Тіль

Писатель переносит Тилля из 14 века в 17. Этот роман и о шутнике, и о хаосе, в который была погружена Германия тех лет. Как объясняет автор, выбор Тилля в качестве центрального персонажа является скорее литературным приемом: Кельман хотел изобразить общество раннего Нового времени, когда люди были захвачены временем постоянных перемен, суматохи и насилия. А бродяга-идеальный вариант, чтобы показать людей разных классов и достатка. Ну и чего мелочиться, взял популярного бродягу)
​Тилль сбегает из деревни, когда к его отцу нагрянули иезуиты. Грубый, обаятельный, насмешливый, свободный от цепей правил, Тилль путешествует по стране, раздираемой Тридцатилетней войной (1618-1648), встречая ученых, бродячих артистов, королевскую чету и многих других воображаемых и реальных исторических деятелей того времени (помимо Елизаветы Стюарт, Фридриха V, Густава II Адольфа появятся ​священник Освальд Тезимонд, путешественник Адам Олеарий). Здесь у каждого персонажа припасена удивительная история. Структура романа нелинейна, Тилль в рассказах некоторых лиц на центральном месте, у других – пробегает фоном.​
​Позабавило, как одно и то же событие от лица нескольких персонажей представлено по разному, история менялась из-за забывчивости, утаивания и личных интересов. Кто-то вообще в драконов и магию верил, так что роман ещё и мистический. Через черный юмор Тилля автор показывает абсурдность и кровавость войны.
Роман такой игривый и ироничный, стоит читать ради искрометных сатирических диалогов . Написано очаровательно и увлекательно.
Поставила 4, потому что роман неравномерен, главы с Тиллем перетягивают все внимание на себя.

Он стоял, правая ступня вдоль веревки, левая поперек, ноги чуть согнуты в коленях, кулаки уперты в бока. И, глядя вверх, мы все разом поняли, что такое легкость. Мы поняли, как живется человеку, который и вправду делает что хочет, ни во что не верит и никому не повинуется; мы поняли, каково быть таким, и поняли, что никогда такими не будем.

Заглавный герой романа, Тилль Уленшпигель, основан на персонаже немецкого фольклора, одном из самых известных в мире трикстеров, бросающих вызов обществу своими фарсовыми шутками. И хотя в оригинале этот плут и балагур путешествовал по Германии, Бельгии и Нидерландам в первой половине 14-го века, Кельман переносит его на три столетия дальше - во времена Тридцатилетней войны, которая длилась с 1618 по 1648 год.

Именно война тут и становится главным героем, контекстом, да и просто фоном происходящего. Стыдно признаться, но, начиная чтение, я знала об этом конфликте, сформировавшем геополитику и дипломатические принципы современной Европы, намного меньше, чем о какой-нибудь войне Пяти Королей за Вестерос в "Игре престолов". И это лишний раз подтверждает глубинное очарование "Тилля". Читать книгу можно, даже ничего не зная об истории, зато потом появляется повод нагуглить массу всего интересного (хотя бы на уровне Википедии и простейшего понимания принципов Вестфальского мира, включая отказ от исторического обоснования права).

Впрочем, не геополитикой единой. Жизнь Тилля показана во всей сложности её сюжетных выкрутасов - начиная с детства в крошечной деревне и заканчивая его восхождением к званию придворного шута. По пути ему предстоит спасаться от охотников на ведьм и абьюза учителя, застрять в обрушившейся шахте под осажденным городом, развлекать жителей обреченной деревушки и выступать перед членами королевской семьи, которая продержалась у власти меньше года, заслужив уничижительные прозвища "Зимнего короля" и "Зимней королевы".

Сам Тилль немало тренировался, чтобы стать искусным канатоходцем и жонглером, и Кельман, писавший роман целых 5 лет, демонстрирует схожую легкость собственного фееричного представления при не менее явном скрытом мастерстве. Строение, язык и завуалированная ирония книги настолько восхитительны, что не поддаются адекватному описанию их в рецензии. История рассказывается отдельными фрагментами и даже не в хронологическом порядке, при этом каждый эпизод всплывает в нескольких местах и показывается с различных точек зрения. Вот мы наблюдаем выступление Тилля на пике его народной славы, потом переносимся в его детство и следим за очередным инквизиторским процессом, потом нам вдруг приходится трястись по грязным дорогам с "толстым графом", угодившим в одну из жесточайших битв Тридцатилетней войны, а затем - погружаться в мысли изгнанных Зимних короля и королевы, при дворе которых Тилль некоторое время отирался в качестве шута.

