Бойцы

Полюбившийся отечественный писатель-классик Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк не даёт покоя — знание, что в букридере ещё хранятся и ждут своей очереди на прочтение файлы с романами и повестями, а также рассказами и очерками автора, буквально зудит и оставляет после себя расчёсы на хотелке. И потому в минутку, выпавшую между концом отыгравшего и ушедшего 2017 года и началом нового игрового года 2018, коварные пальцы привычным путём отщёлкали маршрут на клавишах букридера и на мониторе-экране высветилось "Бойцы. Очерки весеннего сплава по реке Чусовой".

Интерес к этому произведению Мамина-Сибиряка был изрядно подогрет прочитанным четыре года назад романом А. Иванова "Золото бунта, или Вниз по реке теснин" — в романе Иванова последнюю четверть объёма как раз и занимает мастерски описанный сплав на барке в составе каравана по совсем непростой уральской реке Чусовой.

Знаете, если убрать из ивановского романа всю приключенческую часть и оставить только полудокументальное описание сплава, то эти два произведения окажутся весьма близкими. И тогда очерк Мамина-Сибиряка, в моём понимании и видении, будет более ценен и более высоко оценен. Хотя бы потому, что сам автор не раз проходил это путь на барке по Чусовой, причём проходил его не из праздного любопытства, но будучи студентом и из необходимости добраться к месту учёбы. И потому молодой человек своими глазами и всей душой впитывал в себя все путевые впечатления, но главное — наблюдал всю картину ужасающей нищеты бурлацкого народа и не менее жуткие нравы бурлацкого быта. Ему — Мамину-Сибиряку — не нужно было ничего домысливать и у кого-то выпытывать расспросами, он имел возможность быть не просто очевидцем, но фактически одним из участников этого непростого дела — весенний сплав по Чусовой.

Небольшое по объёму произведение. Читается на одном дыхании. Но как много мыслей и чувств оставляет после себя...

Наступлению весны радуются как природа, так и люди. Реки спешат пробудиться от зимней спячки, освободиться от ледяных оков, чтобы снова закружиться бурлящей свободной жизнью и мчаться вперёд. Как только река перестанет быть покрытой льдом, начинается сплав барок по ней. В очерке Мамина-Сибиряка как раз рассказывается об этой трудной, но такой важной работе сплавщиков на реке Чусовая. Для них открытие сезона - праздник. Народ бежит к реке смотреть, как она по-своему готовится к нему, а также на то, как кипит работа: непосредственная погрузка барок бурлаками. Работа идёт полным ходом, и мне было интересно наблюдать, как автор подробно описывает этот процесс.

А какой же праздник без еды и выпивки? Судя по всему, они начинают праздновать заранее и не ограничиваются одним стаканом или кружкой. Автор также не забывает поведать нам о том, во что одевались рабочие - их одежда отличалась в зависимости от принадлежности к каждому сплаву. А куда же без музыки, танцев и песен! Все эти звуки сливались в единую какофонию. Но за всей этой шумихой и весельем, нельзя забывать, как сложно живется сплавщикам: барку может снести в любой момент и превратить в щепки, а люди - погибнуть, оплата зависит от того, когда вскроется река, а по дороге могут встретиться бандиты. Мамин-Сибиряк не приукрашивает, а показывает реальность такой, какая она есть.

Особенно автор выделяет одного героя, Савоську, указывая, что тот был хорошим работягой, но совершив грех, не смог себя простить и находил временное успокоение в алкоголе. Трагизм его судьбы - это отражение суровой действительности, в которой жили люди его времени.

Данное произведение- это не просто изображение процесса сплава, а образ русского народа. Такие произведения нужно читать, чтобы лучше понять историю страны и судьбы народа.

Прослушала в исполнении Евгения Терновского. Не считаю его своим любимым чтецом, но здесь его работа мне понравилась. Читал он вдумчиво, эмоционально, как будто сам был участником действия.

Изумительная по своей силе документальная книга очерков Мамина-Сибиряка, как свидетельство жизни северного и среднего Урала второй половины 19 века, может стать настоящим подспорьем всем, кто не только интересуется природой тех мест, но и особенностями жизни простого люда. Можно выстроить несколько векторов книги, но они, в итоге, как притоки, вливаются в единую картину. Тем она и ценна, что документальна, что описана подробно самим писателем, побывавшем в тех местах и прошедшем вместе со всеми на барке сплав по Чусовой. Начинать рассказ об этой книге надо, конечно с географии.

