Глава 15
Человек по натуре слаб. Карась никак не мог себя обуздать, желание обладать такой красавицей, не отпускало его, тем более и девочки от усталости уснули и что удивительно, не выдержав, уснул и Серый. Видимо, усталость взяла вверх. Ну а Карасю, не давало уснуть неудержимое желание и для храбрости, он выпил ещё. Ночью, Серый и Вика проснулись от крика Даши. Карась лежал на ней, пытаясь спустить молнию на джинсах и жадно шарил одной рукой под кофточкой девушки. Он пытался поцеловать Дашу в губы, а она отчаянно боролась с ним, отворачиваясь от мерзкого запаха изо рта Карася, брыкаясь ногами и истошно крича. Серый, вскочив с табуретки, кинулся к Карасю.
– Ах ты, гнида! Слизняк! Тебе было сказано, не портить товар?!– грозно орал Серый, кулаком в лицо отбрасывая Карася от Даши.
– Ты что делаешь, а? Своего бьёшь? – истошно заорал Карась, возбуждённо дыша.
Началась борьба, Даша отползла к выходу, Вика, кажется, знала, что эти парни шутить не любят, могут и пристрелить, она видела пистолеты у них за поясами. Но Даше, в таком состоянии, было всё равно, пока парни боролись, она вскочила на ноги и выскочив из сторожки. Не разбирая дороги, она побежала к обрыву и не увидев в темноте резкий спуск, кубарем полетела вниз, лишь услышав крики и пару выстрелов наверху.
Капитан, взяв заявления, написанные Пашей, встал из-за стола.
– Пошли к начальнику, за подписями, пусть утвердит и тебя на работу, и меня, для начала поиска девушек, хотя он уже говорил, что дело поручит мне, – сказал он, выходя из кабинета.
Паша вышел следом за ним. Начальник подписал два заявления и положил в разные папки.
– Что ж, если Павел Викторович Беляев с сегодняшнего дня твой помощник, идите работайте, ребята. Жду отчёт о проделанной работе, – сказал полковник, разрешая парням идти.
– Кстати, меня Олег зовут. Теперь мы одна команда, в школе военное дело проходили? – спросил капитан.
– Ну… да, проходили, – неуверенно ответил Паша.
– Тебе нет восемнадцати лет, парень, но нам нужны такие ребята, как ты. Пока помощником поработаешь, в отделе кадров тебе удостоверение выдадут, на складе форму… Мы сейчас поедем в Рязань, оружие пока будет только у меня. Тебе учиться надо, стрельбе… – сказал капитан, возвращаясь в свой кабинет.
Паша не мог поверить, что всё это происходит наяву, но ради Даши, он был готов на всё. От волнения, он забыл сказать, что стреляет очень хорошо.
В кабинете, капитан взял из сейфа деньги, пару бумаг и вновь вышел.
– Скоро отходит московский поезд, пошли. Нам до Рязани доехать нужно, а там свяжемся с отделением привокзальной милиции и будем действовать сообща, по обстановке, – говорил Олег, проходя на платформу, к стоявшему на путях поезду, на вагонах которого было написано "Москва-Тюмень".
– Но мы билеты не купили, – сказал Паша, когда Олег подошёл к первому вагону.
– Нам по службе полагается, иначе вся зарплата на билеты уходила бы, залезай, – ответил капитан.
Они прошли в служебное купе и там расположились.
– А до Рязани долго ехать? – спросил Паша капитана.
– Нет, правда прибудем туда ночью. Но милиция не спит, верно? – подмигнув парню, сказал Олег.
– Я не успокоюсь, пока не найду Дашу… – произнёс Паша, сжав кулаки.
– Нам бы поесть чего купить. Тут буфет есть, я сейчас, быстро. Ты посиди тут, никуда не выходи, – поднимаясь с места и выходя из купе, сказал Олег.
Капитан вскоре вернулся и увидел, что Паша стоит на платформе и пытается объяснить проводнику, что он в поезде с капитаном. А тот требовал билет.
– Капитан Фролов! Что происходит? – держа в руке пакет, спросил капитан.
– Олег? Чего представляешься, я ж тебя знаю. Тут вот, я безбилетника вывел из поезда. В служебном вагоне спрятался, ишь! – говорил проводник, жестикулируя руками.
– Ты, Георгий, должен различать людей, столько лет здесь работаешь. Этот парень – мой помощник и едет со мной в Рязань по очень важному делу, понял? – сказал Олег.
– Так точно, понял. Чего не понять? Так бы сразу и сказали… а я что… я свою работу выполняю, верно? – растерялся Георгий, с упрёком посмотрев на Пашу.
– Пошли, сержант, скоро поезд отходит, – первым войдя в вагон, сказал Олег, наделяя Пашу званием.
Паша молча прошёл за ним. Они зашли в купе и сели. Олег вытащил из пакета бутерброды и четыре котлеты и положил на столик.
– Может чайку? – заглядывая в купе, спросил Георгий.
– Вот за что я тебя уважаю, Георгий, исполнительный ты и к работе серьезно относишься. Молодец, неси чайку, – ответил Олег.
– Так ты из Тюмени приехал в Москву учиться, вместе со своей девушкой, так? – поев и завернув оставшийся ужин в пакет, спросил Олег, отпивая горячий чай.
