастырнее, братец использует от случая к случаю на постоянной основе. Правильно, зачем искать новую, если под рукой и старые есть. А как только те думают, что у них может быть что-то большее, чем утехи в постели, Артем тут же пропадает с их радаров. Как это ему удается, ума не приложу, но факт остается фактом.
– Опять? – застонала от разочарования, возведя глаза к потолку. Господи, ну за что мне все это?! – Передайте Дмитрию Георгиевичу, что я разочарована. – В этом презервативе штопаном. Но этого я, конечно, не сказала, а то еще додумается передать все дословно, и тогда не видать мне контракта, как собственных ушей. – Он хоть понимает, что у меня тоже дела, и я ради встречи с ним их отменяю? – Хотя кого я об этом спрашиваю?!
Секретарша в ответ что-то невнятно промычала, а мне в этот момент уж очень захотелось кого-то придушить. Очень конкретного и бессовестного. Посмотрите на него, деловой какой! Да я… Я…
Эх, ладно! Что уж теперь.
– Когда он сможет встретиться? – выдохнула, считая до десяти, чтобы успокоиться. А то я себя знаю, если завелась, то уже не остановить.
– Мы вам обязательно перезвоним, когда Дмитрий Георгиевич скажет точное время, место и дату.
Убью! Вот серьезно, как увижу, так и убью его на том же месте! И плевать на все контракты мира, гордость, мать ее, у меня тоже имеется. Почему я должна бегать за ним?
Уверена, тот же самый Артем не так сдержанно себя ведет в подобной ситуации. Ему вообще на все и всех плевать с высокой колокольни. Одна я такая умница, со своим взрывным характером, иногда, но все же пытаюсь сдерживать рвущихся наружу демонов.
– Хорошо, буду ждать звонка. – Постараюсь не уйти на пенсию, пока буду ждать. А то кто его знает, когда этот Никифоров разродится.
И вообще, надо крепко задуматься, а действительно ли нашей компании нужен такой заказчик, у которого семь пятниц на неделе и три четверга?! Ну в самом деле, это вообще не серьезно. И он еще заливал об ответственности, ставя условия для совершения сделки.
Я развернулась обратно, чтобы налить себе чашечку успокоительного чая, хотя то и дело глаз падал на кое-что покрепче. Нервы-то совсем ни к черту со всей этой катавасией. Что же делать-то? Ненавижу такое подвешенное состояние, ни туда ни сюда. У-у, как я раздражена. Нет, даже не так – я в бешенстве!
Не успела сделать вообще ничего, потому что телефон снова завибрировал. Я аж не поверила своему счастью, предполагая, что секретарша просто ошиблась и все дела, теперь звонит мне извиниться, ага, держи карман шире, Алла, в очередной раз. Но не тут-то было. Снова сдулась, увидев имя звонящего абонента. Хм, Витек, почти муженек. Что это ему надо от меня? Хотя поговорить нам не мешало бы. Я-то его напрягла, дернула с работы, чтобы встретиться с этим нехорошим человеком по фамилии Никифоров. Он, наверное, звонит, узнать готова ли я, хотя нет, не будет же он за мной заезжать, ведь мы не договаривались ни о чем подобном. А так хотелось, если честно. Но нет, я девушка самостоятельная и с машиной, зачем меня забирать, когда я и сама могу.
– Слушаю? – с грустным вздохом ответила. Грустным, потому что не вовремя вспомнила, что мне опять предстоит извиняться перед Виктором и сообщать, что встреча в очередной раз отменяется. А я ой как не люблю извиняться, тем более за то, в чем совершенно не виновата.
– Алла, послушайте. Я сегодня не смогу никак…
– Да я как раз хотела тебе позвонить, потому что опять все отменилось. Извини, что так получилось, – перебивала его на полуслове.
– Это просто замечательно, потому что теперь пришла моя очередь просить тебя об услуге. Хотя нет, не так. Я ставлю тебя перед фактом. Сегодня ты, дорогая жена, забираешь наших детей из садика. Адрес скину сообщением. Не скучайте там. И да, забрать их нужно прямо сейчас, а то сад уже скоро закроют.
Э-э-э, а он ничего, часом, не перепутал?
– Многоуважаемый почти муж, – ехидно ответила, – спешу напомнить тебе, что в наш век есть прекрасная услуга под кодовым названием «няня». И я, насколько помню, не нанималась на эту должность.
– Так и я в мужья не сильно рвался, – со смешком ответил он.
– Ладно, уболтал.
Знает чертяка, куда надавить. Да и если откажусь, вдруг он передумает быть моим мужем, хоть и на час, но все же. Да и с девочками я вроде как нашла общий язык.
– Кидай адрес, поеду за нашими мартышками. Я ж мать, япона мать.
– Спасибо, Ал, серьезно, – облегченно выдохнул.
– Должен будешь, вовек не расплатишься, – хихикнула и направилась на выход.
– Да я уж и так, по самые уши.
