Солоневич

История жизни Ивана Солоневича представляет собой готовый сценарий для политического детектива. Пожалуй, в биографической книге К. Сапожникова события, связанные с двумя побегами главного героя и его семьи (сначала из СССР, потом – из фашистской Германии), наиболее интересны для чтения.

Этого же нельзя сказать о работе Солоневича в качестве автора и редактора нескольких эмигрантских изданий. Сапожников дотошно описал дрязги между партиями русского рассеянья, приводившие порой к трагическим развязкам. Солоневич, считавший себя обязанным участвовать в политической жизни эмиграции со своей идеей народной бессословной монархии, быстро оказался изгоем. Его одинаково не принимали деятели РОВСа, русские прогерманские партии. После Второй Мировой войны он резко разошёлся с НТС. Я уже не говорю о постоянном преследовании со стороны советских властей. Вообще неизбежные контакты Солоневича с настоящими циничными политиками всегда оканчивались плохо именно для самого Ивана Лукьяновича.

Всех подобных нелицеприятных подробностей не перечислить, а лица, что называется, отвратительны до последней степени. Дело монархистов в книге ощутимо выглядит безнадёжным! И в этом отношении редкие, но ожесточённые нападки автора на т.н. «либеральный» лагерь не выдерживают критики и смотрятся дежурно.

Представляется очень странной монархическая, пусть и весьма нестандартная, идеология главного героя, человека низкого происхождения, не имевшего при самодержавии каких-либо привилегий.

«Нам нужны: достаточно сильная монархия и достаточно сильное народное представительство, причём силу той и другой мы будем измерять не их борьбой друг с другом, а их способностью сообща выполнять те задачи, которые история ставит перед нацией и страной»

Из книги Солоневича «Народная монархия»

(С. 424).

Герой книги был относительно бескорыстен в своих устремлениях и мыслил очень своеобразно. Второй вопрос насколько профессионально и доказательно. Его сын Юрий утверждал, что специалистов «батька» ненавидел: они называли его «доморощенным мыслителем».

Непривычное и неожиданное сочетание: писатель-публицист и выдающийся атлет, а ведь И. Л. Солоневич был вице-чемпионом Российской Империи и одним из создателей борьбы самбо, работал в журнале "Новое время". После революции судьба писателя и его семьи складывалась непросто: участие в белом движении, затем- постоянные переезды, советский концлагерь, бегство, жизнь в эмиграции, поиск своего места, желание активного действия, но при этом- недоверие со стороны РОВСа и постоянное наблюдение НКВД (имевших своих агентов в РОВСе и пытавшихся скомпрометировать писателя). Обосновавшись в Болгарии, Иван Лукьянович начинает выпускать газету "Голос России", направленную ко всем русским вне всяких организаций и партий.

В эмиграции есть масса людей, которым до смерти надоело партийное сквернословие, но которые любят Россию живой любовью, не ставят никакой партии выше родины и никаких вождей в гении не зачисляют. К ним-то и будет обращаться газета. Она не собирается организовывать никаких новых партий. Ее издатели не собираются лезть ни в какие вожди. Единственная цель газеты- это хоть как-нибудь сгладить ненужные и часто бессмысленные раздоры в национальном лагере эмиграции.

Печально читать о непрекращающихся распрях и взаимонедоверии внутри русской эмиграции: междоусобица, когда необходимо сплочение. Покушение, гибель жены, переезд в Германию, контроль со стороны гестапо, Вторая Мировая, затем Аргентина и Уругвай....

На протяжении десятилетий Солоневич работает над главным трудом своей жизни- книгой "Народная монархия", где Иван Лукьянович излагает идеи народно-монархического движения, призванного объединить разрозненных сторонников возрождения монархии в России. Это национализм, православие, монархическая государственность, основанная на единоличном наследовании престола и опирающаяся на внеклассовое, бессословное общенациональное народное представительство. Эта книга- и исследование, и размышление, и философия, осмысление исторического и личного опыта и вывод, что монархия- это естественное для России состояние власти, способствующее реализации ее целей в тесном взаимодействии с народом.