– Из-под Губкинска мы приехали, из деревни, Будённовск называется. Красивые у нас места, природа такая… – с тоской в глазах, произнёс Паша.
– Так что же вы в Москве потеряли, эх, ребята! Ладно, не печалься, парень. Найдём мы твою Дашу… так её любишь? – спросил Олег.
– Очень! Ещё с седьмого класса. Это Даша настояла поехать в Москву, а я не смог её одну отправить и ждать у моря погоды. Но не сберёг её, это и гложет меня. Ведь ради неё поехал, как же я мог допустить такое? – сильно сжав кулаки, Паша вдруг стукнул кулаком по столу.
– Простите… но не знать, где она, что с ней… а вдруг её убили? – со страхом посмотрев на Олега, спросил Паша.
– Жива Даша, молод ты ещё, а я такого повидал… мама не горюй! Сейчас торговля живым товаром процветает. Богатые жлобы из заграницы платят за наших девочек бешеные деньги, говоря, что краше русских девиц на всём свете нет. Они правы, девушки у нас… только… отнимают у них паспорта и продают в рабство, понимаешь? Какое это унижение для девушек, тем более для русских! Заставляют заниматься проституцией, в лучшем случае, продают в гарем арабских шейхов. Правда, сейчас и в арабских странах неспокойно, не во всех, конечно, но спокойно не везде. А им по барабану, на девочек спрос не падает. А если ещё и девственница… твоя Даша… это… ну, ты ведь был с ней? – осторожно спросил Олег.
Паша был потрясен тем, как спокойно обо всей этой мерзости говорит капитан. Он покачал головой.
– Нет… только не это… Даша не переживёт такой позор, она гордая… нет… она очень гордая, – растерянно бормотал Паша, невольно поднимаясь с места.
– Это я к тому говорю, чтобы ты был готов ко всему, Павел. Ты понимаешь меня? Главное, найти девушек живыми… – потянув Пашу за руку и усаживая на место, ответил Олег.
Паша, побледнел, присев.
Когда Даша сорвалась вниз с обрыва и кубарем полетела вниз, она наткнулась на куст, с крепкой кроной, это и ослабило падение вниз. Сорвавшись с куста, сильно ударившись головой при падении, она потеряла сознание и скатилась по наклонному берегу в реку. Река не была глубокой, но течение было быстрое, оно унесло Дашу, в бессознательном состоянии, далеко от берега, где Серый, с трудом спустившись вниз, оглядывал всё вокруг.
– Гнида! Сучонок, под пулю нас подвёл. Бес не простит… чёрт… где же она… – со злостью, сквозь зубы бормотал Серый, пригибаясь, разглядывая всё вокруг и шаря в темноте руками по земле и прибрежным кустам.
Вика увидела, что Серый, отбросив Карася от Даши, выстрелил в него, но вначале только ранил, а потом добил его вторым выстрелом и выскочил следом за Дашей. Она осторожно вышла из сторожки и побежала в лес, на ходу пытаясь развязать руки, помогая себе зубами.
Серый долго искал Дашу, но её давно унесло течением вниз. Не найдя её, он с ещё большим трудом залез наверх и вбежал в сторожку. Карась лежал на полу со спущенными брюками, с дырками от пуль в плече и груди, с выражением недоумения в глазах, Вики на месте не было.
– Ну всё! Кирдык мне… гнида! Гнида! Падла! – орал Серый, свирепо пиная тело Карася.
Выскочив из сторожки, он, оглядываясь в темноте, побежал следом за Викой, но та успела убежать далеко и не останавливаясь, бежала еще дальше, пытаясь увидеть хоть какой-то выход из леса. Спотыкаясь и падая, девушка вновь и вновь поднималась и бежала дашьше. Она очень устала, но руки всё же ей развязать удалось. Падая она разбивала колени, царала в кровь руки, но девушка знала, догнав, Серый её в живых навряд ли оставит, со злости, он пристрелит и её. Поэтому, несмотря на усталость, Вика бежала, пока упав, уже не смогла подняться. Дальше, она попыталась ползти, прислушиваясь к звукам.
Наконец, она увидела мерцание света и из последних сил, встав на ноги, побрела к нему. Она вышла к селу, которое находилось за городом, свет шёл от столба перед двухэтажным зданием, а дальше шли частные дома. Вика подбежала к первому дому и войдя в открытую калитку, подбежала к двери дома и стала стучать. Глубокая ночь, долго не открывали… потом зажёгся свет и Вика услышала недовольный мужской голос.
– Кто там? Кому ночью не спится?
– Прошу Вас, откройте, пожалуйста! Умоляю! – воскликнула девушка.
Дверь наконец открылась, появился мужчина, лет пятидесяти и с недоумением, посмотрел на Вику.
– Ты кто? – лишь успел спросить мужчина, но Вика, оттолкнув его, вбежала в дом и тут же закрыла дверь.
– Простите… но за мной гонятся, спасите! – устало присев на пол, воскликнула Вика.
Мужчина с лёгкостью приподнял её под руки и провёл в комнату.
– Ты врываешься ночью в мой дом, мне бы вышвырнуть тебя обратно, кто знает, что у тебя на уме? – строго посмотрев на Вику, сказал мужчина.
– Кто там, Фёдор? – услышала Вика и увидела женщину в ночной рубашке, вышедшую из комнаты.
