Зов матери
После странного сна мысли о матери плотно засели в голове Василия. Через несколько дней вечером он подошёл к отцу.
– Пап, ты сильно занят?
Иван оторвался от экрана планшета и вопросительно поднял брови.
– Пап, расскажи мне, пожалуйста, про маму.
Иван вздрогнул. Такого вопроса он никак не ожидал. Сын давно уже не спрашивал. А Иван и рад был. Не хотелось вновь прикасаться к однажды пережитой запредельной боли. Чувство любви, перемешанное с чувством потери, почему-то так и не угасло с годами. И это была настолько ядрёная смесь, что прошибала слезу при любом прикосновении к этой теме.
– Мама твоя давно умерла, – выдохнул отец и потёр лицо руками.
– Я знаю. Расскажи побольше. Пожа-алуйста, – сын подсел рядом. – Последние дни почему-то всё время думаю о ней.
– Что-то случилось? – насторожился Иван.
– Вроде, нет, – пожал плечами Васька.
– А с чего вдруг такие мысли?
– Ну, просто все знают своих мам, а я – нет.
– Ох, ты мой Вася-Василёк, – Ваня крепко обнял мальчишку, чтобы тот не увидел навернувшуюся слезу.
Немного справившись с собой, Иван начал рассказывать:
– Твоя мама была удивительной женщиной. Настолько удивительной, что ты даже представить себе не можешь. Она жила в лесу, была целительницей, настоящей волшебницей. Да-а, как из сказки. Только наяву, по правде. И настолько сильной волшебницей, что даже могла светиться всем телом. А однажды она вылечила от тяжёлой болезни прабабушку Веру. Тогда мы с твоей мамой и познакомились. Потом она спасла жизнь деду Жене. Он умирал в больнице. И никто уже не верил в его выздоровление. А она дала простой и удивительно действенный рецепт. Дед буквально воскрес! Врачи сказали, что так не бывает. Но дед-то, вон, до сих пор тебя супчиком кормит.
– Па-ап, – перебил Ивана сын. – Теперь мне ясно, в кого я такой сказочник уродился.
– Да-а, – улыбнулся отец, – Всё, что досталось тебе от матери, может сделать тебя настоящим волшебником.
– Да не, – усмехнулся Васька. – Это ты́ у нас, оказывается, сказочник. Так круто рассказываешь!
– Ты мне не веришь?! – уставился на сына Иван.
Василий изобразил снисходительную улыбку.
– Вот и прабабушка твоя не поверила, – потупился отец и тяжело вздохнул.
– А, может, давай съездим к маме на могилку? – предложил Вася.
Иван напрягся, внимательно посмотрел на сына и задумался. К бабушке Вере он с тех пор ни разу не ездил. Звонит ей иногда, а поехать не может. Ведь если поедет, то и в лес пойдёт. Но вытерпит ли вновь боль разрывающегося сердца? – Страшно! Да и стыдно разрыдаться у всех на глазах.
Отец его, дед Женя, и сестра Ольга часто навещают бабушку. Дед всё мечтает вместе с Иваном избу тёще подлатать, да только Иван «упёрся, как баран, и ни в какую ехать не соглашается».
«А теперь вдруг и Васька просит. И, конечно же, он имеет право знать о матери. Но как теперь явишься? – Неудобно как-то. И могилки-то никакой там нет. Да и получится ли не разрыдаться…» – мысли скреблись, царапались и цеплялись одна за другую.
Сам Васька изредка ездил с дедом в деревню. Но в лес там его, понятное дело, никто никогда не водил.
– Я подумаю, – уклончиво ответил Иван и снова вздохнул.
– Ты только в правильную сторону думай, – подбодрил его Васька.
Мысль об Иве с новой силой взбудоражила сознание и не вылезала из головы. Ночью Иван долго ворочался, порыдал в подушку, а когда всё-таки уснул, ему приснилась она. Сотканная из нежного золотистого, белого и голубоватого свечения, Ива улыбалась ему как когда-то. И звала.
Иван встал, отдышался, умылся, посмотрел в зеркало на свою слегка постаревшую физиономию и… не смог больше уснуть. До утра он передумал об Иве миллион и одну мысль. А ведь утром – на работу!
На субботу купили билеты для всех – Ваське, Ивану, деду Жене и тёте Оле. Ольга, сводная сестра Ивана, жила с ними, в третьей комнате их трёхкомнатной квартиры. Она была всего на шесть лет младше Ивана, но до сих пор не подавала надежд на то, что когда-нибудь обзаведётся мужем.
Бабушку Веру предупредили заранее, и она встречала высокую делегацию пирогами, блинами и слезами.
– С возвращением, Ванечка! – причитала она. – Здравствуй, Васенька! Большущий-то какой сделался!
Иван поцеловал бабушку и обнял её. За двенадцать лет она будто бы и не изменилась. Только морщины стали глубже.
– Мужики, давайте мы всё-таки избу подлатаем? – предложил дед Женя за обедом. – К юбилею бабули шикарный подарок будет. За несколько выходных как раз втроём управимся. Согласна, ба? Отпразднуем твоё девяностолетие в обновлённом доме.
