Отзывы о книге Магеллан

Это было мощно! Это действительно был подвиг, жаль, что человек, совершивший его, этого не узнал. Почему-то я осталась под впечатлением от романа. Возможно из-за того, как простой человек смог достичь многого. В романе рассказывается история Магеллана, о его жизни в качестве простого моряка Португальского флота. Как он служил и набирался опыта, изучал старые карты и слушал, что говорят моряки. И как он загорелся идеей совершить кругосветное плавание и открыть пролив, но Португальский король его не поддержал. Однако это его не остановило. Мы видим очень сильного человека, который хочет достичь поставленной цели. И ради нее он делает многое: меняет подданство, находит кредиторов, решает кучу иных проблем, возникающих на его пути. Он находит 5 старых кораблей, собирает очень разношерстную команду и отправляется в путь. В пути тоже было не все гладко, но об этом лучше прочесть. Из кругосветного путешествия возвращается только один корабль, и вся слава открытий уходит к адмиралу, что был назначен после трагических событий. Магеллан забыт ибо

...в тяжбе с мертвыми живые всегда правы.

Помимо этого, путешествие Магеллана доказало, что Земля имеет форму шара и что она движется вокруг своей оси. Отдельное спасибо автору за то, что он собрал всю историческую хронику и в легкой, доступной манере рассказал нам про этот подвиг.

Еще один пример величайшего мужества и величайшей несправедливости. Я не очень охотно начинала читать эту книгу, но игра обязывала. И Стефан Цвейг, знакомый мне раньше только по великолепным новеллам, сумел увлечь и заставил по-настоящему переживать за своего героя. Пусть Магеллан был не очень приятным в общении человеком, слишком уж прям и откровенен, не умеет договариваться и тем более льстить, но он одержим своей целью и готов жертвовать чем угодно для ее достижения. А цель - проплыть вокруг Земли, открывая по пути новые территории. Но португальскому королю это не интересно, ему не нравится этот выскочка, не умеющий произносить приятных слов. Испанского короля заинтересовать удалось, пять кораблей отправятся в плавание к непонятной пока цели. Но и здесь нет большого доверия к чужаку. Из пяти кораблей вернется только один с горсткой выживших моряков. А сам Магеллан погибнет совершенно нелепо, только-только одержав свою победу. И не останется после него ни могилы, ни наследников. Вся слава достанется человеку, совершенно ее не заслужившему, а Испания бездарно отдаст плоды героического плавания. И только благодаря другу и летописцу Магеллана человечество узнает, чем оно обязано этому нелюдимому герою. К сожалению, жизнь вообще часто бывает несправедлива, отдавая лавры победителей самым пронырливым.

... только в последнее мгновение, когда победоносно осуществляется его идея, становится очевидным внутренний трагизм этого одинокого человека, которому суждено было всегда нести бремя своей задачи и никогда не порадоваться ее разрешению.

