Проблески безумия

Глава 1

«Кого же он мне напоминает?» – пробормотала под нос Ника, вновь бросая беглый взгляд на мужчину за столиком в центре зала. Компания из трёх молодых людей превратила утреннюю кофейню из тихого места для отдыха в балаган. Улыбчивая официантка появилась как будто из ниоткуда и поставила на стол чашку кофе, и тарелку с десертом. Запах шоколада ударил в нос и отвлёк от неприятных мыслей о незнакомцах. Ненадолго.

– Девушка! – громко крикнул один из них.

Обе одновременно повернулись. Рыжий, не очень приятной наружности с сиплым голосом парень, жестом подзывал работницу кафе. Все трое приглушённо начали что-то обсуждать. «Интересные вы, – подумала Ника. – Шумите, привлекаете внимание, но чуть что, сразу шепчетесь». Пристальный взгляд темноволосого мужчины сковал её тело. Нужно было отвернуться, но его карие глаза не хотели так просто отпускать. «И чего я вообще повернулась? Хотя, на такой крик, наверное, все обернулись…»

Она неловко поправила прядь русых волос, вечно выбивающуюся из причёски, и заставила себя посмотреть в окно. «Что за день?» Снова донёсся спасительный запах шоколада. За окном была суета, все куда-то бежали. Типичная картина для этого времени года: женщина в плаще и ботинках, а ей на встречу – парень в шортах и сланцах. Улыбка невольно появилась на губах.

«Чёрт! Не хватало опоздать», – чуть не вырвалось у неё. Работала Ника в аптеке, и её день почти всегда начинался рано, но не сегодня. В скором времени ей предстояло повышение, а это значило другие обязанности и график, который уже начал меняться. Она наспех прикончила десерт, попутно прося у официантки счёт. Ноги опустились на пол, и сумка, лежавшая всё это время на коленях, шумно соскользнула. Подняв её, девушка почувствовала на себе взгляды всех людей в кофейне.

«Блеск», – щёки вспыхнули, а ноги сами повели её к выходу. Всё это время её не покидало ощущение, что кто-то смотрит на неё. Уже у двери она обернулась и снова поймала на себе взгляд этих завораживающих карих глаз. Сердце ёкнуло от неожиданности, краска залила её щёки ещё сильнее. Сбежав на улицу, наконец, она смогла вздохнуть спокойнее.

До аптеки было недалеко, минут десять пешком, и всё это время перед глазами стоял образ парня, в упор смотрящего на неё. Его лицо на удивление было приятным, даже красивым… и казалось до боли знакомым. Но взгляд обездвиживал, словно он удав, а она – мышь. И улыбка… точнее даже ухмылка, такая… милая. Тряхнув головой и понимая, что тратит слишком много времени на какого-то незнакомца, она ускорила шаг.

***

Отправив очередного сложного клиента, довольного и с нужными лекарствами в руках, Ника выдохнула и тяжело облокотилась на высокий стул. Её напарница по смене – Вика, ухмыльнулась:

– Ну ты просто непробиваемая! – в глазах читалось неподдельное удивление.

– А?

– Как ты умудряешься спокойно разговаривать с такими людьми? – видя утомленное лицо подруги продолжала она.

– Не знаю, само как-то получается.

– Кошмар, я б уже послала…

В этом была доля истины, но общение с клиентами, даже сложными, Нике давалось хорошо. Ещё лучше она ладила с сотрудниками аптеки и не зря. В конце концов это место принадлежало её матери, а значит в какой-то мере и ей самой. От посторонних мыслей её отвлёк очередной клиент, заглянувший в окошко. Улыбка автоматически натянулась на лицо, сделав его приветливым и доброжелательным, однако стоило клиенту уйти, веки вновь устало нависли, а чуть пухлые губы приняли спокойную форму.

Час бежал за часом. Такие дни, как сегодня – относительно спокойные, были редкостью, но, даже несмотря на это, не запоминались, как и вечера дома. Всё также шло по стандартному сценарию: ужин, книга в руках. Её мама всегда говорила: «Не читай за столом. Не замечаешь, что ешь». Эта фраза отпечаталась, кажется, даже на внутренней стороне черепа, но так и не изменила привычку.