Нам нужны: достаточно сильная монархия и достаточно сильное народное представительство, причем силу той и другого мы будем измерять не их борьбой друг с другом, а их способностью сообща выполнять те задачи, которые история поставит перед нацией и страной. Мне могут сказать, что это утопия. И я могу ответить, что именно эта "утопия" и была реализована на практике политической жизни Старой Москвы. Будущее российское народное представительство неизбежно технически, необходимо и нравственно и политически.

Прочитал "Солоневича" К. Сапожникова. Про уругвайского столпа русского монархизма я узнал ещё в студенческие годы, когда прочитал "Народную монархию". Объёмный труд тогда не впечатлил. Автор печалился по поводу того, что народ не прильнул к телу монарха, не защитил его собой и получил 17-ый год со всеми тектоническими сдвигами. Уже тогда возник вопрос: почему сам монарх не спешил раскрыть объятия тому самому народу? Потом была "Россия в концлагере" - о закономерных страданиях русского народа в Соловках. Закономерные, потому что в своё время не "не прильнул". Потом о Солоневиче забыли на долгие годы. Может быть, сейчас книга Сапожникова о певце скипетра и державы приобретает особое познавательное значение. Теперь о самой книге. Написана она хорошо, с вкусными деталями, чему поспособствовал сам Иван Лукьянович, жизнь которого исчерчена крутыми поворотами, падениями и взлётами. Есть в ней и тёмные пятна. Несколько слов о них. "Россия в концлагере" написана на основе "жизненного опыта" Солоневича. В начале тридцатых годов он попытался вместе с семьёй (сыном, братом, женой брата) тайно перейти финскую границу и "донести миру правду". В группе оказался провокатор. Солоневичей взяли. И отправили отбывать срок в ...Карелию. Поближе к искомой границе. Солоневичи не были разделены. Сын был вместе с отцом, с братом поддерживалась постоянная связь. Устроились они физкультурниками, свободно, безконвойно перемещались. Спокойно запаслись едой, одеждой и даже противокомариным средством. Бежали в предельно комфортных условиях. Синхронно. Солоневич с сыном и брат, находившийся в другом "лагере". Здесь вопросов более чем достаточно, включая момент близкого общения спортивных братьев с компетентными органами. Так, младший брат - Борис, был главным физкультурником "Динамо", которое принадлежало, как известно, тем самым "кровавым чекистам". Об этом странном, "гламурном" побеге много писали в эмигрантской прессе. Утверждать ничего не будем за давностью лет и общей ненужностью. В эмиграции Солоневичи развернули бурную деятельность. Писали книги, издавали газеты, организовывал "движения по спасению родины". Тут события вскипают ещё круче. Подбрасываются бомбы и подмётные письма, агенты НКВД и гестапо кружат вокруг Ивана Лукьяновича и его лихого семейства. Перемещения их заставляют вспомнить романы Жюля Верна: Финляндия, Болгария, Германия, Аргентина, Уругвай. Вызывает огромную симпатию семейная спайка Солоневичей. Сам герой обладал хлёстким, ярким стилем писания. Читать его статьи намного интересней, чем теоретические работы по монархизму. Публицистом он был блестящим. Сапожников правильно показал главную трагедию Солоневича. Если оставить за бортом все конспирологические версии с семейным побегом, то в "свободный мир" Солоневич перебрался с целью включиться в "борьбу". Но борьба "за Россию" оказалась отодвинутой на задний план. Все "белые воины" грызлись друг с другом. Правые эмигранты ненавидели левых и искали врагов среди своих, искреннюю ненависть вызывала даже "тень успеха" соратника по правому делу (выпущенная книга, выросший тираж газеты). Как образно и точно сказал сам Солоневич: "русский эмигрант, дорвавшийся до печатной машинки, превращался в грозную разрушительную силу". Поэтому попытка Солоневича встать над схваткой, созидать, хотя бы в умах соотечественников была изначально провальной. Но попытка всё же была и в этом её ценность и урок для последующих поколений, к которым принадлежим и мы. Небесполезное и поучительное чтение.