Я очень пожалела о том, что мы не читали это в школе, когда проходили эпоху великих географических открытий! Как много можно было бы почерпнуть ещё тогда! Как иначе мы смотрели бы на этот подвиг, как намного ярче он остался бы в памяти! Но, к сожалению, на уроках географии довольно бегло проходятся по важным открытиям, и из её курса я помню лишь про пролив и кругосветное путешествие, а ещё смутно про смерть Магеллана. И это удручает и огорчает, словно мы вновь предали его забвению, мимолётно уделяя внимание тому, что сложно представить себе, сложно вообразить и обхватить, три года было потрачено на возвращение в точку, откуда отчалил Магеллан с пятью кораблями. И чтобы это не казалось приятной морской прогулкой по безбрежному и спокойному морю, хотя сомневаюсь, что такое могло прийти кому-то в голову, стоит брать во внимание, что из 265 человек вернулось только 18. Цвейг снова прекрасен, благодаря его описаниям живо представляется и этот сумрачный, непоколебимый и терпеливый Магеллан, и добродушно-доверчивый и наивный Пигафетта и верный Энрике и все остальные. Каждый образ кажется живым, настоящим, своеобразным и непохожим. Они все словно встают перед глазами, и ты наблюдаешь за их счастливейшими и тяжелейшими мгновениями, когда они наконец-то больше чем через год тяжкого плавания, предательства капитанов-испанцев, голода и всевозможных лишений нашли пролив, соединяющий Атлантический и Тихий океаны. А затем и когда они причалили у нужных островов, после потерявшие своего предводителя. Но печальнее не то, что команда после его смерти опустилась до ужасного предательства и отдала на растерзание сначала Магеллана, а затем и капитану Серрано не пришла на помощь, и шаталась по океану как куча слепых котят. Намного трагичнее, что Магеллан, так долго и упорно движущийся к этой цели, к возможности осуществления своего замысла, так многим для этого пожертвовавшим, в конце концов, Португалия считала его предателем, а Испания относилась к нему с недоверием, ведь предавший корону однажды предаст снова. Хотя я с этим не согласна, не он предал корону, а корона его. Не он был неблагодарным служащим, а его за службу во имя португальской короны не только не оценили по достоинству, но и вовсе не оценили никак. К сожалению, испанская корона поступит не лучше и Карл V, который обещал ему столь много, отдаст все надлежащие Магеллану почести мятежникам, тем, кто мешал более всего в осуществлении его замысла. Какая же горькая оказалась судьба у Магеллана, Цвейг заставляет прочувствовать её с лихвой, что не так-то просто будет теперь забыть. За каждый миг счастья он расплачивался горем, каждый шаг его должен был быть верен и точен, каждое действие встречало противодействие. И как же жестоко и печально найти, лишь кончиками пальцев коснуться своей мечты, но не успеть насладиться своей победой, обхватить, обнять наконец-то свою осуществившуюся мечту. Совершить подвиг, на который не решался ещё никто, но не вкусить его, не отметить по возвращению домой с родными, которые также не пережили эти три года его странствий. Да, он обессмертил своё имя, в конце концов, худо-бедно, но в школе мы его проходим, и какое-то поверхностное знание о нём имеем, пусть оно и такое пустое, состоящее из простого описания набора фактов, совсем не то, что заслуживает такое открытие. Но как же горько было читать о том, что по заслугам он не получил не то, что при жизни, но и при смерти. Что его подвиг был приписан другим, его же тело даже не было предано земле, не было отобрано у туземцев, и ни одно из его последних слов, указанных в завещании, не было выполнено. До чего же жестокая у него оказалась судьба, подарившая ему единственно возможность совершить подвиг, путем титанического усилия и ужасных лишений, но не более того, словно, как пишет Цвейг, действительно ожесточённо произносящая:

Довольно — и заставляет опуститься руку, протянутую к вожделенной награде.

Я осталась под большим впечатлением от прочитанного, и хоть во мне вызывает сомнение возможность миролюбивой экспансии, из серии насаждения демократии, тем не менее, невозможно не проникнуться уважением к этому сильному, стойкому адмиралу, благодаря дерзкой своей мечте, смелости и терпению доказавшему, что Земля-таки явно шарообразная и что, двигаясь в одном направлении, можно вернуться в точку, откуда отплыли. И за это, я надеюсь, что Фернао де Магельаеш надолго ещё останется в нашей памяти, как и в самой истории.

Вначале были пряности.

И введение в "золотой век" Португалии – золушки Европы. Благодаря дерзновенным мечтам инфанта Энрике, более известного как Генрих Мореплаватель, до португальцев вдруг дошло, что они не на задворках империй, а ближе всего к океану и к неоткрытым пока землям, таящим несметные сокровища. Надо только отыскать путь в Индию и тогда золотой дождь прольется на всех, у кого голова на плечах.

Это дурманящее слово - "пряности". Они нужны всем. Без индийских специй пища северян в средние века пресна и безвкусна. Без шелков и благовоний женщинам солнце светит лишь в пол-силы. Без зернышек ладана католической церкви нечем будет дурманить головы прихожанам. Без опия и камфары аптекам придется потуже затянуть пояса. Стоят пряности столько, что ценность человеческой жизни можно не брать в расчет. Прибыль легко спишет и гибель сотни-другой моряков, и потерю пары-тройки кораблей. Жажда наживы - сильнейший стимул, заставляющий отправляться в опасный морской путь снова и снова. Чем больше новых островов, где пряности можно грести лопатой, тем лучше. Чем короче путь до благословенной Индии, тем мощнее золотой ручеек.

Лихорадка открытий и приключений, какой еще не ведал наш старый мир.

В этот водоворот покорения мира, стяжания привилегий и бессмертной славы затянуло и Магеллана. Слишком внезапным был его жребий. Не подготовились родители и сограждане к грядущей посмертной славе первооткрывателя пролива и опытного морехода. Ни точного указания города, где он родился, ни даты. Ни первых написанных слов, ни нарисованных карт не сохранили архивы. Ни пристрастий, ни слабостей не зафиксировали хроники. Нет показаний соседей о том, каким малышом он рос. Не было свидетелей у самых судьбоносных разговоров. Утонули дневники. Непосильный труд взвалил на себя австрийский писатель. Описывая подвиг Магеллана, Цвейг и сам совершил нечто героическое. Ибо скудна информация о славном португальце. Первые шаги по великому пути теряются в дымке, что дает повод Цвейгу спустить фантазию с поводка. Он приписывает своему герою оптом все, чем мог тогда заниматься безвестный юноша. С чем то из этого непременно сталкивался юный Фернао де Магельаеш, в истории именуемый Магелланом.

