Трагедии

Рецензию на поросшую мхом древности драму Эсхила хотелось бы начать цитатой чеховского героя - Харлампия Спиридоновича Дымбы -греческого кондитера, который в шуточной пьеске "Свадьба" без устали повторяет: "В Греции всё есть!"

Действительно, где еще можно найти драматическое произведение, коему бы числилось две с половиной тысячи лет? Только в Греции!

Но, признаюсь честно, меня знакомство с раритетом мировой литературы несколько разочаровало. Нет, речь идет не о сюжете, все же, я, имея историческое образование, заранее знал о чем пойдет речь, это тот случай, когда о спойлерах даже нечего говорить. Я имею в виду неимоверную скуку, с которой мне пришлось столкнуться при чтении драмы. Действия, как такового, очень мало, в основном разглагольствования хора на философские и мировоззренческие темы, которые все крутятся вокруг воли богов. Ну, это известная специфика древнегреческой драматургии, и, поскольку данная пьеса не первая в списке осиленной мною античной литературы, я к этому был готов. Но мне, как я теперь - после прочтения - полагаю, не очень повезло с выбором перевода, точнее, я даже не выбирал, а скачал "что было". Это оказался перевод Вячеслава Иванова.

Я смотрю, многие читали в переводе Соломона Апта, по крайней мере те, кто остался в восторге от знакомства с "Агамемноном", может Апт справился с задачей лучше, но Вячеслав Иванов заставил здорово помучиться. Текст у него получился рваный и дерганый, диалоги состоят из обрывочных фраз, создавая эффект какого-то лексического крошева или мозаики. Короче, когда древнегреческого драматурга пытаются озвучивать языком "Серебряного века", получается какая-то дикая эклектика, в которой и Древняя Греция размывается, и "серебряный век" выглядит помпезно, неуклюже и нелогично.

Конечно, всё вышесказанное - мое личное мнение, но мы же в рецензиях именно личными мнениями и делимся. Так вот, для меня Вячеслав Иванов в качестве переводчика античной литературы попадает в категорию "лучше не надо". Теперь буду особое внимание уделять авторству перевода.

Сама же драма, как я уже сказал, довольно статична, действия мало - хора много. О сюжете рассуждать не буду, кто не знает обстоятельств, связанных с троянской войной? О ней современному интеллектуалу, да и среднестатистическому обывателю, известно намного больше, чем о сотне и тысяче других исторических событий, гораздо более близких нам по времени. За это мы можем быть благодарны древнегреческим "литераторам", среди которых и Эсхил, но пальма первенства, конечно же, у старика Гомера.

Скажу о том, насколько за века сменилось восприятие добра и зла. Современные рецензенты в массе своей становятся на сторону жены Агамемнона - Клитемнестры, оправдывая убийство мужа местью за дочь. Но сам автор неустанно внушает читателю, а точнее - зрителю, мысль о порочности Клитемнестры и её любовника Эгисфа, обличая их в гордыне, низменности желаний и жестокосердии.

Ведь то, что в наших глазах выглядит ужасающей дикостью - принесение дочери в жертву, в том социуме воспринималось совсем иначе. Да и сами обстоятельства того, как было совершено жертвоприношение раскрывают глубокую трагедию отношений между дочерью и отцом. Ведь Агамемнон до последней возможности пытался защитить дочь, но войско требовало исполнения "воли богов", и тогда Ифигения, так звали дочь, сама согласилась принять ужасный жребий.

Знание этих обстоятельств не оправдывало Клитемнестру в глазах автора и его зрителей. На это указывает и название драмы, ведь Агамемнона в пьесе совсем чуть-чуть, главная героиня - Клитемнестра, но драма называется "Агамемнон", потому что он представлен в роли жертвы подлого злодейства.

И еще очень важно понимать, что участие богов в жизни древних греков было настолько плотным, что нам сейчас это даже сложно представить, боги присутствовали в каждом миге, в каждом действии, совершаемом смертными, и всё было выражением их воли. Выглядит довольно инфантильно, но так и общество еще находилось в относительно младенческом состоянии.

Особо следует отметить, что вместе с Агамемноном жертвой предательства стала и "безумная девица" Кассандра, та самая, что "ясно видела Трою павшей в прах", беду, грозившую ей и её пленителю в Аргосе, она предчувствовала, но ясно увидеть уже не смогла, видимо на то "была воля богов".

"Жертвы у гроба" продолжение пьесы Эсхила "Агамемнон". По сюжету Орест возвращается домой с изгнания, узнав о смерти отца. Клитемнестра страдает муками совести и боится за свою жизнь. Эгист, ее сожитель, уже почивает на лаврах свершенного переворота. А Электра, дочь Клитемнестры, повстречав на могиле Агамемнона брата, составляет с ним заговор с целью отмщения...

"Знают лишь бессмертные, Какие вихри нынче закружили челн Судьбы моей."

Удивительны все же бытовавшие тогда нравы. Меня чрезвычайно поразило, что Аполлон, бог Солнца и Любви, не только призывает, но настаивает и приказывает Оресту убить мать. А если тот не отомстит за кровь кровью, то понесет страшные кары и муки 00 А если ты не убийца и не хочешь убивать? Мне вот интересно, если бы не вмешательство бога, стал бы Орест вершить свое возмездие или нет? Хотя, если судить по образу, выписанному в пьесах Эсхила, то стал бы.

