Рецензии

• 

  memory_cell

  2 июня 2014

  В друзья

  Прощаюсь с Арктикой. Первый раз прошел ее тридцать три года назад. Быстро промелькнула жизнь.

  Перечитан «Последний рейс» - самая неперечитываемая мною книга Конецкого. Не «нелюбимая» - «неперечитываемая».

  «Лейтенант молодой и красивый», который тридцать лет назад впервые прошел Северным морским путем на малом рыболовном сейнере, уходил в последний арктический рейс дублером капитана сухогруза «Кингисепп». Картофель, лук, чеснок, морковь, свекла, капуста квашенная – стандартный набор грузов для «северного завоза», который обеспечивает саму жизнь северных городов и поселков, где две трети года зима, и ничего не растет. Север России, ее «задний двор», ее «изнанка». Сколько же писал о нем Конецкий! В ранних рассказах, в «Завтрашних…» и «Вчерашних заботах», в «Соленом льде» и «Ледовых брызгах». Неприкаянность, временность, неустроенность быта. Лихие надбавки к зарплатам и жестокое пьянство. Грязь по колено, липкие пустые прилавки, толпы в аэропортах, ледяное одиночество кладбища в Тикси. Конецкий много раз видел Север без прикрас, потому и любил его. Невзирая и вопреки. Потому-то таким тяжелым оказался для него последний рейс.

  В том далеком уже 1986-м году очень многое из тайного стало явным. Люди стали открыто говорить от том, что казалось немыслимым: от заведомо невыполнимых команд начальства до выброшенного за борт при подходе к советскому порту «Доктора Живаго», купленного в канадском Ванкувере и прочитанного в море. Страна словно просыпалась от многолетнего сна, просыпалась память, просыпались надежды. Все это есть в «Последнем рейсе», только надежд совсем немного – к 2000-му году, когда был написан роман, от них уже мало что осталось, потому-то очень горьким вышел роман.

  Сколько плавал и писал Конецкий – столько он мучился двойственностью своего положения: писатель-моряк, слуга двух господ. Море требует от человека всей жизни, и поэтому он давно смирился с тем, что никогда не станет капитаном, не имеет права им стать. Литература требует того же, оставляя лишь малую лазейку - «писатель должен знать жизнь». Вот и дала эта «лазейка» возможность сохранить морскую профессию, как способ познания жизни.

  Сколько плавал и писал Конецкий – столько он собирался уходить с флота, писательство желало владеть им единолично. Тридцать лет он «завязывал с морями» и не мог завязать. «Последний раз в Антверпене» - сильнее и лучше, чем здесь, об это не скажешь.

  Теплоход «Кингисепп», порт Игарка. «Завязал».

  Как же так – это все? Не осталось романтики? В море нынче идут лишь серьезные «профи», не слыхавшие о Конраде и Мелвилле?

  В наше время, когда спутники дают координаты и курсы, а мобильные телефоны смели с мостиков тех моряков, которые умели принимать решения, когда любой чиновник воображает, что может управлять трансатлантическими лайнерами и танкерами водоизмещением сто тысяч тонн, мало что отличает моряка, посадившего судно на мель, от водителя, вылетевшего с дороги, забыв нажать на тормоза или сев за руль в пьяном виде.

  Не поверю – и буду права. Потому что это уже не Конецкий – это Артуро Перес-Реверте, "Карта небесной сферы...". Другая страна и время другое. Но невозможно продать старый секстант и выбросить пиджак лорда Джима - темно-синюю тужурку с якорьком торгового флота. Он словно вышел из книги Конецкого - испанский моряк Кой, «аварийный» штурман, временно лишенный диплома и отлученный от моря. Страна другая, время другое, приключений полно и даже сокровища найдены - а "завтрашние заботы" все те же:

  Он чувствовал аромат первой чашки кофе во время первой вахты, слышал шаги капитана по мостику, видел спокойное лицо штурмана, склонившегося над гироскопом... Только бы мне вернуться в море… Только бы поскорее найти хороший корабль.

  . Не дочитан Конецкий. Не бывает последнего рейса.

  Читать далее

  23 понравилось

  12

  496
• 

  memory_cell

  26 мая 2014

  В друзья

  Ах и эх — эта привычка высказываться о вещах, которые только чуть понюхал! Я, например, часто обсуждаю кинофильмы, посмотрев афиши на заборах. И самое интересное, что абсолютно уверен в праве судить на основании заборных афиш. В. Конецкий « Вчерашние заботы»

  Ах и эх, Виктор Викторович!!!! Еще вчера я бы выцарапала глаза тому наглецу, который посмел бы усомниться в том, что я читала Вашу повесть «Столкновение в проливе Актив-Пасс». Как же это «не читала», если сходу изложила бы вышеупомянутому нахалу последовательность описанных в ней событий, имена некоторых персонажей и практически наизусть процитировала бы ее последние строки:

  Стюардесса сказала, что над Оттавой гроза. Над Ванкувером было чистое небо. Мерцали крупные звезды, и светила луна. Внизу оставались большой порт, и небольшой город, и кусок его жизни, быть может главный в судьбе…

  И оказалась бы в роли того самого читателя афиш. Единственное мое оправдание: понимаете ли, «афиши» эти создал и некоторым образом «расклеил по заборам» лично Виктор Викторович Конецкий, а «заборами» послужили ему его же собственные повести «Путевые портреты с морским пейзажем» и «Третий лишний», связанные личностью главного героя - Юрия Ивановича Ямкина. Юрия Ямкина, в которого я была отчаянно влюблена в «Путевых портретах…», которого люто ненавидела в начале и снова любила в конце «Третьего лишнего». Прототипа которого звали Николаем Гавриловичем Хаустовым. Это ему, капитану Хаустову, писатель Конецкий когда- то пообещал не писать о случившемся 2 августа 1970 года в проливе Актив Пасс (Британская Колумбия, Канада) столкновении теплохода «Сергей Есенин» с паромом «Queen of Victoria». И сдержал – ну почти сдержал – обещание. Пряча имена и даты, он все –таки рассказывал об этой аварии и последующем судебном разбирательстве.

  Это история могла сломать хребет любому, не судебным решением – так душевными муками: там, в столкновении, погибли люди. Капитан "Сергея Есенина" на сломался, не бросил море, его последний рейс был в 1996 году. Через многие годы Хаустов признавался писателю: « Да, тогда на суде победа была полной… Но знаете, Виктор Викторович, снятся мне и новорожденный, и девушка шестнадцатилетняя, и паром этот чертов, расплющенные автомобили, бензин потоком…»(с)

  Написанная спустя почти 30 лет, повесть «Столкновение в проливе Актив- Пасс» документальна, ее герои реальны, имена героев – это их личные, собственные имена. Это очень сильная проза - абсолютная реальность, помноженная на великий дар писателя – моряка. Моя неожиданная удача: впервые за много лет не перечитывание - чтение Конецкого.

  Все было, и было именно так, как пишет Конецкий...

  Вот она, та самая канадская пресса. Вот оно, «Столкновение в проливе Актив- Пасс».

  Читать далее

  18 понравилось

  7

  606
• 

  Chitatel_S

  12 декабря 2019

  В друзья

  Небольшое эссе о море, о России. Лирично, но немного скучновато и вторично.

  1 понравилось

  0

  136

Цитаты

Подборки с этой книгой

• 

  Океаны и моря

  • Julia_cherry
  • 536 книг
• 

  АСТ. Классика

  • elena_020407
  • 213 книг
• • 
  • 
  • 

  Мемуары, дневники и путевые записки российских авторов

  • nangaparbat
  • 39 книг