– Я всё вам расскажу, умоляю… я очень устала и хочу пить, – взмолилась Вика, когда в дверь громко постучали.
От громкого стука, все трое вздрогнули.
– Прошу вас! Не открывайте! Это он… Серый! Меня и ещё одну девушку, похитили эти бандиты и везли продать в сексуальное рабство, но нам удалось бежать. Одного Серый пристрелил, за то, что тот приставал к моей подруге, а сам, теперь, ищет нас… Если откроете, он нас убьёт и вас не пощадит. У вас есть телефон? Нужно милицию вызвать, – быстро говорила Вика, словно боялась не успеть высказаться.
Мужчина смотрел на Вику, словно на сумасшедшую, не совсем понимая, о чём она говорит, потом взглянул на жену, которая от страха присела на пол и с ужасом смотрела на мужа. Стук в дверь не прекращался. Вика сразу узнала голос Серого.
– Откройте! Милиция! – кричал Серый.
Мужчина готов был открыть дверь, он совсем запутался, не веря Вике.
– Нет! Это бандит, я голос его узнала! Не открывайте! – взмолилась она.
Им нужно было свет выключить в доме и Серый, быть может, прошёл бы мимо. Что значит, простота хуже воровства. Люди в поселке были простые и как могли поверить девушке, которая ворвалась среди ночи в дом и за ней пришла, как бы милиция? Мужчина подошёл было к двери, но Серый, ударом плеча, выбил её. Мужчина, от удара выбитой двери, отлетел в сторону и тут же получил пулю в лоб. Вторая пуля пронзила грудь женщины, которая завопила от увиденного и тут же смолкла. Из комнаты выбежала молодая девушка, лет восемнадцати, видимо, дочь хозяев, Серый довольно улыбнулся.
– Быстро встали и пошли за мной! – скомандовал он, угрожая пистолетом.
Девушка, увидев окровавленные тела родителей, упав на пол, закричала.
– Заткнись! Иначе и тебя пристрелю. Быстро одела платье… и ты вставай, уходим! – командовал Серый.
Минут через семь, Серый, под дулом пистолета, вывел девушек и увёл их в сторону леса. Молодая девушка, только что потеряв враз и мать, и отца, не переставая плакала, но она заменила Дашу и Серый был весьма доволен. Под утро они дошли до сторожки, где их уже ждали, чтобы увезти девушек дальше, по ранее продуманному маршруту.
– Где вас носит, Серый? И что с Карасём? – спросил мужчина, лет сорока.
Лица его было не видно, он надвинул на лицо капюшон, но голос был низкий и неприятный.
– Где носит, там нас уже нет! Карась получил по заслугам, давай, поехали, – ответил Серый, подталкивая девушек к машине с тонированными стёклами, куда им пришлось сесть…
– Что Вы имеете ввиду, товарищ капитан? – спросил Паша, посмотрев на Олега.
– Надеюсь, твою девушку бандиты не тронут, живой товар, они стараются беречь, но… ты должен быть готов ко всему, парень. У меня не было помощника, вернее был, но его на учёбу направили. А ты, пока, заменишь его, ну… до тех пор, пока твоя девушка не найдётся. Один ведь ты можешь столько дел натворить, от незнания. А потом… если захочешь, пойдёшь и учиться. Это, так сказать, испытательный срок для тебя. Вот доедем до Рязани и начнём поиски с местной милицией, с того места, откуда исчезла девушка. Только без моего ведома, ты ничего не предпринимаешь, – наставлял Пашу Олег.
Поезд, набирая скорость, двинулся вперёд.
– Должен быть готов ко всему… что это значит, товарищ капитан? Вы говорите, как есть, я пойму, – спросил Паша.
– Не маленький, должен понять. Бывали случаи, когда бандиты сдержаться не могли и насиловали свои жертвы. Девочки совсем, только школу заканчивают и такое. Гады… я бы таких без суда расстреливал, – сказал Олег.
Паша от его слов похолодел, он знал характер Даши.
– Если такое случится, она не выдержит, она руки на себя наложит. Нет… только не это… – произнёс он, опустив голову.
– Главное, чтобы они живы были, понял? Остальное можно и пережить, боль проходит, а жизнь у человека одна. Ладно, нам и отдохнуть нужно, – прислонившись к стенке и закрывая глаза, устало пробормотал Олег.
Паша уснуть не мог, он представлял себе, что могло твориться с Дашей и у него мурашки по телу ползали от этих мыслей.
Сколько плыла, вернее, сколько несла вода тело Даши, она знать не могла. Удар головой был сильным, она так и не приходила в сознание, хотя и была в холодной воде.
Вскоре, течение стало замедляться и река стала уже. Дашу несло уже по дну реки, она, наконец, пришла в себя, но от ударов, от падения и от дна каменистой реки, тело её было исцарапано, в синяках и кровоподтёках, она его не чувствовала.
Но нужно было как-то вылезти из воды и с огромным усилием, ей это удалось. Она выползла на берег и вновь потеряла сознание. Так получилось, что Даша плыла по течению реки, в противоположную сторону от сторожки и от места, куда увезли Вику и местную девушку. Их разделяли несколько километров.
Ранним утром, её и обнаружили местные жители, что вышли к берегу половить рыбу.
– Пап? Здесь кто-то лежит, глянь,– испуганно пробормотал шестнадцатилетний Кирилл.