Пять лет понадобилось будущему герою, чтобы хоть как то выделиться на службе и начать возвышение. Вернувшись в Лиссабон, он не узнал столицу. Белемскую гавань, в том месте, где служил напутственный молебен Васко да Гама, украшает

огромный, великолепный собор — первое зримое выражение несметных богатств, доставшихся его отечеству благодаря индийским пряностям.

Пролитая им на чужбине кровь трансформировалась в золото. Вокруг все беспечно тратят деньги, а он вернулся как уехал – безвестным солдатом. С этим надо было что-то делать. Например, перейти на службу к испанскому королю и отдать тому секрет, найденный в Португалии - местонахождение пролива, способного сократить путь к вожделенным пряностям.

Может ли улыбнуться удача тому, кто не умел веселиться? Может, но только для того чтобы втереться в доверие и получить возможность нанести удар побольнее. Если верить Цвейгу, Магеллан был честолюбив и терпелив, расчетлив, практичен и очень профессионален. Во все вносил суровость. С таким характером легко совершать подвиги, но вряд ли стоит рассчитывать получать за них награды. Награждающим неприятно видеть такие лица - неприветливые и неугодливые. Но это не значит, что таким некоммуникабельным людям, как Магеллан не стоит и пытаться. Пусть современники не признали величие подвига, зато Цвейг оценил и постарался другим передать свое восхищение этим не отступающим перед трудностями португальцем. Герой и творческая личность! Ни больше, ни меньше.

Чем больше я читаю Цвейга, тем меньше его понимаю. Назвать не умение признавать поражение героизмом - еще полбеды, но что творческого в методичном обшаривании всех бухточек подряд в поисках пролива, я уразуметь не в состоянии. Цвейг явно писал о чем-то о своем. Так расхваливать человека, который проигнорировал все возможности заручиться расположением людей, которые помогали ему совершать его подвиг, восстановил против себя капитанов, упрямо держал всех в неведении, дано не каждому. Цвейг просто не знает удержу. Уж такой Магеллан скрытный, такой расчетливый! Всем надлежит пасть ниц и быть челом от восторга.

Я готова признать высокий профессионализм Магеллана и важность его открытия, но уважаемый господин автор, не могли бы вы чуть умерить пыл. Особенно в описании вспыхнувшего мятежа, который был очень даже ожидаем, исходя из воссозданного Цвейгом характера первопроходца. Магеллан же с самого момента отплытия оказался один. совсем один... с моим здоровым коллективом. Не вышло бы из него Наполеона, даже если бы захотел. А он и не хотел. Создается впечатление, что он был тем еще мизантропом. А что туземцев не истреблял, так он их просто не замечал, не до них было. Иной думою томим. И все же. Без единого проблеска поддержки. Все сам. На одном упрямстве и честолюбии. Он устремился в небо, не желая отрывать ног от земли. Он нашел не только вход в пролив, но и выход. Он организовал экспедицию, которая совершила кругосветное плавание. Пусть домой вернулась только горстка изможденных моряков без своего погибшего предводителя. Сам Магеллан остался там, где замкнулся финансовый круг и участники экспедиции впервые за все свое плавание встретили вождя, который отлично знает принцип: «Утром - деньги, вечером – стулья дружба».

Скрытая напряженность и драматизм - отличительные черты авторского стиля и каждый вправе решать нравится ему это или нет. Чем дальше я читаю Цвейга, тем сильнее скучаю по эмоциональной скупости и отстраненному изложению фактов. Но в небольших дозах автор хорош!

Что я знала до прочтения этой книги о Магеллане? Что он Фернан, и есть пролив!!11 Еще мне говорили, что он португалец. Хм. Что я знаю после прочтения этой книги о Магеллане? Оказалось, что он ни фига не Фернан и вовсе даже не Магеллан, Фернао де Магелльяеш он. А пролив действительно есть, только он не особо важен для мореходства. И несмотря на все португальство главного героя, свой Подвиг он совершил во славу испанской короны. Такие дела.