– Девяностолетие?! – встрепенулся Васька.
Дед Женя кивнул ему и выжидающе посмотрел на бабушку.
– Бог даст, отпразднуем, – отмахнулась старушка. – У меня каждый день – праздник. Коли проснулась – так и день рождения!
Иван сидел и молча смотрел на трапезничающих родственников. Его мысли были не здесь.
– Ванюш, не грусти, – шепнула ему бабушка с улыбкой. – Я знаю, куда тебе надобно. Беги! Беги скорее. Только, чур, Ваську обратно приведи!
Ничего больше никому не объясняя, Иван с Васей пошли в лес. Вернее, туда, где когда-то раньше был лес.
Войдя внутрь, Иван ахнул. Лес снова был. Конечно, это был уже другой, долговязый, молодой лес.
– За двенадцать лет всё заросло до неузнаваемости, – пояснил он Ваське. – Уж и не знаю, найдём ли мы могилку мамы.
Пробирались вдоль оврага, единственного ориентира, что остался здесь от старого леса. И вот – холм над ручьём. Вроде бы, тот.
– Вот здесь, на холме росла старая огромная ветла, – остановился отдышаться после подъёма Иван. – Здесь и жила твоя мама. Здесь и погибла.
– А вот и не погибла, – раздался задорный голосок откуда-то сбоку. Сквозь куст к ним приближалась мерцающая девушка-привидение.
Иван не поверил своим ушам. Не поверил своим глазам. Он, вообще, чуть не умер прямо здесь на месте от запредельного взрыва чувств и эмоций, который пришлось пережить ему в этот момент. Ужас и ликование, любовь и вина, надежда и отчаяние, нежность и страх – всё вспыхнуло и замешалось в один великий вихрь. В глазах потемнело.
– Василёк, выплесни на папу вон из той кружки, пожалуйста, – попросила Ивушка мальчишку, буквально остолбеневшего от всего увиденного.
Иван очнулся лёжа на земле. И сам себе удивился.
«Всегда считал, что мужчины не падают в обмороки», – подумал он первым делом.
Сверху на него смотрели четыре родных глаза.
– Не может быть! Как же я не додумался, что ты могла выжить! – угрызался Иван. – Вот бестолочь! Прости меня, Ивушка!
– Ванечка, милый, прощаю! Прощаю тебя! Как вышло, так вышло. Не печалься, пожалуйста! Насладись нашей встречей – я люблю тебя всё также сильно, и ты со всем справился. Ты молодец! – утешала любимого Ива.
Василий всё это время молча стоял рядом и круглыми глазами разглядывал призрачную маму. Он столько раз придумывал всякие магические небылицы для друзей и просто ради забавы, что никак не мог поверить, что происходящее сейчас – наяву. Женщина-призрак выглядела точь-в-точь как в том странном сне – светящееся магическое существо из онлайн игры. Васька даже время от времени щипал сам себя, чтобы убедиться, что он не спит.
Немного успокоив Ивана, Ива обратилась к сыну:
– Ну, здравствуй, Василий! – поймала она взгляд мальчишки. – Можно тебя называть Васильком?
Васька кивнул и слегка улыбнулся. Магическое существо, которое представили ему как маму, вызывало внутри приятные чувства спокойствия и умиротворения. Не было ни страха, ни настороженности.
– Я мечтала об этой встрече много лет, – призналась Ива. – Надеюсь, теперь мы вновь узнаем друг друга и подружимся.
Василёк подошёл к ней ближе и хотел прикоснуться. Поняв, что не получится, он несколько раз провёл рукой туда-сюда сквозь неё. Ива улыбалась и наблюдала за экспериментами сына.
– А ты можешь уплотниться до обычного вида? – робко спросил Вася.
– Нет, – покачала головой мама, – я так не умею. Я же не человек.
– Как это? – ещё больше удивился мальчишка. – Папа сказал, что ты волшебница.
– Наверное, это так, – улыбнулась Ива. – Раз папа сказал. А, вообще, я – дерево, дух дерева.
Глаза Василька округлились окончательно.
– Вот тут моё тело, – указала Ива на многоствольную ветлу за своей спиной. – А я просто умею выходить сознанием за пределы тела и создавать разные призрачные образы.
– Эээ… – медленно соображал Вася. – То есть я – получеловек-полудерево что ли? – он с недоумением посмотрел на свои ладони.
– Ты – человек! Но человек с уникальными способностями. Как дитя духа дерева и человека, ты получил всё от обеих форм жизни. И ты можешь проявить любые способности, какие захочешь использовать в своей жизни.
– А что во мне от деревьев? – никак не мог переварить новость Василёк.
– Это можно понять и ощутить в полной мере, только войдя в мир деревьев. Хочешь попробовать?
Василёк испуганно обернулся на Ивана.
– Раньше ты умел перемещаться туда-сюда, – кивнул ему отец. – А я – нет.
– Вспоминаешь что-нибудь? – заглянула в глаза сыну Ивушка.