Очередной любовный роман… Сложно сказать какой по счёту. Их было столько уже перечитано, что с первой страницы можно было понять, что будет дальше. И, чаще всего, она угадывала, но это было неважно. В таких книгах ей больше нравился не сюжет, а сцены, где главным героям угрожает опасность, всё висит на волоске, и от этого их чувства друг к другу усиливаются – в них она непроизвольно искала тот накал страстей, которого так не хватало в её однообразной жизни.

Закончив с ужином, она убрала книгу на полку и отправилась в ванную. Приятная тёплая вода стекала мягкими струйками по так и не загоревшей за лето коже. Запах персика, обычно вызывающий улыбку, сейчас почему-то лишь подчёркивал грусть. Она задумалась: «Неужели взрослая жизнь такая скучная? Или только у меня так? Вроде бы есть работа, я неплохо справляюсь. Почему тогда так грустно?» В плечах появилась неприятная, раздражающая тяжесть от чувства одиночества. Ника прикрыла веки и глубоко вздохнула.

Перед глазами поплыли образы с только что прочитанных страниц: погоня, страстная брюнетка и её напарник, раскрытые мафией. Тени переулков, дыхание страха смешивалось с предвкушением, а затем… тёмная комната, мягкая постель и они в объятиях друг друга. Дыхание стало чаще. Голова закружилась. Резкий вдох, и взгляд немного прояснился. «Так недалеко и уснуть, стоя в душе», – подумала она и выключила воду. Ступни плавно погрузились в мягкий ворсистый коврик. Из зеркала, подёрнутого тонким слоем влаги, на неё смотрела стройная девушка с серьёзным и слегка уставшим лицом.

Накинув халат, она дошла до спальни, чуть пошатываясь, и плюхнулась в мягкую постель. Холодная ткань впитала тепло её тела. Перед глазами вновь стали появляться образы. Снова тёмная комната, приглушённый свет. Массивная деревянная кровать и атласные простыни. Блики на сплетающихся телах. Запахи персика, шоколада и кофе перемешались, и заполнили всё вокруг.

Она подходила ближе к постели, шаг за шагом, ещё ближе. И вот любовники уже были на расстоянии вытянутой руки. Ещё шаг, и её тело оказалось в объятиях мужчины вместо брюнетки. В глазах поплыло, образы стали размытыми. Тени комнаты смыкались вокруг неё, превращая ощущение тепла в удушающую негу. Голова кружилась всё сильнее, а пересохшие губы жадно хватали воздух. Ей стало так хорошо, что она была почти готова потерять сознание. Почти.

Оторваться от этих горячих губ было сложно. В глазах замерцали звёзды. Она с трудом отодвинулась от него и вдохнула полной грудью. Холодный воздух отрезвил её, но… тело сковал взгляд карих глаз. Перед ней был тот самый мужчина. Сердце застучало так быстро, что казалось не выдержит. «Нет», – попыталась произнести она, но смогла издать лишь невнятный стон.

Руки казались налитыми свинцом, а дыхание стало поверхностным, будто кто-то схватил её за горло. Судорожные попытки подняться не приводили ни к чему, а мужчина буквально сверлил её пристальным взглядом. И эта ухмылка… Сейчас это было невыносимо. То ли из-за страха, то ли из-за сладкой слабости, которая и порождала страх.

Ника подскочила с кровати, жадно глотая воздух. «Всего лишь сон», – прошептала она, облизывая пересохшие губы. На часах была полночь. Нужно было успокоить бешено стучащее сердце. Но как? В голове метались мысли: «Почему он? Неужели нельзя было подумать о каком-нибудь актёре?» Нервный смешок, чуть не сорвался с губ, но застрял где-то в горле. Ей хотелось побыстрее уснуть, но лёгкая дрожь и навязчивые мысли мешали. Почему же этот мельком виденный образ так отпечатался в памяти?