Абсолютно разные события и фокалы - и ни одной фальшивой ноты! Всё искусно сочетается, дополняет и драматизирует друг друга. Всё немного странно, но пропитано такой невероятной энергией, что сразу понимаешь: перед тобой почти шедевр (а может, и вовсе он, безо всяких стыдливых "почти").

Невероятная книга, оставившая по себе массу самых разных переживаний и мыслей. О блестящем эксперименте автора, погрузившего современного читателя в жестокую и грязную альтернативную реальность, которая выглядит чуть ли не постапокалиптической фантастикой. О том, как память и личные интересы затемняют истину любой истории. О науке и религии, а также о ереси и конфессиональной вере, которые порой оказываются куда ближе, чем представляется, исходя из их непримиримых противоречий. О шутах, ставших после двух последних прочитанных мной книг едва ли не любимым типом литературных персонажей - эдакие агенты хаоса, независимые, свободолюбивые, но в то же время трагично одинокие. О хитрых литературных аллюзиях, которые тут можно, кажется, раскапывать до бесконечности. И, самое неожиданное, - о тревожном, но качественном легком черном юморе, что пропитывает тут буквально всё (на перечисление особо понравившихся примеров ушло бы слишком много места, но чтобы показать разнообразие поводов для иронии остановлюсь на одном: автор явно высмеивает моду на "цветистые пассажи" в тексте, когда "образцовая витиеватость" и "ученые арабески" фраз способны "проложить им путь во многие школьные хрестоматии"; и да, это камень в огород читателей, всерьез считающих, будто без умения навернуть многословно и красиво серьезной литературы не бывает).

Удивительно мощная, но в то же время забавная и даже жизнеутверждающая книга, передать всю многогранную прелесть которой я просто не в состоянии. Мир расколот, щетинится политическими и идеологическими распрями, и только великий шут способен легко протанцевать через него, оставшись не просто живым, но и уверенно спокойным.

Рядом рассказывал о своей жизни шут, но королю вдруг показалось, будто речь шута звучит внутри него, будто шут не едет рядом, а стал лихорадочным голосом в голове, частью его самого, о существовании которой ему не хотелось знать.

Приятного вам шелеста страниц!

Да мяне на папярэдняе чытанне трапіў раман аўстрыйска-нямецкага пісьменніка Даніэля Кельмана «Тыль», продажы якога нядаўна стартавалі ў выдавецтве Янушкевіч (пераклад Вольгі Гронскай).

Гэты раман ужо нарабіў шуму ў Германіі, дзе пасля выдання ў 2017 годзе разышоўся накладам больш за 600 000 экзэмпляраў. Потым кніга выйшла і на сусветны кніжны рынак, трапіўшы сёлета ў кароткі спіс Міжнароднай Букераўскай прэміі. Уручэнне прэміі перанеслася праз вірус, але будзем чакаць. Прэмія сапраўды прэстыжная, уручаецца за найлепшы твор, перакладзены на ангельскую мову і выдадзены ў Вялікабрытаніі. Можна ўспомніць, што лаўрэаткай Міжнароднага Букера пазалетась стала Вольга Такарчук, якая, дарэчы, цяпер сярод узнагарод мае і Нобелеўскую.

Магчыма, Кельман яшчэ надта малады, каб прэтэндаваць на такую высокую літаратурную ўзнагароду, але яго ўжо называюць «вундэркіндам» і «галоўнай надзеяй нямецкай літаратуры». Раз і лакальная, і сусветная вядомасць ужо ёсць, можна працягваць плённую літаратурную дзейнасць. Апошні раз у свеце з нямецкіх аўтараў так абмяркоўвалі Патрыка Зюскінда, калі ў 1985 годзе выйшаў яго раман «Парфума».