Проходя мимо зеркала в прихожей, заметила на своем лице широкую улыбку. Не знаю, чему улыбалась, но стереть ее никак не получалось. А следом пришло сообщение, длинное такое, с маршрутом из нескольких адресов и инструкцией по применению для девочек. Угу, а то бы я бы сама не сообразила, как мне с детьми обращаться надо. Я, может, ни черта в них не понимаю, но и без его помощи же как-то разобралась в прошлый раз. Читала сообщения и диву давалась от такой насыщенной программы у детей. А жить-то им когда? Ну или хотя бы спать?! Сначала репетиторы, потом танцы. Потом ужин, и еще уроки, а им, на минуточку, всего по пять лет примерно. Даже у меня, взрослой тетки, получается, не такой насыщенный ритм жизни, как я думала.
Может, ну его нафиг, все эти их занятия и просто развлечемся? Можно же хотя бы один чертов день провести так, как им хочется? Где детство, где шалости? Эх, вот у меня в их годы было просто потрясающее детство. Но если бы сейчас об этом услышала моя мама, она бы точно с этим не согласилась, потому что я то творила, то вытворяла такое, отчего она в свои молодые годы чуть не поседела, чем и попрекает меня по сей день.
Ладно, адрес запомнила. Если что, скажем, что и у нас случился какой-нибудь аврал, да? Ага, все репетиторы разом заболеют диареей, а студию танцев, допустим, закроют на карантин. В общем, разберемся по ходу дела, что наплести папаше. А то совсем детей затюкал своими занятиями. И совсем даже неудивительно, что они от него слиняли тогда. Я бы тоже убежала.
Разулыбалась так, что аж щеки заболели в преддверии знатного переполоха. Девоньки мои, я уже еду, ждите. Тетя Алла научит вас развлекаться по полной программе!
Дорога до садика оказалась совсем не близкой, особенно в час пик. Какого черта вообще их сюда занесло? Кто додумался отдать их сюда? Это же другой конец города, мать вашу. Но уже на подъезде к этому «садику», если его можно так назвать, поняла почему. Этот сад, видать, был лучшим и совсем не для простых детей. Хм, а я, видимо, мастачка выбирать мужиков. Витек совсем не простой офисный клерк, как я раньше думала.
Машину на территорию не пропустили, поэтому пришлось топать до самого здания. Какой черт меня дернул надеть каблуки? Думала, не дойду, это не сад, а тюрьма какая-то! Высокий забор, огромная территория для прогулок… Собак только не хватает и мужиков с автоматами по периметру, и тогда была бы вылитая зона… Ага, зона отчуждения.
Пока дошла, вся вспотела, хотя на улице далеко не май.
– Вы кто? И за кем? – тормознула меня на входе в группу женщина неопределенного возраста с видом бультерьера. Так зыркнула на меня, будто готовилась вцепиться в глотку за неверно сказанное слово или сделанный шаг в сторону детей.
– В смысле «за кем»?! За детьми. Не за вами же.
– Что-то я вас не припомню. – Да что ты будешь делать, еще и бровки свои перманентные вскидывает.
– Так вам память тренировать необходимо, раз проблемы с ней. Девочек моих позовите, однолицых барышень, я уверена, у вас не много таких.
– Новая нянька?
– Кто? Вы? Я тогда зачем приехала? Ох уж этот папаша, мозги мне все выклевал уже. Короче, все равно зовите Веру и Надежду, у нас грандиозные планы на сегодняшний вечер. И побыстрее, пожалуйста. – Я нетерпеливо стала притопывать ногой, поглядывая на наручные часы. Нерасторопная какая, стоит еще тут, недоверчиво на меня смотрит и даже с места не думает двигаться. – Чего стоим, кого ждем?
– Охрана! – завопила женщина, словно сирена. – Я вас не знаю, милочка, и детей отдавать, не намерена.
У меня сейчас чувство дежавю возникло. А если она мне по башке сумочкой съездить надумает, то вообще… Я прямо-таки себя вспомнила в тот удачный для меня день в торговом центре. Так же орала, зовя охрану. Не, ну она молодец, конечно, что не хочет отдавать детей не пойми кому, но я-то для них знакомый человек. Приехала вот, а они… Эх, так и придется звонить отцу года, пока меня тут не скрутили и не вывели под белы рученьки. Хорошо еще, если только этим ограничится, а если…
– Секунду, – выставила руку вперед, как бы намекая, чтобы она свою очень уж громкую сирену вырубила. Достала телефон и набрала номер. – Муж, а ты часом не прифигел ли? – без всякого приветствия начала, когда тот соизволил ответить на звонок.
– Что случилось? – И голос у него был такой уставший, что воевать как-то даже расхотелось. Хотя возмущаться я не перестала.
– Почему мне не хотят отдавать наших детей? Я приехала, как ты и просил, между прочим, а тут меня не пускают и охрану натравить хотят. Конечно, отбиваюсь, как могу, но что я сделаю одна против десятерых? Троих вырубила, четверо где-то в кустах еще прячутся от страха…
– Алла, ты что несешь? – прервал меня, а я же только начала. Воображение разыгралось, а он… Эх.
– Да еще пока ничего не несу, но скоро, чую, надо будет уносить ноги. Передаю трубочку особо громкой мадаме, которая сделала твою благоверную глухой на одно ухо.
– Алла, ну почему у тебя все не слава богу.
А причем тут Алла? Самая крайняя, что ли? Как просил, так и сделала. Я еще даже косячить не начала. Но это только пока что…