Чусовая - это самая большая и капризная река всего уральского региона. Имея исток в Большом Чусовском озере, что в Челябинской области, она, пересекая Уральский хребет, течёт по гористой местности Свердловской области и Пермского края, впадая в Каму. Та, в свою очередь, впадает в Волгу, а Волга, как известно всем, впадает в Каспийское море. очерки этого путешествия затрагивают сплав от устья реки Каменки, что впадает в Чусовую до Перми. Большую часть этого пути река несудоходна. Лишь ранней весной, когда тающие снега поднимают уровень воды, можно сплавляться по ней. Но, сплав по Чусовой - это очень опасное занятие. Дело в том, что река ведь горная, каменистая, течёт изгибаясь многократно, да и уровень падения достаточно высок в отличии от равнинных рек. Потому и ценятся опытные сплавщики, умеющие неповоротливую и тяжёлую барку отвести от неминуемой гибели. В верхнем течении реки стоят утёсы каменные в самых сложных местах, где река делает резкие повороты, их и называют "БОЙЦЫ" - уж больно много бьются об них лодки и барки. В нижнем же течении, что более равнинно, что уже ближе к Перми, другая беда для сплавщиков - отмели, которое все каждый год надо проходить по-разному в зависимости и от уровня воды в реке, и от силы течения. Потому и тяжела работа бурлаков, потому и есть увечные, есть утопленники.

Но, кто же захочет добровольно идти на сплав? Много, много людей с разных мест, как местные уральские, так и вятичи, башкиры приходят ещё когда река во льду на пристань Каменку. Ужасная нищета гонит их их своих сёл сюда за хоть каким-то заработком. Не все проходят сплав, многие мрут ещё в дороге, многие заболевают в ожидании на берегу, многие заболевают тифом, получают увечья и умирают. Да, умереть для нищего, голодного крестьянина, пришедшего на сплав, гораздо лучше, чем обезножить или руки лишиться, ведь никто ему ни копейки не выплатит, никому он не нужен. Много способов есть у компании, что занимается сплавом, нажиться на таких вот "людишках". Все эти способы очень подробно писатель описал. Страшно даже становится, читая всё это... А, ещё сейчас говорят, что при царе-батюшке жилось русскому человеку вольготно и сытно. Таким вот приверженцам "искривления" истории и посоветую эту книгу, как документальное свидетельство тех лет, когда после отмены крепостного права людям не стало жить легче, им стало ещё тяжелее.

Но, пора и повести черту. Прошло уж почти полтора столетия, как написано это было. Жизнь, конечно, изменилась круто, но ведь не во всём. И сейчас также деловые компании обдирают простого человека, платя ему сущие гроши, урезая его права, тем самым зарабатывая себе огромные деньги. Советую книгу всем, кто интересуется краеведением и историей России. Я же приведу лишь одну выдержку из книги.

Чусовая — одна из самых капризных горных рек. Самые заурядные явления, повторяющиеся периодически, не поддаются наблюдению и каждый раз создают новые подробности, какие в таком рискованном деле, как сплав барок, имеют решающее значение. Это зависит от тех физических условий, какими обставлено течение Чусовой на всем ее протяжении. Начать с того, что падение Чусовой превосходит все сплавные русские реки: в своей горной части, на расстоянии четырехсот верст до того пункта, где ее пересекает Уральская железная дорога, она падает на восемьдесят сажен, что составит на каждую версту реки двадцать сотых сажени, а в самом гористом месте течения Чусовой это падение достигает двадцати двух сотых сажени на версту. Для сравнения этой величины достаточно указать на падение Камы, Волги и Северной Двины, которое равняется всего двум-трем сотым сажени. Затем, коренная вода на перекатах и переборах в межень стоит четыре вершка, а весной здесь же сплавной вал иногда достигает страшной высоты в семь аршин.

Эпиграфом очерков послужила именно та народная песня, без которой бурлаки не обходятся нигде "Ой, дубинушка, ухнем!" Слушайте в исполнении Фёдора Ивановича Шаляпина: https://vk.com/audio596397345623915471f236a66953f06850