Цвейг, рассказывая о Магеллане, пафосен и велеречив, как никогда в ранее прочитанном. В своих биографических книгах он реально влюбляется в персонажей. И слава Магеллану, что он не такая озабоченная курица, как Мария Стюарт, а чрезвычайно брутальный мужик, чересчур даже, но лично мне выносить влюбленность Цвейга в адмирала было куда легче, чем в ко-ко-королеву.

Цвейг местами нудно, местами завлекающе рассказал обо всем известном в жизни Магеллана. Родился в Португалии в 1480г., служил во флоте обычным матросом, угодил в 2 важных сражения, долгое время жил в Индии, там и получил повышение, побывал в плену, ну, в общем, жизнь военного. Куда интереснее причины, побудившие неизвестного никому капитана ринуться в самую настоящую авантюру.

Цвейг достаточно обрисовал характер Магеллана, чтобы понять и самому и нам объяснить, что тот никуда бы не пошел (на корабле не пошел), если б не был на 100% уверен, что пролив между Западом и Востоком существует. Магеллан был очень расчетливым и продуманным человеком. Цвейг ооочень много раз воспевает осанну именно эти его качествам, и буквально захлебывается от восторгов, когда рассказывает о подготовке к экспедиции. Триста тыщ сухарей и двести пятьдесят три бочонка вина, ооооооо, как он смог это все рассчитать, о, великий математический гений Магеллана.

На самом деле я реально восхищена, но не личностью Магеллана - за некоторые поступки его под морской трибунал бы отдать на самом деле (есть же такой?) - а его талантом моряка. Первому пройти без штурмана, вслепую практически труднейший Магелланов пролив. После него еще долгое время те, кто туда совались, непременно теряли пару-тройку кораблей. Он же - ни одного. Великий мореплаватель.

Грустно было читать про финал сего славного путешествия. И даже не про смерть первопроходцев, потому как они получают в принципе то, чего и следовало ожидать. Кого-то съели, кого-то забили копьями, ну ок, это первобытные туземцы, что ж вы хотели. Но грустно в плане общечеловеческом. Ни жены, ни детей, ни соответственно потомков, если не считать потомками нареченный пролив, кратер на Луне и Галактику... Мне с женской точки зрения человеческие потомки милее. Пусть даже это первое в мире кругосветное путешествие действительно было огромным шагом для человечества. Стоит что ли оно того?

Как явствует из названия, эта книга посвящена известному португальскому и испанскому мореплавателю, совершившему первое из известных кругосветных путешествий, в результате которого был открыл пролив, позже названный его именем. Он стал первым европейцем, проследовавшим по морю из Атлантического океана в Тихий.

Предваряет историю главного героя авторский рассказ о том, как складывались события накануне знаменательного события, а также мы вкратце знакомимся с эпохой Великих географических открытий и что этому способствовало.

Основная часть произведения посвящена той самой экспедиции, в ходе которой был открыт пролив, позднее получивший имя Магеллана и навсегда сохранивший его для потомков, но для самого мореплавателя закончившейся трагической гибелью.

Автор достаточно подробно описывает все события морского путешествия, попутно знакомит читателя с различными перипетиями, встретившимися путешественникам на пути, а также с некоторыми моментами, иллюстрирующими ту историческую эпоху, знакомит нас с национальными особенностями различных стран и народов.

По прочтении в очередной раз убедилась, что писатель прекрасный рассказчик, умеющий расположить читателя к своему герою, а также умело заинтересовать происходящим на страницах, мысленно перенося нас через века, страны и континенты посредством отличного слова.

Книга очень понравилась, даже добавила ее себе в любимые. Раньше у Цвейга читала романы, с биографией столкнулась в первый раз. И должна сказать, что биография у него получилась не хуже, чем выдуманная история.

В меру художественной начинки, много подробностей жизни славного мореплавателя Магеллана. Красочно описаны все его приключения и трудности.

В особенности ценно то, что автор представляет не только описание его жизненного пути, но и объясняет некоторые поступки. Например, почему он - португалец по происхождению и национальности, был вынужден "предать" Португалию, и отправиться на поиски счастья к испанскому королю. Как всегда в этой жизни, решающим стал вопрос финансирования его проектов. В то время его задумки и замыслы воспринимались как очень амбициозные и рискованные.

Много трудностей вставало на пути. Но для потомков его имя навеки вошло в историю. Было интересно узнать и увлекательно наблюдать, как этому целеустремленному человеку удалось совершить грандиозный замысел - обогнуть Землю по морям и океанам в первый раз, совершив впервые в мире кругосветное путешествие, и доказав тем самым, что она таки круглая.

Не без "доброжедателей" и не без предателей, но он это сделал.

