Эта история довольно долго остаётся спокойной и размеренной, состоящей из будней Старшей Рода Пенелопы Бишиг. Внезапный брак во имя Рода, всевозможные обязанности на пользу Рода, правила приличия и поведения на людях, чтобы не запятнать Род, заботы на пользу... ну, вы поняли. Всё во имя Рода. А ведь Пенелопе всего двадцать, и за этими бесконечными заботами она уже не чувствует себя, не имеет своих собственных желаний. В какой-то момент она стала казаться мне одним из её же созданий - големов, в которое вложили определённую программу действий, но в котором нет ничего живого. И так грустно и тоскливо стало за неё. И на контрасте с нею - Ёши. Колдун, которого не заботит вообще ничего, не волнует, кто и что скажет, который живёт в каком-то своём мире, беззаботными, легкомысленными мгновениями, рисует наброски, строгает фигурки, слушает музыку, играет в карты... Только зачем-то ему же понадобился брак с Бишигами? А Пенелопа наконец начала осознавать, как она устала жить так, как должно, даже не получая благодарности за свои заботы...

Но понемногу накапливаются странности, происходящие в Огице вокруг колдунов, непонятные смерти, крысиные деньги. А потом случается "вотэтоповорот", когда Пенелопа сама находит эти крысиные деньги. И потом - ещё один, когда с Ёши всё оказывается не так, как думалось.

Несмотря на размеренность и неспешность, у меня нарастало подозрение, что кто-то из тех персонажей, что рядом с Пенелопой, окажутся виновны. Может быть, из домочадцев - ведь как-то же попал труп на их территорию? Или подруга. Или из Конклава. Или из тех, кто занимался расследованиями. Лишь Става, кажется, всё же не вызывала подозрений. Хотя тоже могла вести свою игру. Но когда наконец стало понятно, кто же замешан, и к чему всё шло, я всё-таки очень удивилась. И мне кажется очень правильным финал, что выздоровление после хищного утра было долгим и сложным, другим оно и не могло быть.

Когда среди множества похожего друг на друга самиздата, чешущего кинки своих читателей, попадается вдруг такое, то как-то не верится в реальность происходящего.

Неужели кто-то из авторов ещё пишет книгу, похожую своим характером на главную героиню? На раннюю весну – льдисто-хрупкую, с режущими прозрачными гранями.

Неловко, непристойно, отвратительно, стыдно - и ещё куча синонимов. Неужели кто-то ещё придумывает своим героям особенную лексику? Такую, что вместе с ними плачешь бессильными слезами, потому что стыдно, непристойно и отвратительно в очень большой концентрации.

Вот он растирает висок при очередном приступе головной боли. А вот половину книги спустя она целует его туда, в ту чувствительную точку над ухом. Неужели кто-то из авторов ещё заморачиваться такими мелкими деталями?

Кто везёт, на том и едут...

Вашу жёсткость лучше подчеркнёт вот это...

Функции не говорят "спасибо"...

А она всего лишь стойкий оловянный солдатик, коробку которых ей подарили на три года.
Блин, кто додумался девочке – и солдатиков? ... Чтооооо?!! Автору и до этой крохотной деталюшки есть дело?!! Удивительно!

А такая прям очень по женски понятная зацикленность на маленьких сиськах? Ведь это они, ага, – источник всех бед. Зато комплименты шикарной заднице пролетают мимо сознания.

А наблюдать, как канцелярит потихоньку сменяется живым общением?

А их пароль-отзыв? "— Слышишь? — Варакушка?" И когда в одном месте этот пароль сбивается, случается страшное. Зато потом, когда всё встаёт на свои места, когда да, таки варакушка, – ну прям слезы облегчения.

В этой истории не столь важны события, сколько внутренние переживания героев. На фоне множества головокружительных приключенек в множестве книг вот это копание в себе непривычно и цепляет. А ещё цепляет описание мира – мир как будто бы выступает из тумана то той, то другой своей гранью. Он не виден целиком, есть место для фантазии читателя.

Не устану признаваться в любви книгам Юлии Тихой. Стопроцентное попадание в мои фломастеры. И очень, очень хорошая литература. Где под маской как будто бы несерьёзного дамского чтива поднимаются экзистенциальные – не побоюсь этого слова – вопросы.

Нет, я не про маленькие сиськи)))  А про долг перед Родом и про ответственность за развязывание войны, про преданность и про любовь, про дружбу и про доверие.