– Не городи чушь! Кто здесь может лежать? – подходя к сыну, спросил Яков Михайлович, отец паренька.
Но подойдя ближе и увидев Дашу, он с испугом сделал два шага назад.
– Утопленница, что ли? Девочка совсем… да нет, столько ушибов, да и не глубоко тут. Ну-ка, подсоби мне, нужно домой её отнести. Хорошо, лето, иначе… а она жива-то? – вновь подходя к Даше и присаживаясь перед ней на корточки, произнёс Яков Михайлович.
– На шее жилка просматривается, кожа светлая очень, смотри, бьётся, значит жива, – ответил Кирилл.
– Вот и порыбачили. Пошли, удочки не забудь и ведро захвати, – поднимая Дашу на руки, сказала Яков Михайлович.
На улицах никого не было, слишком рано было, едва начинало светать. Дашу принесли к дому, Кирилл открыл дверь, Яков Михайлович занёс девушку в дом. Его жена и дочь ещё спали, пришлось положить Дашу на диван, на террасе.
– Пап? Нужно милицию вызвать и врача бы не помешало, – сказал рассудительный Кирилл.
Долговязый парень, широкоплечий, с симпатичным лицом, с копной светлых, вьющихся волос. Он много читал, после окончания школы, где и учился на одни пятёрки, мечтал поступить в институт.
– Так рано ещё, сынок, ты воды принеси, может сможем её в чувство привести. Видать, намучилась, бедная, – ответил Яков Михайлович.
Кирилл быстро принёс воды и не стал дожидаться отца. Набрав в рот воды, он прыснул на лицо Даши. Ресницы девушки вздрогнули, она медленно открыла глаза и застонала.
– А глаза-то! Словно небо голубое! – с восторгом воскликнул Кирилл.
– Кто вы? Где я? Что со мной? – пытаясь подняться, испуганно спрашивала Даша.
– Не бойся, ты в безопасности. Может ты расскажешь, что с тобой случилось? – спросил Кирилл, присев на край кровати и неотрывно глядя на Дашу.
Яков Михайлович, посмотрев на сына, улыбнулся.
– Ты присмотри за ней, я скоро вернусь. До Екатерины Ивановны схожу, она рано встаёт, сюда приведу её, пусть осмотрит девушку, – сказал он, имея ввиду местного доктора из поликлиники и вышел из комнаты.
– Я пить хочу… – тихо произнесла Даша, устало закрывая глаза.
Кирилл тут же взял бокал с водой, который недавно занёс и подал Даше. Но она лежала закрыв глаза. Кирилл просунул руку под подушку и приподнял голову девушки. Она тут же открыла глаза и с нескрываемым страхом взглянула на парня.
– Ты кто? Что тебе надо? – Даша попыталась встать, но от боли вскрикнула и уронила голову на подушку.
– Не бойся, я местный, мы с отцом нашли тебя на берегу речки. Что с тобой случилось? Может расскажешь? Откуда ты взялась? На, выпей воды… – сказал Кирилл, помогая Даше попить.
Она жадно отпила несколько глотков и тяжело вздохнула. Голос парня был тихим и успокаивал её.
– Спасибо. А ты кто? Где я? – вновь спросила Даша.
– Я Кирилл, это мой дом. Ты о себе лучше расскажи, чтобы мы смогли тебе помочь, – сказал Кирилл.
Он вызывал доверие Даши, она, упираясь руками о диван, приподнялась. Кирилл тут же подложил ей под голову ещё одну подушку.
– А где Паша? – посмотрев в глаза Кириллу, спросила Даша.
Тень ревности прошла по лицу Кирилла, правда, он и сам не смог бы объяснить, с чего это вдруг. Но Даша ему очень понравилась. Её голубые глаза, светлая кожа, брови дугой и пухлые губы, он раньше не видел таких красивых девушек.
– Тебя одну мы с отцом нашли… не было с тобой Паши… – ответил Кирилл, присаживаясь на стул.
Поезд подходил к Рязани, Олег успел отдохнуть, что нельзя было сказать о Паше. Тяжёлые мысли не отпускали парня и переживания за любимую были мучительными.
– Мы прибыли в Рязань, пошли, – сказал Олег, первым выходя из купе.
Паша вышел следом за ним. Олег уверенно прошёл зал ожидания и выйдя в коридор, пошёл в сторону, где расположился привокзальный линейный отдел милиции.
– Привет, Сергей! Мой помощник, Павел Викторович Беляев. Я звонил тебе вчера… есть что-нибудь по делу? – пожимая руку молодому человеку в форме, который сидел за столом, спросил Олег.
– Привет, Олег! В соседнем селе, местный участковый обнаружил два трупа … нужно ехать на место. Здесь, в сорока километрах от города. Поехали, – ответил молодой человек, кивнув головой и пожав руку Паше.
Затем он поднялся из-за стола и пошёл к выходу. Павел, услышав о трупах, побледнел.
– Господи! Только не Даша… умоляю тебя, только не она… – прошептал он, выходя из кабинета в коридор.
У здания вокзала стояла милицейская машина, в неё парни и сели.
– Установили личности, кто убит, как и кем? Известно что-нибудь? – спросил Олег, сев рядом с Сергеем.
Паша сидел на заднем сидении, у него от тяжёлых мыслей разболелась голова.