Орест сразу мне стал неприятен ибо на "мщение" он идет, чтобы избежать проклятий Аполлона и Эриний (которые все равно за ним в итоге стали следовать), но также и от нищеты, и желания занять трон, и вообще царством правит женщина, а это непорядок. Еще один момент, который меня покоробил в этом "герое", что он планирует убийство и при этом подлое. Нет, чтобы вызвать Эгиста на поединок, он собирается убить его исподтишка да и еще при помощи друга. Сразу видно великолепный воин и справедливый будущий царь-- И, кстати, Орест вошел гостем в дом и был гостеприимно принят матерью, разве не подлостью было отплатить убийством хозяевам, который пустили его в дом? Где же Зевс, который так чтил нерушимые традиции гостеприимства?

Заинтересовал меня и образ Электры, хоть ее тут показали лишь мельком. Дочь проклятой семьи оказалась между двух огней - памятью и верностью убитому отцу и живой матерью, которая с помощью своего любовника совершила злодеяние. Единственное чего я не понимаю, почему Эсхил вообще не упоминает Ифигению? Почему никто из семьи не помнит свою принесенную в жертву сестру? Почему Хор советует Электре призывать на могиле отца кровавое отмщение на голову матери? Почему убийство матери расценивается ниже убийства отца? Хотя я не могу отрицать, что Клитемнестра все же по-скотски поступила со своими остальными детьми. Увлекшись своими любовными метаниями, она не спешила вызывать из изгнания сына Ореста, а ее дочь Электра вообще сетует, что в собственном доме из нее сделали служанку. Как там было на самом деле? Кто прав, кто виноват?

Так уж вышло, что эту пьесу у Эсхила я прочитала не 2, а 3 в цикле, так как в моем сборнике трагедий порядок оказался нарушен. И если прошлые работы автора мне очень понравились, то тут я некоторые строфы не могла читать спокойно, настолько изрекаемые героями слова расходились с моими моральными устоями) Вот вроде и понимаешь, что время другое и традиции с мышлением тогда у людей были другие, и автор не виноват, что такое пишет))), но все равно... читалось сложно. Поэтому "Жертвы у гроба" пока что у Эсхила именно та трагедия, которую я перечитывать точно не захочу. Но тут уж проблемы субъективного восприятия, если же оценивать саму пьесу, то она, конечно же, хороша.

" Без вины человеку прожить не дано, Не дано прошагать по земле без греха, И от горя, от бед Никому навсегда не укрыться."

Картина - "Эгист над телом Клитемнестры, убитой Орестом", художник - Charles Auguste van den Berghe

Трагедия Эсхила "Персы" повествует о поражении царя Азии Ксеркса, сына Дария, который созвал знамена и собрав многотысячное войско морем и сушей отправился покорять Грецию. Но в морской битве у взгорья Саламина загубил всю армию. Пехота разбежалась, уцелевшие корабли разбросало, и мало кто вернулся в Азию, погибнув в пути от голода и холода.

"Но какой способен смертный Разгадать коварство бога? Кто из нас легко и просто Убежит из западни?"

Мне основной мыслью произведения, которая от начала до конца трагедии сквозила от строк, показалось - "разочарование". Разочарование персов в своем царе, который до этого дня для них был подобен богу. Ведь после разгромного поражения, испытанного в Афинах, Ксеркс уже не имел влияния в своей стране, он один должен был ответить за все смерти лучших воинов Востока и гибель армии, но при этом и сама Персия лишилась власти над Азией. Персидскому царю больше не поклонялись, сожалели о его отце Дарии, создавшем могучее государство, не хотели платить дань. Собственно, своей гордыней и тщеславием Ксеркс сам погубил свою божественность и величие Персии.

Больше всего в трагедии мне понравился сон царицы Атоссы, очень символичный и образный эпизод вышел, а еще как тень Дария под призывами персов таки вышла из подземного царства дать совет своему народу. Любопытно было взглянуть на верования греков, как их описал Эсхил, о жизни после смерти. Ведь Дарий даже в Аиде продолжал "жить" и пользоваться почетом, а когда его страстно призывали на родину смог уговорить богов отпустить свою тень на землю. Только вот никакие богатства после смерти доставить радости уже не могут, а о событиях в мире тень может узнать лишь от людей, приходящих к надгробию. Так, Дарий не знает о поражении сына, но знает о слезах своей жены над своим саркофагом.

Ну и еще меня поразили греки. Как при настолько неравном соотношении сил в морской битве, ведь у греков по словам Эсхила было только 300 кораблей, а у Ксеркса более 1300, они смогли смело протаранить персидские суда, повергнуть захватчиков в страх, выиграть этим сражением войну, да и еще преследовать и добивать корабли врага, попутно не забывая о пехоте.

Единственное, что мне не понравилось и за что я сняла балл - финал. Я ждала от Ксеркса, как трагического персонажа, чего-то большего чем бесконечные рыдания и стенания.

Пьеса, не смотря на время написания, читается легко и с интересом. Особенно, если иметь в виду, что Эсхил был современником тех событий и знал не понаслышке о чем пишет. К тому же, не смотря на небольшой объем, само повествование вышло масштабным и много тем для раздумий содержит. Пожалуй, продолжу читать Эсхила дальше=) Картина «Битва при Саламине», художник - Вильгельм фон Каульбах