Цитаты из книги Вакуум

Моя жизнь – искусство. И для этого мне постоянно нужны новые переживания, всё более свежая, сложная пища для души, ума. Ты готова разделить со мной все трудности, лишения, потери и переживания?

Тысячу путей! К тысяче целей! Ты можешь пройти за одну короткую жизнь! Разве это не потрясающе?!

Когда я заметил красоту, она отвлекла меня ото всех моих забот. Ведь как бы ни было плохо, что бы ни произошло, я в любой момент могу прикоснуться к самому совершенству. Я увидел это, пустил в своё сердце и оставил там навсегда.

– Я не пойду в другие войска! – Не пойдёшь. Только морфлот! Собственно, так я и попал в пограничные войска.

Потому что я верю в сказку. В мир без условностей. В котором нет места резолюциям, дипломам, штампам на бумажках, самим бумажкам и тоннам архивных документаций, которые только портят прекрасное, необыкновенное, волшебное событие – жизнь. Жизнь – вот она, во всём своём многообразии, ей не нужно разрешений.

Любой стимулятор – контролируемая вещь. При наличии разума, конечно. У меня с этим полный порядок.

Мы выглядим сейчас как двое военных, которые находятся на запретной территории. Для большинства людей недоступно то место, где мы сейчас. Они никогда сюда не попадут. Даже если заплатят деньги. Потому что это пограничная зона. Здесь можем быть только мы. У нас автоматы, патроны, у нас Китай через реку.

В её взгляде нет ничего, кроме абсолютной пустоты. Сквозь глаза, как через стекло, просвечивает вакуум, полное отсутствие чего-либо. И это не наркотики, а само её существо. Отсутствующее, пустое. Вот её фигуристое тело, вот приятное лицо, немного одежды и опустошённость, бегущая по венам, не посылающая в мозг сигналов, не генерирующая, не созидающая, безразличная.

Когда ты ничего не знаешь о вечности, тебе кажется, что «вечно» – это бесконечно долго. Ты даже не представляешь, что вечность может уместиться в половине секунды. Потому что вечность – это не единица измерения времени. Это состояние его отсутствия.

Чем глубже проникает нож, тем меньше остаётся надежды на жизнь. Он выдавливает её. Всё теряет смысл. Тело залито горячим, свет меркнет.

Они выбрали спичечный коробок. Мои учителя с детства рассказывали о существовании ограничений. Огромное количество людей вокруг основываются на существовании ограничений, разговаривая со мной, оперируя ограничениями.

Я полноценен, полон ценности. Я настоящий. Человек, способный привнести что-то в мир, потому что обладаю чем-то. Сделать что-то по-настоящему нужное. Не пытаться соответствовать каким-то стандартам, а делать что-то своё. Что-то, чего ещё никогда не было. Своё, уникальное, аутентичное. То, чего в мире нет так же, как нет и второго меня.

Вокруг меня огромное количество событий, не меняющих ничего в моей жизни. Людей, похожих друг на друга, как один. Ценностей, не стоящих ни цента. Идеалов, легко замещающихся следующими с поправкой на эпоху.

Уверен: ценность человека напрямую зависит от твёрдости его «Я».

Этот проклятый город станет нормальным, только если сравняется с землёй.

Развиваться, расширять кругозор. В окружении тупых это невозможно? Ещё как возможно. Главное – иметь в этом потребность.

Первое, что я усвоил: ты должен быть тупым. Потому что тупые не любят тех, кто умнее их. Когда тупых много, они забивают умных, потому что умные всегда рассредоточены. Умные всегда одиночки.

Я увидел, что жизнь иная. Что свобода – это не просто пришёл и получил. Что за свободу нужно бороться. Биться за неё, воевать с тонной пидарасов, которые отстаивают свои интересы. Что свобода – это не то, что витает в воздухе. Что свобода – это высекаемая из камня искра, на которую кладёшь кучу ресурсов, чтобы насладиться мигом.

Мазику около 30. Продавец-консультант в музыкальном магазине. Ничего не создал, не произвёл ни малейшего колебания в картине мира даже в рамках узенькой группки людей: его приятелей. Человек-ничто. Если через минуту Мазика не станет, ничто и никто в мире этого не заметит. Даже его родители.