I am a fool," said Richard Lovat, which was the most frequent discovery he made. It came, moreover, every time with a new shock of surprise and chagrin. Every time he climbed a new mountain range and looked over, he saw, not only a new world, but a big anticipatory fool on this side of it, namely, himself.
В любви к Лоуренсу я здесь уже признавалась неоднократно, а "Кенгуру" для меня теперь - один из самых любимых романов Лоуренса.
Лоуренс - писатель великолепный, но чрезвычайно сложный. Его прекрасный ранний роман "Сыновья и любовники" написан еще в довольно реалистичной манере, следующие за ним "Радуга" и его продолжение "Женщины в любви"" - это гимн модернизму, а в зрелом "Кенгуру" Лоуренс опять возвращается к сложной смеси модернизма и реализма.
В этом ностальгически откровенном романе, Лоуренс от лица главного героя Ричарда Ловата Сомерса, прототипом которого является он сам, рассказывает о своем нелегком существовании в Англии во время Первой мировой, о причинах, по которым он покинул Англию, и в конце концов оказался в Австралии. Кроме того, Лоуренс пытается осмыслить и сделать переоценку своих взглядов на любовь и супружеские отношения и освещает политические течения периода. Во всем этом роман очень сильно автобиографичен.
Ну и конечно же, есть тема Австралии, одна из главных тем в романе, названном "Кенгуру" по кличке одного из политических лидеров Австралии того времени, и тоже реального лица, историю которого Лоуренс рассказывает параллельно со своей.
И все-таки, это в первую очередь роман о самом себе в лице Ричарда, потому что вот эта цитата ставит все точки над "и":
Poor Richard Lovat wearied himself to death struggling with the problem of himself, and calling it Australia.
И от себя не убежишь. Тут даже Австралия не поможет.
22 понравилось
