Цитаты из книги Gent normal

Здорово было бы узнать, как другие выстраивают отношения, и брать с них пример

Не знаю, почему я не могу сделать так, чтобы меня любили. Мне кажется, меня покалечили при рождении.

люди куда более постижимы, чем им кажется

Удивительно, какие иногда можно принять решения только потому, что тебе кто-то нравится, говорит он, а потом это меняет всю твою жизнь.

Marianne had the sense that her real life was happening somewhere very far away, happening without her, and she didn’t know if she would ever find out where it was and become part of it. She had that feeling in school often, but it wasn’t accompanied by any specific images of what the real life might look or feel like. All she knew was that when it started, she wouldn’t need to imagine it anymore.

По моему опыту, мужчинам куда важнее ограничить свободу женщины, чем сполна воспользоваться собственной.

Несколько секунд они стояли молча, он обнимал ее, щекотал дыханием ухо. Большинство людей проживают целую жизнь, ни разу не ощутив такой близости, подумала Марианна

Дениза видит в этом проявление холодности и бездушия своей дочери. Она считает, что Марианне не хватает «теплоты», под которой она понимает способность вымаливать любовь у тех, кто тебя ненавидит.

Взгляд ее тревожит его, как и раньше, это как смотреть в зеркало на того, у кого нет секретов от тебя.

Неужели в мире и правда столько злобы, что любовь невозможно отличить от самых примитивных и жестоких форм насилия?

Ему казалось, он только что прыгнул с края пропасти и разбился насмерть, и очень рад тому, что умер, и никогда не хочет оживать снова.

Коннелл наблюдал, как Марианна наливает чай, улыбается, произносит это «язык не распускай», — и его поразила ее естественность, та легкость, с которой она двигалась по жизни. В школе все было не так, скорее даже наоборот. В те времена это он, Коннелл, всегда знал, как себя вести, а Марианна вечно попадала в неловкое положение.

В Швеции она еще больше похудела и стала еще стройнее, совсем элегантной.

«Марианне казалось, что ее настоящая жизнь течет где-то очень далеко, течет без нее, а она даже не знает, найдет ли когда-нибудь в эту жизнь дорогу. В школе она ощущала это довольно часто, правда, как эта самая настоящая жизнь выглядит и течет, не представляла себе. Знала одно: когда она начнется, представлять ее уже будет не нужно.»

После похорон он плакал, но при этом ничего не чувствовал.