***

«Наконец-то выходной», – подумала Ника, проснувшись как обычно рано уже по привычке. Точно также по привычке она умылась, собралась и направилась в свою любимую кофейню. Погода стояла пасмурная, тяжёлые тучи обещали затяжной дождь. Воздух был, пожалуй, слишком холодным для этого времени года. Он то и дело норовил пробраться под одежду. Тело непроизвольно съёжилось, а ноги зашагали быстрее.

Знакомый колокольчик на двери кафе мягко звякнул, и в нос ударил приятный терпкий аромат кофе. «Как же много людей…» – закралась мысль, но не единственная. Было ещё какое-то странное ощущение. Как будто всё не совсем так, как обычно.

Любимое место в углу зала оказалось свободно. Не удивительно. Место, для таких, как она – замкнутых и незаметных для окружающих. Уже родная стойка у окна, вместо обычного столика, и высокий барный стул. Мысли не давали покоя. Как будто не было привычного ощущения «я соскучилась по этому месту».

Спустя долгих десять минут подошла официантка, наспех приняла заказ и оставила клиентку наедине с собой. Взгляд бродил по залу кофейни, выхватывая самых разных людей из толпы – в основном спешащих на работу и заказывающих кофе с собой.

В поле зрения попала мило беседующая парочка за столиком. Они тихо смеялись, улыбались друг другу и что-то воодушевлённо обсуждали. «Эх», – только и смогла грустно выдохнуть Ника. В её памяти таких событий, кажется, не было. Может быть только если во времена учёбы в университете. На сердце стало совсем уж мрачно. Тогда её отношения закончились внезапно, без предупреждения и последующих разъяснений.

Она неторопливо развернулась в сторону окна и, задумавшись, подпёрла рукой голову. Взгляд затуманился и расплылся. Мысли о былых отношениях сменились размышлениями о том, почему ей сейчас так не по себе. И тут – озарение. Ведь всю прошлую неделю после работы она каждый день приходила сюда. Не задумываясь. Как будто бы даже не запоминая этого, потому что все события слиплись в один монотонный ком. Зачем? Раньше она так не поступала. И сейчас не могла понять?

Вскоре официантка вернулась с заказом, разорвав этот плотный сгусток мыслей. Девушка в фартуке с улыбкой посмотрела на растерянную гостью:

– Ещё не проснулись?

– Задумалась, – пробормотала Ника и поблагодарила девушку.

Пока она неспешно ела, в кофейню то входили люди, то выходили. Дверной колокольчик в очередной раз зазвонил. Пара подростков быстро юркнули внутрь, осматривая свою намокшую одежду, и направились к кассе. Что-то неприятно сдавило грудную клетку. Тихий вздох вырвался из груди. Вдоль позвоночника пробежало ощущение вплотную приближающейся грусти, едва заметное, как невесомое прикосновение травинок на коже. «Но почему?» Она жестом подозвала официантку и попросила счёт. Из головы весь день не выходили мысли о причинах хандры, однако добраться до сути так и не удалось.

На следующее утро история повторилась. С той лишь разницей, что на улице было относительно тепло и солнечно, а в кофейне куда меньше народу. Ника снова села на любимое место и заказала привычный завтрак. Казалось, что сегодня поводов для плохого настроения нет, однако ей всё ещё было грустно и тоскливо. Зачем она пришла сюда сегодня, объяснения тоже не было. Просто захотелось. Иногда ведь так важно позволять себе что-то, чего просто хочется. Доверять своей интуиции. По крайней мере так ей всегда говорил психолог.

Свет с улицы слегка слепил глаза. Дверь в кафе шумно распахнулась. Когда взгляд наконец сфокусировался, в груди вспыхнуло неожиданное тепло. Это был он. Тот самый мужчина, которого она видела здесь несколько дней назад. Высокий, стройный, темноволосый, стильный. «Как с картинки…» Через пару секунд Ника поняла, что её взгляд намертво прикован к нему. А затем осознание: «Он смотрит на меня!» Она тяжело сглотнула и неловко отвернулась. «Блин, теперь он думает, что я ненормальная, раз пялюсь на него как школьница» – щёки едва заметно вспыхнули теплом. Но как же хотелось взглянуть ещё разок.

