Всё по-старому
– Расстроил ты меня, Васька, – бухтел в электричке Иван. – Ну надо же было такое сказать маме! Она к тебе со всей душой, а ты ей… «да какая ты мне мама?!» – капризной интонацией передразнил он сына.
Василий молчал, смотрел на мелькающие за окном пейзажи и старался не слушать отца. Он и сам чувствовал, что ляпнул лишнего. Но, если по честности, на чистоту, Василёк ведь так и не поверил, что Ива – и в самом деле, его мама. События последних двух дней воспринимались теперь как сон, как фентезийный фильм, сказочная история, но только не как реальность.
Васька очень любил всякие такие истории про магию и волшебство – читать, смотреть и слушать. Да что там, у него и у самого была полная голова фантазий. Они возникали из ниоткуда, в любой момент и на любой вкус. Стоило лишь обратить внимание на мелькнувшую мысль, и клубочек уже покатился – нить событий яркими сценами представала перед глазами, будто фильм смотришь. Да так ярко и захватывающе, что можно было на полшаге любого дела забыться и улететь в придуманный фантастический мир.
– Васька, ку-ку! – взывал кто-нибудь из домашних в таком случае к замершему мальчишке, не донёсшему макаронину до рта.
А однажды на классном часе, который всегда ставили последним уроком, Васька, вообще, всех заморочил. Из какой-то шутки полилась история. Смех-смехом, а все заслушались Василия. Даже строгая классная руководительница, и та притихла. И, вроде б не долго рассказывал, но когда Галина Андреевна опомнилась, какие-то её планы «пошли прахом». В раздражении она разогнала всех по домам. И Васька решил впредь свои сказки держать при себе.
В общем, магических персонажей в жизни Василька было немеряно. И Ива готовилась пополнить его обширную коллекцию – это ведь захватывающая, необычная история получилась. Опять же, книжек про жизнь древечества Василию прежде читать не доводилось. Одним словом, хорошее приобретение в копилку идей и образов. Если бы не одно «но».
Внутри, в самой глубине, маленькая мысль не давала мальчишке покоя. Он всячески прогонял её, но та ловко пряталась в складках сознания и вскоре снова появлялась со своей тревожной нотой:
– А что, если это всё правда?! Реальное волшебство! Мечта!
Василий, как и многие его сверстники, колесные Гарри Поттером, изо всех сил мечтал о какой-нибудь настоящей магии в своей жизни. Мечтая, они играли в эту магию, притворялись, вводили в заблуждение друзей и товарищей – а в итоге и самих себя. В общем, все, включая Василия, давно уже перестали верить в свою мечту. Сама мечта о настоящей магии в настоящей жизни превратилась в игру.
И тут вдруг эта тревожащая душу мысль. Мысль о том, что события в лесу могли быть правдой. Не игровой, а самой настоящей правдой, способной перевернуть реальность с ног на голову, порушить привычный уклад жизни. Стоит лишь поверить, и всё, из чего состоит жизнь Василия – родственники, квартира, лицей, друзья, учителя, олимпиады – может уйти в небытие. Согласиться с этой мыслью – всё равно, что решиться умереть. Тоскливо как-то и страшно до дрожи.
В первые дни Васька опасался прикасаться к деревьям. А потом случайно дотронулся. Как-то раз из лужи у подъезда он поднял чьё-то потерянное украшение – цепочку с кулоном, а грязь с пальцев вытер здесь же о ствол ближайшего клёна. Цепочку он оставил на лавочке на видном месте и тут вдруг понял – дотронулся! Кора, как кора.
Эта мысль прошибла его с головы до пяток. Васька ощупал несколько ближайших к подъезду деревьев – кора как кора. Никаких странных ощущений, чувств, спецэффектов – ничего.
«Фух! Можно расслабиться и жить по-старому».
На выходные ехать в деревню к прабабушке и маме Василий наотрез отказался.
«Всё! История с этой Ивой закончена, – подумал Васька, но вслух отцу не решился это сказать. – Как не было у меня мамы, так и нет. Только голову заморочили «взаправдашней магией». Я тоже так умею друзьям мозги запудривать».
На следующие выходные он опять отказался ехать в деревню:
– Пап, май-месяц! У нас контрольная за контрольной в школе! И экзамены на носу.
Иван знал, что учёба Ваське даётся совсем легко, и подготовка не занимает много времени, но больше приставать не стал.
У Серёги, Васькиного друга, с учёбой ладилось куда хуже. На контрольной по обществознанию он шепнул Василию от безысходности:
– Эх, если б я мог быть сразу в двух местах – проблем бы не было. Помнишь, ты рассказывал?
– Раневский, не отвлекайся, – раздался громкий голос учителя.
Серёга тут же уткнулся к себе в тетрадку. Но у Васьки в сердце уже полыхнуло, и перед глазами вспыхнуло воспоминание:
– А я и там, и тут, – произнесла мелодичным голоском голубоглазая красавица, которая могла бы оказаться его мамой.
Васька постарался сморгнуть наваждение прежде, чем оно окончательно затянет его внутрь. Ведь от урока оставалось всего пятнадцать минут, а контрольная сама себя не напишет.
Мысли об Иве, тщательно затрамбованные в дальние уголки сознания, время от времени всё равно прорывались.
Когда во дворе спиливали старое дерево, Васька подумал о чьей-то загубленной жизни. А ещё об Иве, чуть было не умершей от такого же варварства.
Когда одноклассники спорили о долгожданных письмах-приглашениях из школы волшебства, Василий и вовсе загрустил.
– Если б тебе пришло письмо с приглашением, ты бы рванул? – интересовался один.
– Конечно! – важно отвечал другой.
– И бросил бы всё? Лицей, друзей, привычный город, родных?
– А что такого? Когда мы в институт поступим – ведь так и будет! Или ты собрался здесь до старости куковать? – все загоготали.
– Не-е! Но тогда хоть родители поддержат. А в Хогвартс они же не поверят, не поймут.
– Это да, не поверят. Но, наверное, в школе магии знают, как помочь. Там, поди, уже много таких предков было.
– Круче всего, если б родители поверили и поддержали, – вставил реплику Васька и осёкся.
Это ж его случай! В голове вдруг явно прозвучала фраза Ивы:
– Может, останешься со мной на недельку? Я тут всё тебе покажу. А ещё начнём учиться волшебству.
«Легко им рассуждать про несуществующий Хогвартс», – мысленно фыркнул Васька. – «А с другой стороны, действительно, когда в институт поступаешь, всё меняется – дом, учёба, друзья…»
