Миргород. Пьесы

1 апреля - идеальный день для того, чтобы изложить свои мысли по поводу "Ревизора". В самом деле, сегодня целых два повода для этого: во-первых, сегодня - день смеха и юмора, как раз того, чего очень много в сатирической пьесе, во-вторых, сегодня еще и день рождения... Владимира Познера, но это не имеет никакого значения, будем считать это моей неудачной шуткой, на самом деле сегодня еще и день рождения автора "Ревизора" - Николая Васильевича Гоголя.

Гоголь привнес в русскую литературу, да и в мировую тоже, новое качество - произведения, в которых не было места положительному герою. В этом отношении "Ревизор" стал в каком-то смысле предтечей "Мёртвых душ". В обоих произведениях мы видим главного героя, не отличающегося положительными качествами, но такое в литературе бывало и до Гоголя, но, как правило, это компенсировалось второстепенными положительными героями. А у Гоголя и тут сплошные городничие, Земляники, Ляпкины-Тяпкины, Добчинские-Бобчинские, Держиморды... или Маниловы, Ноздревы, Собакевичи, Коробочки, Плюшкины...

Известно, что когда Гоголю задали вопрос об этой особенности "Ревизора". он ответил, что положительный герой в пьесе все же есть, и этот герой - смех! И надо признать, что это абсолютно жизненная схема, с которой мы сталкиваемся практически ежедневно. В реальной жизни очень трудно найти положительных персонажей, чаще всего на это претендуют лучшие друзья, кумиры и мы сами. Но, если положить руку на сердце, то и у друзей, и у кумиров, всегда можно найти слабые места, а уж у себя любимого или любимой (в зависимости от гендерной принадлежности :) таких мест полным-полно, но это, как правило, великий секрет от всех, а часто и от самих себя.

И в реальной жизни, наполненной неидеальными персонажами, на каждом шагу встречаются ситуации, над которыми можно посмеяться, правда, смех не всегда бывает веселым, а чаще горьким, но, если вдуматься в то, что происходит на сцене во время представления "Ревизора", то тоже придется признать, что основа у этого смеха - горькая. Такая основа у любого сатирического произведения, потому как предназначение сатиры высмеивать не самые лучшие явления нашей жизни.

Завязка у пьесы довольно абсурдная, но и это вписывается в реалии жизни, потому что абсурда в ней на самом деле намного больше, чем мы привыкли думать. Абсурд сопровождает нас практически везде, просто мы научились его не замечать, часто принимая абсурд за норму, и для того у нас имеется масса причин. Как и у героев "Ревизора", которые толковали абсурдность случившегося с ними каждый в свою пользу, надеясь извлечь из неё каждый свою выгоду.

Со школьных лет нам внушали, что в пьесе Гоголь высмеивает порядки царской России. Если бы... Конечно, малость чиновная система царизма попадает под секиру сатирика, но в большей степени под неё попадают человеческие качества окружающих людей. Именно человеческие типы высмеивает Гоголь, и эти типы никуда не делись после крушения царизма. Самодержавие кануло в лету, а Хлестаковы остались, и Ляпкинв-Тяпкины остались, и Земляники, и Сквозник-Дмухановские, и Хлоповы, и все прочие тоже тут, рядом с нами, сидят в партере и смеются над гоголевской пьесой, прямо по тексту оной: "Над кем смеётесь? Над собой смеетесь!"

Ну что же, только и остается - посмеяться над собой, тем более повод подходящий - 1 апреля, всё-таки :)

Ай, знатная какая повесть у Гоголя. Вот так люблю его малороссийские повести из обоих сборников, что даже не знаю, какую из них люблю больше. Иногда кажется, что это "Ночь перед Рождеством", а как перечитаешь "Страшную месть", так уже вроде и она, а возьмешь в руки "Вечер накануне Ивана Купалы" или "Заколдованное место", понимаешь - одна из них, да только "Тараса Бульбу" откроешь и переменишь мнение, а перечитав снова "Вия" отдашь без сомнений первенство ему.

