22. Зевс приказывает Афине и Гермесу помочь Персею убить Медусу-Горгону
Согласно древнему закону Мойр убить Медусу-Горгону мог только смертный, также как и многих других могучих древних чудовищ. Бессмертные боги, владевшие жилищами на сияющих высях Олимпа, не могли убивать божественных древних чудовищ, поскольку те приходились им кровными родственниками. Родители Горгон и Грай древние титаны Форкис и Кето были богами второго поколения, такими же, как титаны Крон и Рея, породившими половину олимпийских богов. Поэтому Форкиды и Крониды были двоюродными братьями и сестрами. Именно для истребления чудовищ, особенно расплодившихся на земле во время Титаномахии и Гигантомахии было призвано новое особое племя полубогов – героев – детей богов и смертных.
Страшный дар изнасилованной титаниды Медусы, появившийся благодаря непредвиденному вмешательству богини Случая Тюхе, очень обеспокоил даже бессметных богов, владеющих небом высоким. После встречи во сне с Мойрой Лахесис, Зевс призвал своих милых детей Гермеса и Афину и с большим раздраженьем, косматой тряся головой, хмуро им возвестил:
– Дело плохое, дети мои! Даже всемогущая старуха Лахесис обеспокоена появленьем необычного дара у титаниды Медусы-Горгоны – превращать в камень всех, кто в глаза ей посмотрит. Это все случайные Тюхе проделки, над которой и сама Ананке не властна. Впрочем, у Ткачихи на все готовое есть решенье. Она повелела найти нам героя, который убив Медусу, отрубит ей голову. Эта голова возродится и станет бессмертной и безобразной. При этом она сохранит свою способность ужасную, и я помещу голову Медусы-Горгоны на свою эгиду, страшнее которой во всей вселенной не будет…
Зевс перестал хмуриться и мечтательно помавал кустистыми своими бровями и, погладив подбородок и щеку Афины, голосом потеплевшим продолжил:
– Дочь моя совоокая, что-то ты в последнее время отступилась от храбрых мужей, или тебя герои уж больше не привлекают и не заботят?
Заговорила тогда почтительно совоокая дева Афина:
– О наш родитель Кронид, повелитель, меж всех высочайший! Слышала я, что недавно на острове Сериф герой Персей, твой сын от аргосской царевны Данаи, к которой ты проник в медную комнату в виде золотого дождя, собрался в поход против Медусы-Горгоны. Думаю, что, если мы с Гермесом ему в этом поможем, то, не пройдет и года, как красивая голова Форкиды не только сохранит свою способность обращать всех, кто в глаза ей посмотрит, в камень, но и внешне станет ужасной. Кожа на отрубленной голове покроется чешуей, изо рта вырастут загнутые клыки, а вместо волос зашевелятся змеи и в таком виде голова Медусы-Горгоны, став бессмертной, навсегда займет свое место в центре твоей и без того страшной эгиды.
– Тритогенея, дитя мое милое! Все правильно ты понимаешь и потому к тебе я вполне благосклонен.
Так промолвил Кронид и иссиня-черными двинул бровями; волны нетленных волос с косматой головы Громовержца на могучие плечи пали его, и Олимп всколебался великий, словно громадные волны морские по нему прокатились. К милому сыну Гермесу Зевс потом с речью такой обратился:
– Более прочих, Гермес, ты привык и всех более любишь приказы мои творчески выполнять. Поэтому я тебя отличаю, как самого верного исполнителя моих велений! Ты всегда ведь, не только моим быстрым вестником служишь, но и исполнителем всяческих моих поручений. Скользни-ка ты, на ногу крылатую резвый, своим обычным быстрым полетом вниз на землю вместе с сестрой своей Афиной-Палладой. И главное меч свой серповидный из седого железа, которым ты стоглазому Аргу голову отрубил, не забудь. Иди к смертному брату своему герою Персею, которого мне Даная родила и помоги ему ужасную Медусу-Горгону убить тем мечом. Я уверен, мой милый, что ты все исполнишь, как надо, ведь ты в моей семье, поселившейся на нетленном Олимпе, самый исполнительный и хитроумный.
Неутомимый Гермес златожезлый и мудрая Афина без промедления ринулись отцовский приказ исполнять. Воинственная Паллада, оттолкнувшись мощно копьем, словно яркая полуночная звезда, через которую сын хитроумного Крона знамения морякам посылает, ринулась из выси лазурной на остров Сериф. А вслед за ней на своих крылатых талариях, словно быстрая птица, устремился и вездесущий вестник Зевса Гермес, Аргоубийца, прозванный так после убийства стоглазого Аргуса серповидным мечом, чтоб освободить Ио, превращенную в белую телку.