На днях мне встретилось интервью Михаила Кожухова, в котором он на вопрос «Ваша любимая книга» ответил: конечно же, «Магеллан» Стефана Цвейга. /Михаил Кожухов — известный такой дядька с усами и небольшим брюшком, объездивший целый свет в качестве ведущего передачи «В поисках приключений», влезавший на высокие выси и спускавшийся в глубокие глуби, усмирявший слонов и крокодилов, учившийся рисовать иероглифы и стрелять из духового ружья.../ Я поняла, что еще одна книга доброго знакомого, глубоко-мной-уважаемого Стефана Цвейга прошла мимо. И, как вы понимаете, бросилась догонять...

Итак, Магеллан. Известный путешественник и первооткрыватель, великий мореплаватель, о котором мы по сей день знаем до обидного мало. Сама фамилия его уже звучит, как шум волн... Стефан Цвейг сетует на неполноту исторических документов, на отрывочность свидетельств современников Магеллана. Наиболее ценным из них, видимо, является Антонио Пигафетта, юный романтик, не умеющий плавать, но случайно затесавшийся в ряды моряков, добровольный летописец, оставивший подробные заметки о чудесной экспедиции вокруг света. Цвейг, с присущей ему обстоятельностью, шаг за шагом восстанавливает историческую картину, скрупулезно придерживаясь фактов, рассматривая письма и королевские указы, амбарные книги и копии карт, стремясь не привнести ничего личного или сомнительного, стараясь быть объективным и беспристрастным. Педантичный, душевный Цвейг не меньше самого Магеллана озабочен соблюдением справедливости.

«Магеллан» (или «Подвиг Магеллана») - биографическая повесть, полностью лишенная диалогов. Это ровное, подробное повествование, с умеренным количеством цитат и ссылок, с непривычки дается тяжело — именно за счет большой плотности текста: перескочил пару строк — потерял мысль, надо возвращаться и читать внимательно. Но постепенно к такому стилю приспосабливаешься и даже начинаешь находить в нем особый вкус. Звуки и запахи, и соль морских брызг вырываются со страниц книги — несмотря на отсутствие пейзажных зарисовок и документальную сухость фраз; воображение достраивает недостающее, и ты с восторгом погружаешься в будоражащий мир странствий и приключений.

Еще во вступлении Стефан Цвейг подчеркивает изнеженность и привычку к комфорту у современных путешественников, легко пересекающих моря и океаны и не задумывающихся над тем, с какими тяготами был сопряжен тот же путь несколько столетий назад. Именно этот контраст, по его словам, побудил его приняться за биографию Фернана Магеллана — как за историю о решимости и мужестве на пути к достижению цели, благодаря чему, не в последнюю очередь, мы теперь можем легкомысленно принимать как должное быстроту и комфорт. Но то ведь было еще во времена Цвейга — что уж говорить о «сейчас», когда каждое десятилетие наука и техника совершают прыжок... Таким образом, «Магеллан» - книга для терпеливых и любознательных, которые обязательно будут вознаграждены, ибо прикосновение к чужому подвигу окрыляет и дает силы идти вперед, навстречу мечте. Дерзайте — и дано будет вам! И, конечно, спасибо Михаилу Кожухову - за наводку.

- Португалия, Испания, водные пространства Тихого и Атлантического океанов, 1500-е годы. - География, приключения, путешествия, открытия, на реальных событиях.

Нужное чтиво. Узнала том, о чем раньше не слышала. Впечатляющие открытия и подвиги людей. То, что история реальная, еще больше трогает и поражает. И так обидно за тех отважных мореплавателей, которые рисковали жизнью, покидали семьи и не были в свое время оценены по достоинству.

Спасибо С. Цвейгу за интересный экскурс в прошлое. За небольшую информацию о развитии морских путей из Португалии, за биографические сведения и характеристику первого кругосветного мореплавателя Магеллана. За интригующие подробности подготовки к изучению новых маршрутов и за описание тяжелого путешествия, которое для большего числа смельчаков стало последним. Много препятствий ожидало Магеллана по организации такого рискового мероприятия, но еще больше сложностей и трудностей возникло во время прохождения маршрута. Голод, холод, болезни, мятеж, интриги испанцев против непонятного для них португальского мореплавателя, сложный характер самого Магеллана - все это добавило дополнительные трудности в и без того сложный маршрут. З года продолжилось кругосветное странствие, открытие состоялось дорогой ценой.

Я под впечатлением от прочитанного: от людей, которые шли на такой смелый поступок, от условий, в которых совершались великие открытия.