– Это местные, супруги Сусликовы. И дочь их пропала, Настя, восемнадцати лет. Я попросил участкового Акимова оцепить дом и никого не подпускать, надеюсь, мы найдём хоть какую-нибудь зацепку по делу. Правда, это дело может и вовсе не относится к тому, что расследуешь ты, но проверить надо, – ответил Сергей.
– Проверим… – задумчиво ответил Олег.
Даша закрыла глаза и кажется уснула. Кирилл поднялся с бокалом в руке и долго смотрел на красивое, но измученное, в царапинах, лицо девушки. Затем, он вышел на кухню, задумавшись, поставил бокал на стол и выглянув в окно, увидел отца. Яков Михайлович шёл к дому вместе с Екатериной Ивановной. Кирилл вышел им навстречу.
– Доброе утро, Екатерина Ивановна. Проходите сюда… – сказал парень, пропуская пожилую женщину в комнату.
– Как поживаешь, Кирюша? Что у вас с утра произошло? – спрашивала женщина, проходя в комнату.
– Мы с отцом нашли девушку на берегу реки. Может в больницу её отвезти нужно, в область? Она, вроде… как уснула… сюда проходите, – отвечал Кирилл, входя следом за Екатериной Ивановной на террасу.
Женщина подошла к дивану, на котором спала Даша, Кирилл поставил стул, врач села и взяв руку девушки, пощупала ей пульс. Потом приоткрыла глаза, потрогала синяки и ссадины на руках и лице.
– Ничего особо серьёзного не вижу, просто ушибы и царапины, но это пройдёт. В госпитализации необходимости нет, – сказала Екатерина Ивановна, подняв голову и посмотрев на Якова Михайловича. Тут Даша застонала и открыв глаза, с недоумением огляделась по сторонам.
– Она пришла в себя! – воскликнул Кирилл.
– Тебя как зовут? – посмотрев на Дашу, спросила Екатерина Ивановна.
– Даша… а Вы кто? Как я сюда попала? – испуганно спросила Даша, пытаясь подняться.
– Я доктор местной поликлиники, может расскажешь, что с тобой произошло? – стараясь говорить мягко, спросила Екатерина Ивановна.
– Я… я не помню… я упала с обрыва, потом потеряла сознание. А где Паша? – спросила Даша.
– Тебя одну нашли. А что было до того, как ты упала с обрыва? Вспомни, девочка, иначе мы не сможем тебе помочь, – сказала Екатерина Ивановна.
Яков Михайлович и Кирилл в разговор не вмешивались. На террасу вышла жена Якова Михайловича, следом и дочь, на год младше Кирилла. Они с недоумением посмотрели на Дашу, потом на Екатерину Ивановну.
– А что тут происходит? Кто эта девушка,Яков? Вы же на рыбалку собирались? – подходя ближе и с интересом разглядывая Дашу, спросила женщина.
– Да мы и пошли на рыбалку, Маша, а в реке эта девочка лежит, ну не оставлять же её там, мы и принесли сюда, вот… я Екатерину Ивановну позвал, чтобы она осмотрела девочку… – объяснял жене Яков Михайлович.
– Нина? Завтрак готовь, не стой тут, – обернувшись к дочери, сказала Маша.
– Я, наверное, пойду… простите меня… – наконец поднявшись и сев на диван, произнесла Даша.
Ей было неловко, что она столько хлопот доставила этим людям.
– Куда же ты пойдёшь, дочка? Спасибо, Екатерина Ивановна, дальше мы сами, – сказал Яков Михайлович, посмотрев на врача.
– Да не за что. Я пойду, на работу идти надо, а девочке чаю горячего дайте, пусть отдохнёт, видимо, досталось ей. Я бы участкового позвала, может Егору она расскажет, что с ней произошло, – выйдя из дома и проходя к калитке, сказала Екатерина Ивановна Маше и Якову Михайловичу, которые вышли во двор её проводить.
– Сейчас Кирюшу отправлю до Егора, Вы правы, что-то она скрывает. Спасибо Вам, – ответила Маша.
Когда женщина ушла, супруги вернулись в дом и увидели, что Нина и Даша разговаривают, Кирилла на террасе не было.
– Завтрак приготовила? – спросила Маша у дочери.
– Я чайник поставила на плиту, – ответила Нина.
– Кирилл? – позвала Маша.
Вошёл Кирилл.
– Ты меня звала? – спросил он.
– Сходи до участкового, до Егора Николаевича, пусть придёт. Ладно, пошли на кухню, – сказала Маша, кивая дочери, чтобы та шла за ней.
Приехав в село, Сергей проехал к дому Сусликовых, который был опечатан участковым, а возле дома, тихо переговариваясь,стояла толпа местных зевак. Сельчане понять не могли, за что были убиты супруги и куда пропала их дочь Настя.
– Ну что? Выясняли что-нибудь? – спросил Сергей, проходя с Олегом и Пашей через ограждение и подходя ближе к дому.
– Следов насилия, вроде нет, но дверь выбита. По следам видно, что был один человек, видимо, он и увёл Настю, – рассказывал участковый, указывая рукой на следы от кроссовок на полу.
– Здесь всё понятно, трупы можно уносить, результаты экспертизы принесёшь мне, хотя… и так ясно, огнестрел. Ничего в доме не пропало? – спросил Олег.