Пра што раман «Тыль»? Загадкавая назва, бо далёка не адразу ў галаве ўсплывае імя знакамітага героя сярэднявечных нямецкіх легенд Тыля Уленшпігеля. Раман «Тыль» — яшчэ адна спроба апісаць жыццё такога незвычайнага персанажа, пераасэнсаваць гэтую міфічную постаць.

Падзеі ў рамане разгортваюцца падчас Трыццацігадовай вайны (1618–1648). Атрымліваецца, што Кельман перамясціў Тыля ў часе, бо ў класічных легендах пра гэтага персанажа ён нарадзіўся на пару стагоддзяў раней. Раман гістарычны, і вам, магчыма, давядзецца ўзнавіць у памяці нейкія эпізоды і факты. Але каб атрымаць ад кнігі задавальненне, неабавязкова быць спецыялістам з глыбокім веданнем нямецкай гісторыі.

Тыль — вандроўны артыст, штукар, бадзяга, валацуга. Ён нарадзіўся ў сям’і млынара, якога царква абвінаваціла ў штукарстве, бо той надта цікавіўся даследаваннем нашага свету. Таму Тыль уцякае з родных мясцін у малым узросце і пачынае вандраваць па краіне. Кельман стварыў вельмі яркага персанажа, пад уплывам якога змяняецца ўсё вакол, любая мясцовасць, у якую ён трапляе. Яркія і каларытныя прыгоды, якія, здавалася б, зусім не вяжуцца з вайной, на фоне якой адбываюцца падзеі. Бо Тыль ідзе праз мясцовасць, спустошаную вайной. І ён той элемент, на якім трымаецца ўся гісторыя, які аб’ядноўвае такіх розных персанажаў. Кельман спецыяльна абраў галоўным героем чалавека, які мог адначасова мець сувязі і з кіруючымі коламі, і з простымі людзьмі, бо разам з кампаньёнамі (дзяўчынай Нэле і аслом, які ўмее размаўляць) выступаў і для адных, і для другіх. Такім чынам Тыль звязвае сюжэт.

Некаторыя героі кнігі выдуманыя, але ёсць сярод іх і рэальныя гістарычныя асобы. Усе яны расказваюць свае гісторыі, але давяраць нельга нікому, бо кожны мае свой, адрозны погляд на падзеі. Вось што зрабіла з людзьмі гэтая вайна: людзі пачалі верыць у дзіўныя рэчы і забіваць адно аднаго, калі іхняя вера не супадала.

Перакладчыца Вольга Гронская ў інтэрв’ю падкрэсліла, што аўтар не спрабаваў архаізаваць мову, каб персанажы размаўлялі ў адпаведнасці са стагоддзем, у якім знаходзяцца. Яго героі гавораць даволі сучасна, што дадае тэксту асаблівай лёгкасці ў чытанні. Сапраўды, раман чытаецца вельмі захапляльна, калі гэтая тэкставая і лексічная лёгкасць спалучаецца з прыгодамі герояў.

«Тыль» — сумесь гістарычнага рамана з фальклорнымі матывамі і нават фэнтэзійнымі элементамі. Раман нелінейны і напісаны з пункту гледжання розных дзеючых асоб на фоне жахлівых падзей вайны. Разам з героямі мы перамяшчаемся ў часе і прасторы, і часам гэта можа заблытваць, калі мы не разумеем, дзе знаходзімся і што адбываецца. Але ж такая сутнасць вайны: усё абсурдна, ніхто нічога не разумее.

Кельман жанглюе эпізодамі кнігі, як Тыль у рамане. Гэта свежы погляд на такія даўнія гістарычныя падзеі, на еўрапейскую гісторыю. Жахі вайны, якія сталі абсалютна абсурднай і крывавай падзеяй для простых людзей, у той час, як для вышэйшых колаў гэта была проста чарговая гульня за ўладу. Гэта той тып рамана пра вайну, які я люблю: ніякіх салдатаў і ваенных дзеянняў. Толькі людзі і іх гісторыі.

Дарэчы, у суседніх краінах (Расея, Украіна, Літва) гэты еўрапейскі бестселер яшчэ не перакладзены, таму назіраем рэдкі выпадак, калі беларусы знаёмяцца з папулярным сучасным раманам раней за сваіх суседзяў.