За домом, в тёмном тесном дворике, росла одинокая яблоня. Когда-то она была сельским деревом - до тех пор, пока неуклонно наступавший серый Лондон не поглотил свои зелёные пригороды. Кто-то из обитателей дома в загадочном порыве собрал плоды и разложил по подоконникам, где они и лежали вот уже несколько лет - сначала в виде старых яблок, потом в виде распухших яблочных трупов и, наконец, в виде призраков яблок. В доме пахло тушью, бумагой, углём, бренди, опиумом, гнилыми яблоками, свечами, кофе. Всё это мешалось с запахом двух мужчин, день и ночь работающих в замкнутом пространстве и ни за какие блага не желающих открыть окно.