– При поверхностном осмотре, сразу и не поймёшь, что-то пропало или нет, ведь хозяева мертвы, дочери нет. Кто же ответит на это вопрос? – произнёс участковый.
– Если вещи не тронуты, значит всё на месте. Следы грабежа видны сразу, но на кражу не похоже, – ответил Олег, осматриваясь по сторонам и проходя в соседнюю комнату.
Паша с ужасом смотрел на трупы, молодых ещё, супругов, не понимая, как можно просто взять и убить живых людей.
– За что же их убили? Как так можно? – искренне спрашивал Паша.
Сергей с удивлением посмотрел на парня.
– Новичок, что ли? – спросил он, вопросительно посмотрев на Олега.
– Первый день службы, – ответил Олег.
– Зачастую, люди гибнут потому, что оказываются не в том месте и не в то время. Видимо, избавились от лишних свидетелей. Привыкай, парень, такое ты часто будешь видеть, тем более сейчас… времена такие… – ответил Сергей, с сожалением глядя на Пашу.
– Как же можно к такому привыкнуть? – пробормотал Паша, оглядываясь вокруг.
– Гильза, товарищ капитан! – сказал Паша, нагнувшись под стол и поднимая с пола гильзу.
– Молодец! Острый глаз, что же ты не увидел Сергей? Вторая должна быть где-то рядом, осмотритесь, парни, – ответил Олег, взяв гильзу из рук Паши.
Но вторую гильзу пришлось искать дольше, видимо, от отдачи пули, она отлетела дальше. Но Паша и её нашёл под открытой дверью.
– Гильзы я в город заберу, для тщательного изучения, может и выйдем на след преступника, после вскрытия, заберу и пули. Если оружие, из которого стреляли, числится в картотеке, будет легче, хотя… не думаю, что действовали дилетанты. Здесь работал хладнокровный убийца, пропали три девушки, это организованная преступная группа, – говорил Олег, положив две гильзы в пакетик, затем в карман.
– Ну, всё более-менее ясно, пошли. Нужно дождаться результатов экспертизы, но это формальности, налицо огнестрел. Поторопи экспертов, Сергей, нам в город возвращаться надо. Где тут поесть можно? – спросил Олег.
У Паши, с каждой минутой, пропадала надежда найти Дашу. Все эти действия, в которых он не совсем разбирался… ему до них не было дела. Он хотел найти Дашу и как можно скорее.
– Олег? Как же мы девушек найдём? – спросил он.
– Ко мне пошли, в селе кафе нет, у меня поедите, – ответил участковый, капитан Батурин, выходя из комнаты.
Трупы супругов вынесли из дома и положив в труповозку, увезли в морг, на экспертизу.
– Ладно, спасибо. Мы, пожалуй, согласимся, всё равно до окончания экспертизы задержимся здесь. Пошли, Павел Викторович, – обернувшись к Паше, сказал Олег.
– Такими темпами, мы девушек и вовсе не найдём… – произнёс Паша.
Он был в отчаянии, тревога в душе возрастала. Как и говорил Олег, эксперты, когда извлекли пули из тел погибших, только подтвердили, что супруги были убиты из пистолета Макарова. Пули Олег тоже забрал. В этот же вечер они вместе с Сергеем вернулись в Рязань. К утру были готовы и результаты баллистической экспертизы пуль и гильз. Читая бумагу, Олег поднял брови.
– Это то же самое оружие, из которого, примерно месяц назад, был убит житель Москвы, фамилию запамятовал. Он проходил по делу о похищении гражданки Никифоровой, девятнадцати лет. Пули и гильзы, идентичны тем, что были извлечены из тела убитого. Нужно в Москву возвращаться и просмотреть картотеку, может и владельца оружия найдём. Скоро проходящий поезд подъедет, пошли, – сказал Олег, выходя из кабинета Сергея, где они обсуждали произошедшие события.
– Ну, что она говорит? – спросила Маша дочь, когда они зашли на кухню.
– Что ехала в Москву с каким-то Пашей, в институт поступать. Мам? Пусть участковый придёт… дядя Егор должен поговорить с ней, что-то тут нечисто. Про какую-то Киру рассказывает, вагон ресторан, мутно всё это. Похищение, говорит… я не очень поняла, о чём речь, – ответила Нина.
– Господи! Страсти-то какие! – воскликнула Маша, готовя у плиты гренки на завтрак.
– Мне позвать её, что ли? – спросила Нина, когда завтрак стоял на столе.
Жареные гренки с жареной колбасой, кофейник с чашками, сметана и сахар стояли на столе.
– Зови, пусть поест, намаялась, видно, живого места на ней нет. И отца позови. Где он ходит? – ответила Маша.
Даша вошла вместе с Ниной и смущаясь, села за стол. Следом зашёл и Яков Михайлович.
– Вы простите, что доставила вам столько хлопот. Мне бы в Москву уехать… только… сумочка моя, вещи, деньги и документы в поезде остались. Может, Паша в Москве меня ждёт? Что делать, не знаю… – сказала Даша.
– Для начала, ты поешь, дочка, потом и решим, что дальше делать. Ты это… сейчас наш участковый придёт, ты бы ему всё рассказала, он поможет, – сказал Яков Михайлович.
Маша положила Даше на тарелку гренки с колбасой, налила горячего чаю.
