...И большой жираф на паровом ходу!
- Вы... вы сумасшедший!
- Возможно. Но чистота моего безумия придаёт мне сил.
Это Англия, которой правит королева Виктория - но Англия немного не та. Это мир, очень смахивающий на наш, но всё же не он. Здесь молодой учёный пытается построить паровоз, использующий вместо угля уран; королеву на троне может подменить человекообразная тритонша, - и никто ничего не заметит, а если заметит, то не подаст виду, ведь это неприлично; а замкнутая, но талантливая американская поэтесса в компании своего крайне эксцентричного коллеги по перу пускается в странствия по миру духов...
Ох, давно я не получал от развлекательной литературы столько чистого, дистиллированного развлечения. Тут вроде и можно к кое-чему придраться, но попросту не хочется. Да, по здравом размышлении, пожалуй, вторая повесть малость затянута, а финал "Виктории" кажется не очень интересным для такой в целом очень увлекательной истории с весьма язвительным посылом. Третий же рассказ и вовсе заранее смущал тем, что я не особенно поклонник поэзии; я подозревал, что у меня настройки для него окажутся слишком грубые. Так оно и вышло, кстати, это, пожалуй, наименее интересная лично мне история из цикла. Но это всё такие мелочи!
Я бы и не сказал даже, что это стимпанк - скорее прелестная альтернативная история с щедрой горстью фантастики. Стима - то есть пара, - на деле здесь чуть. Намного больше какого-то пэчворка из реальных событий и личностей, которые расставлены явно не по своим местам. Это превращает реальность в искажённое её подобие - вроде бы узнаваемое, но с накопленной критической массой отличий. И разбавлено оно сущим благородным безумием вроде человека с серебряным носом, рыболюдей (большой привет Лавкрафту) и боевых викторианских феминисток.
Всё это - один сплошной тонкий стёб над жанром, над викторианством, над викторианской моралью, ханжеством и популярными заблуждениями, написанный человеком, который отменно владеет языком и имеет приличный кругозор. Вдобавок автор очаровательно играется с формой и подачей историй. В третьем рассказе он использует как часть повествования сам поэтический стиль Дикинсон, а во втором очень занятно обыграл заглавного героя - надменного и узколобого натуралиста: "Агассис надулся как индюк (Meleagrisgallopavo)", "В его лице главенствовали карие глаза, столь же колючие и острые, как шипы морского ежа (вид - ёж обыкновенный класса ехидновых)" и т.д.
Это совершенно несерьёзная вещица - но так талантливо сделанная, что я влюбился без памяти. Кажется, я нашёл свой идеальный сорт развлекательной литературы и лучшего её представителя разом.
38 понравилось
