Цитаты из книги Fingersmith

Тогда вам надо ненавидеть и себя. Мы ведь с вами похожи. Больше, чем вы думаете. Думаете, люди должны нас любить за то, что наши сердца не так устроены, как у них?! Они презирают нас. И слава богу! От любви никакого проку. А из презрения можно выжать деньги — как из грязной тряпки выжимают воду. Вы сами знаете, что это правда. Вы такая же, как я. Так что повторяю: ненавидите меня — обернитесь на себя.

. Какое ж тут мучение — ждать? Для меня это привычное дело.

— А для меня — нет, — отвечает он. — И привыкать не собираюсь. Я и так в жизни слишком многого лишился — и все из-за ожидания! Теперь я стал умнее — я подгоняю события, как мне удобнее. Этому я прекрасно выучился, так же как вы — терпению. Вы меня понимаете, Мод?

Мужчины — и я не исключение, — говорит он, глядя на меня в упор, — всегда стремятся заполучить то, чего у них нет. Я жду с нетерпением, когда наш союз будет заключен. Когда это произойдет — вот увидите, — мой пыл довольно быстро иссякнет.

Вам следует знать, что, когда художник пишет, он делает это твердой, уверенной рукой, сомнения недопустимы. Потому что это ведет к слабости, а это приводило к неуспеху и более сложных композиций. Вы понимаете, что я хочу сказать?

Вы надеетесь стать полновластной хозяйкой «Терновника», где время уходит от вас с каждым боем часов, — уходит в никуда, отсекая понемногу ваше будущее.

До тех самых пор вы можете доверять не моей порядочности — у меня ее нет, — а, если хотите, моей жадности, потому что в мире, в котором мы живем — я не имею в виду «Терновник»,— это великая сила.

Мы сами для себя устанавливаем правила — и вы, и я.

Мужская правда отличается от женской.

- Ваше увлечение литературой губительно сказалось на нервной системе, и ваше воспаленное воображение творит фантазии.

• Какое еще воображение? Какая литература?
• Вы слишком много читали.

Просто жизнь научила меня, какая страшная вещь — терпение. А терпение безумцев тем более. Я видела, как сумасшедшие делают одну и ту же нескончаемую работу — пересыпают песок из одной худой чашки в другую, пересчитывают стежки на залатанном платье или считают пылинки в луче света, вписывая полученные суммы в невидимые счета. Если бы это были джентльмены, притом богатые, а не женщины, тогда бы их можно было принять за ученых или каких-нибудь начальников...

"Здесь совсем нет книг. Только жизнь во всем ее диком хаосе."

Иногда проще просить помощи для других, нежели для себя.

— Но есть нечто, мисс Лилли, чем должен обладать только ваш пол. Она насторожилась: — Что же это, мистер Риверс? — Это свобода, — ответил он тихо, — свобода.

из всех возможных какой конец быстрее, тот и лучше