– Сахар сама положи. Может и нам расскажешь, что же с тобой произошло? Кто такой Паша, откуда ты? Дом твой где? – спросила Маша, с аппетитом завтракая.
Даша испуганно посмотрела на них, но стала есть, вспомнив, что сутки ничего не ела.
– Я… – начала было она говорить, но в комнату вошёл Кирилл, а за ним и Егор Николаевич.
Даша испуганно смотрела на мужчину в форме милиционера.
– Доброго утречка вам. Приятного аппетита. Об этой гражданке речь, значит? Хм, что ж, я тоже не завтракал, вот поедим и потом поговорим, – бесцеремонно сев за стол и взяв в руки гренку с колбасой, сказал участковый.
Маша налила ему в чашку чай и пододвинула сахарницу.
– Ешь, Егор, небось на казенных харчах не разгуляешься, – сказала Маша.
Завтракали молча, но от взглядов Кирилла, Даше было неловко, опустив голову, она с трудом поела. Маша тоже видела взгляд сына, она знала эти восхищённые взгляды.
– Спасибо. Вкусно, очень, – поднимаясь из-за стола, тихо произнесла Даша.
Все молча посмотрели на неё, может тут было не принято, просто встать и выйти из-за стола, когда все ещё сидят.
– Ладно, пойдём, дочка, поговорим, – поднявшись следом за Дашей, сказал участковый.
– Так это… может тут и поговорите? Нам тоже интересно, кого мы приютили в своём доме, – сказала Маша, которой было любопытно узнать, что из себя представляет эта девочка, которая, кажется, понравилась её сыну.
– Ты, Маша, погодь. Я должен записать со слов гражданки… как тебя звать- то? – спросил Егор Николаевич.
-Даша, Даша Орлова я, – ответила Даша.
– Так вот, Даша Орлова, давай выйдем и поговорим,– сказал Егор Николаевич, выходя из кухни на террасу, где оставил свою папку с бумагами и ручкой.
– Даша, значит… Дарья… и имя красивое, как и она сама, – подумал Кирилл, провожая девушку взглядом.
– Ну что ты глазеешь на неё, Кирилл? Ты губы то не раскатывай, не задержится девка тут надолго. Ну да, красива больно, но нам такого добра не надобно, верно, отец? – сказала Маша, с сожалением посмотрев на сына.
– Не понимаю, о чём это ты… – смутился Кирилл.
– Хм… не понимает он… ладно, со стола убери и посуду помой, на вот, завари это, для Даши, – сказала Маша дочери, выходя из кухни.
Может женщина хотела подслушать разговор участкового с Дашей?.. В деревне народ хоть и простой, но любопытный. Егор, сев за стол, приготовился записывать со слов Даши всё, что она ему расскажет и выжидательно посмотрел на неё.
– Ну? Рассказывай, дочка, что с тобой произошло? – спросил он.
Даша не знала, стоит ли ей рассказывать о том, что с ней произошло. Она постепенно вспомнила всё, Киру с Надеждой, вагон-ресторан, затем глубокий сон. Как проснулась в фургоне Газели и Вику вспомнила. Она обо всём рассказала Егору Николаевичу, подробно описав Киру и её попутчицу. Даша очень переживала за Пашу.
– Я-то спаслась, убежав от них, но что с Викой будет, товарищ милиционер? И что с Пашей? А вдруг они убили его? – с тревогой спросила Даша.
– Бог даст, найдётся и она, дочка. И Паша найдётся, ведь если, как ты говоришь, вы с ним крепко уснули, значит, он им не был помехой, убивать его не стали бы, им тоже лишний труп не нужен. Ты всё рассказала, ничего не позабыла? – спросил Егор Николаевич, перестав писать и внимательно посмотрев на Дашу.
– Всё рассказала. Больше мне добавить нечего, только… мне бы в Москву попасть, может Паша меня там и дожидается, не зная, в тревоге, что со мной и жива ли я, – ответила Даша.
Даша говорила тихо, Маша стояла за дверью, пытаясь услышать хоть что-то из их разговора, но так ничего и не поняла. Она вошла к ним и села за стол.
– Может и нам расскажешь, что с тобой произошло? Тебе бы примочки поставить на ссадины и кровоподтёки, чтобы быстрее прошли, – сказала Маша, чтобы расположить Дашу к разговору.
– Ох и любопытная ты, Маша! Ну на что тебе её рассказ, а? Ладно, дочка, ты отдыхай, тебе и правда, подлечиться надо, а я пойду, начальству доложить надо, – вставая из-за стола и проходя к двери, сказал Егор Николаевич.
– Нина? Неси отвар из трав, нужно примочки девочке поставить, – сказала Маша дочери, когда та зашла следом за матерью.
– Ты, Даша, не волнуйся, может, если и нам расскажешь, мы поможем тебе уехать в Москву, – сказала Маша, присев рядом с Дашей и участливо разглядывая кровоподтёки на её руках и царапины на лице.
– Спасибо Вам, тётя Маша. Вы очень добрые люди. Если бы не Ваш муж и Ваш сын, я могла бы и погибнуть. Никогда не забуду вашей доброты, – заплакав, произнесла Даша.
– Ну а плачешь-то почто? Успокойся, всё будет хорошо. Давай, повернись, пока примочку поставлю, а потом и мазью можно намазать, – сказала Маша, когда к ним вернулась Нина с банкой в руке.
После обработки ран, Даша вновь уснула.