Помню, с каким замиранием сердца я читал "Вия" первый раз. Было это в 1982 году, на абитуре, мне нужно было готовиться сдавать вступительный экзамен по истории СССР, а я не мог оторваться от "Миргорода". Как сейчас помню, в комнате нас трое, двое мучают талмуды "История СССР", а я наслаждаюсь Гоголем. Кстати, из нас троих на пять этот экзамен сдал один я, так что до сих пор считаю, что чтение классики накануне важного экзамена идет только на пользу.

Вот слышал я мнение, что в этой повести нет положительного героя. Если смотреть с колокольни бесстрастного подхода, то, может, оно и так, но я проникся сочувствием и пониманием к главному герою - Хоме Бруту. Да, он представлен не в самых лучших красках, он и лентяй, и пьяница, и сквернослов, но кто в нашем мире не без греха? Однако мне понравился этот семинарист, поставленный судьбой в очень сложное положение и я до последнего переживал за него в отчаянном противостоянии с нечистой силой, набившейся в маленькую церквушку со всей Малороссии. Несмотря на всю его леность, была в нем какая-то сила, которая давала ему шанс.

Недаром, ведь, там на хуторе, ведьма из троих бурсаков выбрала именно его. Значит, он казался ей самым достойным среди них, и укротить его, покататься именно на нем, было для ведьмы особенно желанно. Да и то, что ему удалось взять над колдуньей верх, оседлать в конце концов её самую, покататься на ней, а потом еще и забить до смерти, хоть и от страху, но все же, только доказывает его неординарность.

А потом три ночи в церкви рядом с гробом мертвой красавицы, которая не собиралась просто так спускать философу свою смерть в человеческом обличии. И снова Хома демонстрирует большую силу, выстаивая две страшные ночи против ужасов потустороннего мира. Он использует все доступные средства: религиозные - молитвы, но главные - магические - освященный круг, за который не могут пробиться силы тьмы.

Две ночи Хому спасает вера, и не столько вера в Бога, надо признать, что особой религиозной фанатичности в нем нет, а скорее, вера в себя, в свою силу и в свое везение. Но дается ему это не легко, весь меланин ушел на поддержание истощенных нервных сил. Хома продемонстрировал очень мощную внутреннюю силу, и, как часто бывает в этом мире, живущем по правилам джиу-джитсу, именно она его и погубила - сила Хомы стала его слабостью.

На третью ночь нечисть явила свой главный козырь - предводителя гномов Вия, чей взгляд мог пробить невидимую защитную стену, которую каждый вечер ставил вокруг себя Хома. И Вий явился. Хома знал, что ему нельзя смотреть в глаза Вия, если бы он был трус, он бы скукожился в центре своего круга, зажал бы руками глаза и уши, и кое-как дождался бы спасительных третьих петухов.

Но Хома рискнул посмотреть в глаза монстра. Зачем он это сделал, ведь, он знал, чем это чревато, и все же он взглянул. Да, это было жуткое любопытство, влекущее на край пропасти, но такое любопытство свойственно только сильным натурам - Хома Брут рискнул себя проверить, он верил в себя, он надеялся, что силы Вия не хватит на то, чтобы одолеть его. Он хотел познать силу взгляда Вия, чтобы познать себя.

Он проиграл свою жизнь, черти одолели его, разбудив в нем смертельный страх познания запредельного, перенести который он уже не смог, но он выиграл схватку с нечистью, которую своим невероятным упорством продержал до последних петухов. Завязшие в стенах церкви черти стали доказательством его силы духа.

Кстати, если внимательно перечитать первые страницы повести, можно обратить внимание, что Хома Брут постоянно чертыхается, он, как бы, предчувствуя свою судьбу, провоцирует черта, привлекает к себе его внимание. У талантливого актера Леонида Куравлева много замечательных ролей, тут и Афоня, и Жорж Милославский, и Пашка Колокольников, и Робинзон Крузо, но мне больше других нравится его работа в фильме 1967 года по этой повести Гоголя. Так получилось, что фильм я смотрел первый раз уже после армии, где-то в конце 80-х, и как же я был поражен, когда понял, что мое внутреннее видение Хомы почти идеально совпало с образом, созданным Куравлевым. Да и про панночку из фильма нельзя не сказать пару слов. Наталья Варлей великолепна, я нигде больше, ни в одном американском ужастике не видел такой изящной, и в то же время злой и холодной красоты, которую смогла создать на экране эта, вполне добрая по жизни, актриса.