Осторожный поворот головы и… Они встретились взглядами. «Не нервничай, – повторяла она себе, – веди себя уверенно». Неуклюжая улыбка проступила на её губах, но его лицо эмоций не выражало. Только в глазах был едва заметен интерес, или нечто подобное. Сделав над собой усилие, чтобы выглядеть спокойно и уверенно, Ника плавно отвела взгляд и принялась обратно за завтрак.

Через несколько минут, краем глаза она заметила движение и рефлекторно повернулась. Это был он, выходящий из кафе с картонным стаканчиком кофе. Он смотрел на неё. На его лице была едва заметная ухмылка. Та самая, очаровательная ухмылка. В памяти вспыхнул недавний сон. Улыбка мгновенно сползла с её лица. Дрожь пробежала по телу вместе с воспоминанием о том сладком оцепенении. Спустя несколько секунд в голове вновь зашевелились мысли. «Он… улыбнулся? Мне? – удивлению не было предела. – Что это было? Проявление интереса? А может симпатии?»

В груди происходило нечто непривычное: там не просто бурлила радость, это была непривычная для неё эйфория. Сердце трепыхалось, словно птица, желающая вырваться на волю, руки подрагивали, плечи окутала тёплая слабость. Войдя в квартиру, Ника плюхнулась на кровать и с улыбкой на губах закрыла глаза. Образ молодого человека не выходил из головы, особенно его орехово-карие глаза, такие пленительные. Ей стало предельно ясно, почему вчера было так грустно. Она хотела увидеть его. А теперь, когда увидела, поняла, что хочет видеть чаще.

Оставшийся день она провела витая в облаках со счастливой улыбкой, не сходящей с губ: пританцовывая под музыку, занималась уборкой, собирала вещи к завтрашнему рабочему дню. Когда же подошёл вечер, привычное чтение превратилось в пытку. Она то и дело сбивалась, перечитывала одну и ту же страницу из раза в раз. Ей хотелось поскорее лечь в постель и погрузиться в тёплые фантазии перед сном.

В этих фантазиях мужчина был мил и галантен. Они пили кофе, гуляли, держась за руки, обнимались, смотрели друг другу в глаза и целовались. Тепло, расходилось по всему телу, превращаясь в радость и даже счастье. Улыбка так и не сходила с лица, а дыхание сбивалось, то ускоряясь, то замедляясь, пока сон плавно не поглотил её.

Счастье сменилось смущением. Она стояла на улице, а напротив был он. На губах было ощущение размазанной помады, глаза щипала тушь, осыпающаяся комьями. Макияж был таким… странным, что даже первоклашка, играющая с маминой косметичкой, справилась бы лучше. И только мысль о маме скользнула в голове, как за спиной почувствовалось её присутствие и тёплая, но крепкая рука легла на плечо. Мужчина смотрел Нике прямо в глаза и в последний момент протянул руку, за которой она хотела уже потянуться, но крепкие мамины объятия не позволили даже шевельнуться.

Улица сменилась тёмной комнатой, где меж колонн прятались живые тени с золотыми глазами. Они смотрели издалека, не приближались. Их взгляды обжигали кожу. Вокруг было шумно, но шум был до странного привычный. В этих звуках были знакомые, различимые человеческие голоса и ещё что-то. Бьющаяся посуда? Нет, только постукивающая друг о друга керамика. Иногда какофония прерывалась и становилось так тихо, что было слышно собственное сбивчивое сердцебиение. А после этого и вовсе начался бессвязный калейдоскоп образов, улыбок, оскалов, звуков, запахов и ощущений, прикосновений и неприятной тяжести в груди, которые усиливались, но не давали покинуть сон до последнего, пока будильник не выдернул её из тревожных метаний по лабиринтам подсознания.