– Пошли, дочка, пусть поспит, ей отдых нужен, – сказала Маша, выходя с террасы.
И Даша проспала до самого вечера.
Даша проснулась от лёгкого прикосновения к щеке и открыв глаза, увидела Кирилла. Видимо, парень и правда влюбился с первого взгляда и пока родители сидели на кухне, а сестра была во дворе, вешала постиранное бельё, он тихо зашёл в комнату, где спала Даша. Кирилл не мог оторвать восхищённого взгляда от Даши и не сдержав юношеского порыва, легонько чмокнул её в щёчку, при этом от волнения, у него дрожали руки. Даша, открыв глаза, с недоумением посмотрела на парня.
– Что ты делаешь? – сев на кровати, воскликнула она.
– Прости… не смог удержаться… ты такая красивая, нежная, беззащитная, мне тебя защищать хочется, – волнуясь ещё больше, от взгляда её голубых глаз, промолвил Кирилл.
– Никогда больше так не делай! – поднимаясь на ноги, произнесла Даша.
– Я же попросил прощения… но если ты настаиваешь… – с виноватым видом, ответил Кирилл.
– Ааа, вы тут? А чё в темноте стоите? – спросила Нина, которую мать отправила за Дашей, позвать её к ужину, а заодно позвать и брата.
Но брата в его комнате не оказалось и увидев его рядом с Дашей, она была удивлена.
– А мы выходим уже, я только зашёл, хотел Дашу на ужин позвать, – ответил Кирилл, первым выбегая из комнаты.
Нина не могла не заметить состояния брата и проводила его сочувствующим взглядом.
– Уууу… кажется, мой братишка в тебя влюбился. Только, если тебе Кирилл не нравится, ты сразу отруби, не нужно мучить его. Он очень добрый и ранимый, не хотелось бы, чтобы он разочаровался, ведь с ним такое впервые, – включив всё же свет, сказала Нина.
– Что ты! И в мыслях не было… и потом, мы едва знакомы, у меня парень есть, он любит меня… – растерялась Даша, понимая, что должна быть, по крайней мере, благодарна этим людям за спасение.
– Да, я помню… Паша… ладно, пошли ужинать, мать зовёт, – выходя из комнаты, сказала Нина, бросив Даше, чтобы та выключила свет, что Даша и сделала, выходя следом за девушкой.
За столом сидели и с аппетитом ели только Яков Михайлович и Нина. Маша наблюдала за сыном, который ковырялся ложкой в тарелке с супом, ей стало жаль его. Даша, в чужом доме, за чужим столом, чувствовала себя неуютно.
– А ты чего не ешь? Тебе есть нужно, сил набираться. Не стесняйся, дочка, ешь. И ты ешь! Чего как в гостях сидишь? – сказала Маша, с укором посмотрев и на сына.
– А у него аппетит пропал от чувств… – хихикнула Нина, быстро уткнувшись в тарелку.
Кирилл со злостью посмотрел на сестру, его лицо покраснело, он был растерян, словно его застали врасплох. Он вскочил из-за стола.
– Что ты такое говоришь? Какие чувства? Нет ничего такого… – выговорив эти слова, он выбежал из кухни.
Маша с укором посмотрела на дочь, потом и на Дашу, та была готова сквозь землю провалиться… вернее, сквозь пол на кухне.
– Не болтай лишнего, Нина. Ты же знаешь брата, какой он ранимый, – сказала Маша.
От чего-то, ей сразу разонравилась Даша, но просто взять и попросить её уйти, она не посмела, надеясь, что та и так надолго не задержится в её доме.
– Олег и Паша вышли на платформу, дожидаться поезда в Москву. Они стояли и курили, когда к ним подбежал Сергей.
– Что случилось? – видя встревоженное лицо парня, спросил Олег.
– Только что звонил участковый Акимов, из села Солнечный, ну… где трупы супругов Сусликовых обнаружили, – ответил Сергей.
– Но мы же только вернулись оттуда… что там у них? Опять кого-то убили? А может девушек нашли? – спросил Олег.
От этих слов, Паша похолодел и напрягся.
– Нашли труп девушки, с пулей в голове, это дочь Сусликовых. Может сопротивлялась или бежать пыталась. И ещё… он говорит, что они с помощником, по следам, вышли к сторожке, там следов много и от шин машины – тоже. Поехали, вам придётся задержаться, товарищ капитан, – говорил Сергей.
– Хорошо, поехали. Видимо, сегодня нам не уехать и ночь опять будет бессонной. Поехали, – ответил Олег и вместе с Сергеем и Пашей, они вышли на улицу, где стояла машина Сергея.
– В сторожке обнаружили следы крови… и ещё, там обрыв есть, Акимов говорит, там тоже остались какие-то непонятные следы, – сказал Сергей, ведя машину.
– Разберёмся. Устал я сегодня и поесть бы, но где? – то ли себя, то ли парней, спрашивал Олег.
Паше он очень нравился, прямой и смелый взгляд, с таким и в разведку идти не страшно, так подумал Паша, глядя на него.
О том, что он "принят" на работу неофициально, Паша догадывался, ему еще не было восемнадцати лет, хотя паспорт у него был. Видимо, Олег решил, что Паша будет с ним в безопасности, зная, что он непременно сам начнёт поиски, да и так сказать, помощник, был ему нужен.