Уж на что я человек неверующий, а и то усмотрел в "Ревизоре" религиозную основу. Один умный человек с Youtube-а подсказал, что в пьесе много двойственности. И правда, смотрите.

⇒В начале читают письмо (от Чмыхова) и в конце читают (от Хлестакова - Тряпичкину). ⇒Действие начинается с известия о приезде чиновника и заканчивается этим. ⇒В начале в ответ на известие городничего чиновники вопрошают: "Как ревизор?" "Как ревизор?". В конце, когда выясняется ошибка, все недоумевают: "Как не ревизор?" "Как не ревизор?" ⇒2 ревизора: мнимый и настоящий. ⇒2 женщины, конкурирующие друг с другом: Анна Андреевна и Марья Антоновна. ⇒Добчинский и Бобчинский. ⇒Слесарша и унтер-офицерша. ⇒Хлестаков и Осип ездят вдвоём. ⇒Городничему накануне снятся 2 страшные крысы (которые, заметьте, нюхают и не трогают - Хлестаков тоже пугает, "обнюхивает" горожан, но никому не вредит). ⇒В тексте фигурируют, противопоставляются 2 города: фактический уездный город и внесценический Петербург.

А Ваш покорный слуга додумал: что может такая двойственность означать? Где вообще встречается какого-либо рода противопоставление? 15 секунд назад в первой строчке Вы прочитали, что в религии. Ну, догадались? Рай и ад, Бог и дьявол.

Подробнее. Где собраны все грешники, в которых днём с огнём не сыскать ничего человеческого-человечного? В аду - в городе N. Куда хотят попасть грешники, да и вообще все люди? В рай - в Петербург. Об этом месте говорят с придыханием, в посланце оттуда видят ангела. Городничий с женой упоительно представляют, как они переродятся там, как они блаженно заживут в облаках этого дивного места. Бобчинский просит городничего: будете у государя (читай, в раю у Бога), скажите что живёт в таком-то городе Пётр Иванович Бобчинский, чтобы тот ниспослал на него свою милость.

Как у Христа есть Антихрист (уж, право, не знаю с большой ли буквы надо писать), так есть ревизор настоящий и анти-ревизор. Анти-, мнимый ревизор никто иной, как дьявол (между прочим, его как минимум дважды в тексте называют "дьяволом"). Сатана-Хлестаков каждого заставляет трепетать от ужаса, а женщин соблазняет безо всяких усилий. Он несёт с собой колоссальную энергию, переворачивающую город вверх дном и обнажающую все пороки жителей. Не припомню ничего доброго или хорошего, что бы принёс с собой визит Хлестакова. Вначале чтение было очень весёлым, но чем дальше в лес, тем чаще улыбка становилась грустной. Где-то на середине пьесы меня захлестнула горечь: какая жалкая Россия! Какая безнадёга! Нестираемые, глубокие трещины на зеркале, в которое смотрится Россия, и от них её рожа всегда крива. Истинный ревизор, который там, наверху проводит ревизию душ, не станет юлить и сразу по прибытию потребует к себе. От него уже не откупишься шестьюдесятью пятью рублями, он за грехи накажет да того и гляди отошлёт куда следует.

Едва ли Гоголь так состроил, и это всего лишь праздная теория "от нечего делать", отстаивать которую с кулаками не возьмусь, но каковую считаю прелюбопытнейшей. Гоголь также вряд ли ставил целью, зато "Ревизором" смог подарить русскому языку множество крылатых слов и выражений: взятки борзыми щенками, "сама себя высекла", "подать сюда Ляпкина-Тяпкина!", "Македонский герой, но зачем же стулья ломать?", свинья в ермолке, "не по чину берёшь", "над кем смеетесь - над собой смеетесь!", срывать цветы удовольствия, "человек простой: если умрет, так и умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет" и бессмертное «Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет ревизор»...