Ё

В сборник вошли произведения разных жанров и стилей: две повести, несколько рассказов и эссе. Подобное разнообразие позволяет более полно ознакомиться с творчеством замечательного писателя. В представленных произведениях наличествуют и фантастическо-мистические, и детективные, и историко-биографические составляющие. Юмор и сатира скрасят некоторые особенно острые моменты. «Своеобразие мышления» подчеркнёт неповторимость прозы Евгения Лукина.

Ё Несмотря на убийства, весёлый вышел детективчик, и злободневный такой. Буква «ё» считается необязательной в русском языке, в штыки воспринимаются изменения орфографии. Но если «ё» заменять «е», то как узнать правильное звучание некоторых слов? Например, «афёра» или «афера»? Да, существуют орфографические словари, но и в них закрадываются ошибки. Повесть получилась с некоторым сатирическим акцентом. Старший оперуполномоченный Алексей Михайлович Мыльный раньше боролся с экономическими правонарушениями, но его перевели (с некоторой задней мыслью) в убойный отдел к полковнику Непадло (фамилии героев - отдельная статья!). И вот стали появляться трупы. Каждая из жертв убита тяжёлым предметом (молотком?), удар нанесён в области затылка, на груди трупов имеется надпись. Одно короткое странное слово, то есть слова разные: афёра/афера, жёлчь, йоркшир/йод. Почему на одном трупе вырезано «афёра», а на другом - «афера»? И какое из написаний правильно? Возможно, действует особый литературный маньяк или группа маньяков? Например, один из Союза ёфикаторов, мечтающих воскресить букву «ё», а другой из лагеря противников такого воскрешения. А вдруг это целая организация, ставшая на путь орфоэпического терроризма? Или прав Славик с шуткой: «Может, это просто торговая акция? Залежались словари на складах…» Отыскать преступника и раскрыть его перед читателем - это не та цель, которую поставил автор.

Лучше переёжить, чем недоёжить…

Секондхендж (Фантастическая повесть из цикла «Лыцк, Баклужино, Суслов») Самопровозглашённая полгода назад республика Баклужино готовится избрать своего первого Президента. Хороши православные коммунисты Арсений и Артём, цитирующие Дзержинского и апостола Павла. Хороши, да выборы проигрывают. А вот коалиция экстрасенсов и колдунов во главе с учеником чародея Глебом Портнягиным набирает народные голоса. Остановить будущего президента мечтают многие и среди них не только политические противники... Как и в остальных произведениях Евгения Лукина, в этой повести интересно вылавливать, кто и что скрывается за названными именами. Секондхендж обязан своим названием Стоунхенджу.

В сборник входят три небольших рассказа: «Мгновение ока», «Тризна» и «Со всей прямотой». Мгновение ока (Неокиберпанк) В этом рассказе читатель встретится с уже знакомыми старшим оперуполномоченным Мыльным и полковником Непадло, узнает о принципе пьяницы и о том, как важно вводить корректные данные в поисковую программу компьютера. Тризна Грустный рассказ. Тризна по безвременно погибшим. Естественный отбор или искусственный отбор? Слишком много умерших, которых правильнее назвать убиенными, но протокол вещает: «несчастный случай». Со всей прямотой Дементий не верил никому, он чуть ли ни силой выбивал правду у жены, сына, соседа. Мечтал только об одном, чтобы все были честны и прямодушны. «Любой правдоискатель по природе своей недоверчив», вот и Дементий не верил, искал сыворотку правды, чтобы вывести весь мир на чистую воду. Ну, пусть не весь мир, а лишь своих близких...

не-Ё Под этим названием опубликованы некоторые эссе писателя. Грязное животное Эссе - не совсем тот жанр, который я бы приписала этому рассказу. «Грязное животное» - разбор несуществующего произведения, написанного шимпанзе по кличке Мими на языке жестов. Сам обезьяний роман представляет собой её впечатления от просмотра фильма «Волкодав». Да, форма подачи - эссе, но ведь фантастика чистой воды! И сатира, конечно. Она закрадывается мыслью: а не считаем ли мы бестселлерами то, что написано обезьянами?

Мы имеем дело с тем загадочным случаем, когда читательская любовь прямо пропорциональна количеству литературных огрехов. Явление довольно распространённое. Написана книга бездарно, прочитана — гениально.