Василий растерянно помотал головой. Ива лёгким летящим движением переместилась к ветле и жестом пригласила его расположиться на толстом корне, похожем на скамейку.
– Хочешь, я расскажу про твои первые полгода жизни, пока мы были вместе? – предложила она. – Вань, садись тоже рядышком. Смотри, я вырастила вновь нашу любимую лавочку, – и Ива опустилась на выступающий над землёй корень.
Они уселись, и Иван приобнял сына.
Ива начала рассказывать, как младенец всполошил родителей, самовольно удрав из мира мамы. Ваня дополнял её описанием своих неожиданных приключений с новорождённым на руках. Василёк слушал и хохотал.
– Потом ты научился делать это не только из междумирья. И мог исчезнуть в любой момент, – продолжала мама.
– Даа, – поддержал её папа. – Представь, однажды ты утёк от мамы прямо посреди ночи! И ревел потом, барахтаясь здесь на холодной земле под деревом. Пришлось мне в темноте бежать на зов мамы и обнаружить в лесу грязного замёрзшего малыша.
– Вань, а ведь именно тогда я научилась использовать твой след и дотягиваться до тебя сознанием, – вспомнила Ива. – Дотянуться до любого дерева – легче лёгкого. А вот до человека – целое дело.
– Потрясающе! – отозвался Иван. – А ты потом ещё когда-то это использовала? Я что-то позабыл.
– Ещё как использовала! – засмеялась Ивушка. – Как ты думаешь, почему Василёк вспомнил обо мне сейчас? Почему ты сюда, наконец, захотел приехать? Я дотянулась до вас и звала, звала, звала!
– А-а-а! – хором оценили мужчины.
– Но тогда почему ты все эти годы нас не звала? – вслух удивился Васька.
– Забыла ваши следы, – грустно вздохнула Ива и опустила взгляд.
– Какие такие следы? – решил уточнить сын.
– Это… – задумалась мама, – как образ в памяти, такое уникальное имя дерева, человека или ещё кого-то на языке Мира. Зная его, ты всегда можешь связаться с этим существом, дотянуться до него своим сознанием.
– И как же ты нас позвала, если забыла? – не понял Иван.
– О! Это был настоящий подарок Мира! Одно дерево, один из старейшин древечества случайно соприкоснулся с Васильком, узнал его и принёс мне его след.
Услышав это, Василий вдруг вспомнил те странные прикосновения к дубу в парке.
– Я всё понял! – поразился сын собственному озарению. – На субботнике в парке я прикоснулся к огромному дубу, и меня стало будто затягивать внутрь.
– Это был старец Дивий, – закивала Ива. – Один из тех, кто был знаком с тобой-младенцем и смог узнать тебя. За что ему огромнейшее спасибо! Кстати, хочешь, я тебя с ним познакомлю? Пойдём? – она вскочила и протянула сыну руку. – Прикоснись к моему стволу. Я думаю, ты легко вспомнишь, как действовать.
Василёк медлил. Ему стало страшно от мысли, что он сейчас телепортируется неведомо куда. Мальчишка, конечно, проникся рассказами о своём детстве. Но где-то в глубине души он всё ещё не верил, что это правда. Может быть сон? Или розыгрыш отца, решившего создать у Василия образ магической мамы, которая когда-то умерла?
«Умерла? Не умерла ведь!» – размышлял мальчишка. – «Вот она. Но правда ли, что это светящееся существо – моя мама? И куда она меня хочет заманить?»
– Ну, или в другой раз познакомлю, – Ива поняла, что поторопилась, и отступила.
Когда Иван и Вася вернулись в избу, бабушка Вера поспешила проверить, что вернулись оба. Она удовлетворённо кивнула и улыбнулась внуку с правнуком.
Вечером Василёк долго не мог уснуть. Чужие запахи, непривычная постель, дедушкин храп и много-много мыслей о маме. Точнее о лесном существе, светящейся женщине, такой милой, но, одновременно, такой чужой и неправдоподобной.
На следующей день перед отъездом Иван снова собрался в лес. Василий колебался.
– Уважь маму, – попросил его отец. – Хотя бы попрощайся с ней. А вообще, ты сам хотел узнать побольше о матери. И вот, Мир для тебя сотворил настоящее чудо! Теперь ты можешь узнать о ней буквально всё.
Когда подошли к ветле, Иван сказал Ивушке, что очень хочет, наконец, обняться. И она согласилась перенести его в свою комнатку. Осталось решить с Васильком.
– Хочешь, иди к прабабушке или пойдём с нами, – предложил ему отец.
Василий стоял в нерешительности. С одной стороны, он боялся заблудиться один в лесу, потому что дорогу к дому запомнить не успел. С другой стороны, поход в иной мир отзывался пронизывающей тревогой, как будто прыжок с парашютом. В итоге мальчишка решил остаться тут и дождаться возвращения родителей. Те согласились.
Ива как обычно набрала нужных капель Ваниными руками, поколдовала над ними и погрузила Ивана в непробудный сон. А после растворилась и сама, послав сыну воздушный поцелуй.