Недоразумение длиной в двадцать лет О мистических случаях, о так называемой чертовщине, завязанной на чтении и переводах. Это эссе мне понравилось необычайно, даже мурашки были. Я и сама собираю подобные случаи-совпадения. Автор обращается к Борхесу, чья книжная мистика общеизвестна, чтобы уверить, что жизненная мистика не менее мощная. Случившиеся истории связаны с именами Уайльда, Георга Борна (Давида Григорьевича Штерна), братьями Стругацкими.

Технический ВТУЗ Этот очерк составили сохранившиеся черновики в виде кратких примечаний к первому сборнику рассказов автора (авторов). «Этакая исповедь самоучки. Вернее, конспект исповеди» - сказал об этих записях Евгений Лукин. Дальше - небольшой комментарий по каждому рассказу.

Какой рассказ ни возьми — везде либо атака на реальность, либо побег из неё. Чаще всего нам почему-то хотелось убежать в первобытную Полинезию, где бы нас неминуемо съели.

Эссе будет полезно начинающим фантастам (и не только), так как в нём много интересных советов. Под некоторым воздействием (фамилия не называется) авторы Лукины выписали все наработанные приёмы на отдельный листок, озаглавив: «технический втуз». Вот несколько строчек из списка: иногда следует обжать героя обстоятельствами или применить «принцип беспяточного чулка»; дописав до половины, не вводи новых сущностей (достраивай вещь из уже имеющегося материала, если же какая-то деталь в конце оказывается лишней, лезь в начало и вымарывай её к лешему); прежде чем взяться за работу, определи, что нового ты хочешь себе объяснить своей повестью; когда пишешь о чём-то тебе не известном, найди что-нибудь похожее в окружающей жизни (пусть это явления разные, но существуют они по одними тем же законам); помни, что самое сильное средство воздействия на читателя - это сокращение и так далее. Причём у каждого правила есть исключения. Отец Чечёточник, музыкант, актёр, режиссёр, художник, писатель - и всё это с приставкой «самородок». Талантлив во всём, всё делает профессионально без всякого образования. Острослов, упрямый жизнелюб с чудовищной силой воли и самообладания... Евгений Лукин рассказывает об отце с любовью и сыновьей гордостью.

Ироничная литература - непростое явление. Огромная ее часть - попытки сплясать на саркастичных цитатах из пабликов. А вот книг с действительно остроумными оригинальными замечаниями - кот наплакал. К счастью, это как раз тот самый случай. Сборник можно смело растаскивать на цитаты. С сарказмом и иронией у автора все в порядке. На особо удачных моментах я всхохотнула. Да и идеи нетривиальные. Но тут кроется основная проблема: это сборник рассказов. И некоторые невероятно удачные, а другие прошли совершенно мимо. Хотя с точки зрения филологии, прекрасны все. Но меня сюжетно зацепили 50 на 50. Главное произведение "Ё" - заслужено звезда сборника. Тут ироничный филологический детектив с маньяком, литературными психами и возможной метафизикой. Такое явно прекрасно. Остальное идет прицепом. А еще очень чувствуется, что это писалось в нулевые. Такие отчетливые вайбы старой литературы того времени. В 2000х было популярно ироничное направление. Как будто на пару часов вернулась на пятнадцать лет назад.

Для прозы Евгения Лукина характерна трагичность, легкая горчинка и обязательная интерпретация острых социальных проблем и вопросов морали. Проза Лукина всегда социальная, и слегка фантастичная, но неизменно написанная прекрасным языком, воздушным и вкусным.

В сборнике «Ё» представлено несколько повестей, рассказов и эссе. Повесть «Ё» - это своеобразный иронический детектив, называемый автором «низкопробный детектив», в котором Лукин тонко высмеивает неприглядные стороны нашей жизни через призму тотальной неграмотности и «недоброты», ставших столь характерными для нашего общества в последние десятилетия.

Повесть «Секондхендж» - до боли сатирическое провокативное повествование о том, как мы докатились до жизни такой - неправедной, серой. Здесь наличествуют политтехнологии, алкоголь, перетягивание одеял к себе любимому, и поэтапно описан путь к загниванию личности. И пусть в мире «Секондхенджа» есть колдуны, вот только мир этот - явное отражение нашего, отчего сразу становится страшно.

Рассказы, представленные в сборнике, реалистичны и абсурдны, в них находится место гротеску, притче, забавным героям, сказочности, грусти и душевности.

Что касается эссе, то возможно включение в данный сборник публицистики и оправдано тем, что она позволяет лучше понять Лукина-человека и его мотивации, но мне было сложно переключиться с художественной прозы на документальные произведения.